При каждом появлении на былом шестом этаже «Комсомольской правды» завотделом писем Рита Кечкина мне говорила: какой у тебя интересный регион! Я это истолковывала как обычную поддержку меня, собкора. Но однажды Рита сказала: «Пойдем, кое-что покажу». Завела в кабинет и кивнула на мешки с письмами: вот те три — со всей страны, а этот — из Башкирии.
Так было в конце 80-х, и в 90-е, и даже в начале 2000-х. Почему? Полагаю, в том моем регионе жили люди, как принято говорить, с активной жизненной позицией. Во-первых, «край нефтехимии» — много крупных предприятий нефтегазового комплекса: в одной Уфе четыре нефтеперерабатывающих завода, объединения «Химпром», «Синтезспирт», «Моторостроительное», еще куча гигантов: Многотысячные, многонациональные коллективы, смешанные браки, на предприятиях хорошо платят, республика-донор, люди привыкли жить хорошо. Они не мирятся с недостатками, хотят, чтоб было лучше, и готовы бороться за справедливость — почти все письма об этом. И никакой боязни, раболепства, преклонения перед чинами или силовыми структурами.
То же продолжилось позже и в «Труде» — самые активные люди жили в нефтяной республике. Не в Москве, не в колыбели революции на Неве, а в Уфе — говорю это как завотделом писем.
Долго ли, коротко ли, но знаки поменялись, сами знаете как. Предприятия-гиганты приватизировали, профсоюзы исчезли, появились хозяева, в людях поселилась неуверенность, неверие в справедливость, страх потерять работу. Все по Марксу. Письма в газеты иссякли, отделы писем ликвидировали как ненужный рудимент. Потому что стали писать про другое.
Отныне главный критерий — деньги. Кто сколько «заработал» — сколько у героя особняков, сколько яхт. Выставлять награбленное — не стыдно. То же и по ТВ, и в фильмах — хоть американских, хоть своих, доморощенных: как украсть, облапошить — и остаться на коне. Да и из героев выбор невелик: менты или бандиты. А просто люди, не отягощенные деньгами, — отныне только потребители. Вспомните наставления нынешних царедворцев-мудрецов: главная задача — воспитать цивилизованного потребителя. Потребитель — он такой удобный: думает только о том, как бы извернуться и что-нибудь приобрести. В кредит, в ипотеку. Все мысли о деньгах. Они отныне — мерило всего сущего.
Спросите: зачем этот экономический ликбез? Отвечу: больше нечем объяснить пещерную жестокость людей некогда активного региона в свете последних событий. 3 февраля 41-летний уфимец, тихий и ни в чем таком не замеченный, зарезал двух сыновей, 7 и 13 лет, и покончил с собой. И дочь с женой тоже зарезал бы, но им удалось убежать. Говорят, лишился работы, не представлял, как дальше жить. И это не первый такой случай в новейшей истории Башкирии.
В октябре 2018-го в Уфимском районе около деревни Фомичево следователи обнаружили тела двух задушенных мальчиков-близнецов и их мертвого отца, который оставил предсмертную записку с объяснением: он не хочет мучений своим детям. В декабре того же года уфимец задушил жену, троих детей и взрослую падчерицу и покончил с собой. Жену с детьми нашли в колодце, у младенца во рту была соска...
Осенью 2019-го мужчина с двумя сыновьями уехал в неизвестном направлении. Тела мальчиков через полгода нашли в реке. Один из них был связан. В октябре 2020-го мужчина после ссоры с женой встал на рельсы перед поездом вместе с двухлетним сыном. В декабре 2020 года уфимец ушел с шестилетним сыном и годовалой дочкой из дома после признания жены в измене. Следователи на-шли всех членов семьи в машине мертвыми.
Шесть дичайших случаев за последние пять лет: родитель убивает собственных детей в минуту отчаяния — жена изменила, семья разваливается, уволили с работы. И все, по словам соседей, были тихие, спокойные — словом, обычные. Рушится обычный мир обычных людей, то, к чему привыкли. И месть за крах, за свою неустроенность, душевную и физическую, выливается на головы самых беззащитных.
Конечно, психологи нам все объяснят. Я уже прочитала несколько комментариев ни о чем. Эта наша стыдливая манера подменять слово «психиатрия» словом «психология». Разве человек со здоровой психикой может кого-то убить? Тем более собственного ребенка?! Ощущение, что все мы зашли не туда, потому что идем неправильной дорогой. Нам всем, похоже, нужен психиатр.
