Нежданная новость последних дней: в Киеве порадовались нашим успехам в обустройстве Крыма. Правда, новость эта оказалась с подвохом. Цитирую высказывание русскоязычного журналиста из Киева Матвея Ганапольского про новый мост, появившийся над Керченским проливом: «Когда Крым снова станет украинским, мы будем дружить и пользоваться этим мостом. Это не проблема, пусть за нас строят. Не за наш счет, а за их». Какой красноречивый пассаж: «пусть за нас строят»...
За этим пассажем чувствуются слезы обиды и ненависти. Диву даешься, как быстро господин Ганапольский, проживший большую часть своей жизни в Москве и сбежавший в Киев после госпереворота на Украине в 2014-м, проникся главной украинской национальной идеей: кто-то должен за тебя что-то сделать — и желательно за свой счет...
Как и большинство нынешних толкователей украинской жизни, нью-киевлянин Ганапольский ненавидит Крым, его жителей, а заодно и всю остальную Россию — в этом его главное профессиональное призвание. Хотя сам он на полуострове после возвращения Крыма в Россию не был. А зря. Увидел бы и услышал много для себя интересного и совершенно нового. Говорю это как человек, только что вернувшийся из Крыма в Москву. Я бываю там регулярно все последние годы, не пропуская ни одну весну, и собственными глазами наблюдаю за переменами в жизни моих крымских сограждан.
Непростые это процессы, скажу я вам. Начиная с 2014-го крымчане переживали сначала эйфорию, а затем и шок — от резко выросших цен и внедрения в повседневную жизнь российских законов и бюрократии. А потом началась адаптация к новой реальности. А сейчас, кажется, жители полуострова стали в полной мере осознавать всю глубину и конструктивность перемен в своей жизни.
Первое, что бросилось мне в глаза на полуострове в нынешнем мае, — фантастические масштабы дорожного строительства. Запах свежего асфальта стал визитной карточкой Крыма. Сегодня здесь наблюдается звездный час бульдозеристов, крановщиков и водителей большегрузных самосвалов — на этих специалистов ажиотажный спрос, их не хватает, поэтому работать в Крым едут тысячи мужиков не только со всей России, но и из Украины, естественно.
Про строительство моста через Керченский пролив пишут и снимают телесюжеты чуть ли не каждый день. Интересно смотреть, как менялась тональность этих репортажей: от скепсиса и апокалиптических предсказаний к несомненной и горделивой уверенности — мост будет, да он уже есть! И не только мост. День и ночь идут интенсивные работы на трассе «Таврида», которая через пару лет свяжет скоростной магистралью Керчь, Симферополь и Севастополь. Повышенными темпами идет укладка нового асфальта на городских улицах, в поселках и во дворах.
Обращу ваше внимание и на такую «мелочь», как появившиеся во многих дворах яркие и уютные детские площадки, чего никогда не было замечено в прежние годы. Эти горки с качелями — тоже объекты стратегического значения. Объясню почему: малышей на улицах, в скверах и тех же площадках во дворах — просто невероятное количество. Кое-кто всерьез объясняет эту демографическую вспышку в Крыму известным блэкаутом зимой 2015-го, когда Украина попыталась организовать энергетическую блокаду: дескать, молодежи нечего было делать в темное время суток, кроме как заняться пополнением семьи. Насколько верно такое предположение, мне трудно сказать, а вот возможности, связанные с материнским капиталом, — это действительно серьезный аргумент в пользу повышения рождаемости. О такой поддержке здешним мамам прежде и мечтать не приходилось, а теперь это норма. И такое ощущение, что все молодые женщины, встречающиеся мне, были либо с малышом в коляске, либо с характерно округленным животом.
Еще из перемен в Крыму: местные водители, кажется, научились ездить по правилам и даже уступать пешеходам на «зебре». А ведь три-четыре года назад такое представить себе было трудно — тут царствовал особо «отмороженный» стиль вождения. А теперь рулят, как немцы. Ну или почти как немцы! А все почему? Потому что вместе с российскими законами на полуостров пришла система видеофиксации на дорогах. Она-то быстро привела в чувство агрессивных местных Шумахеров, отчего выиграли и водители, и пешеходы.
Идем, а точнее, едем дальше. На улицах заметно больше стало новых автобусов и троллейбусов. Шустрые маршрутки за символические для московского гостя 18 рублей готовы отвезти тебя в любую точку такого огромного города, как Севастополь. В Крыму пока нет ни «Убера», ни «Яндекс.Такси», зато полно местных недорогих таксомоторных компаний, которые по первому звонку подают машину в любую точку в течение пяти минут и везут куда угодно по неприлично низкому тарифу.
Заметим, что бензин на полуострове стоит процентов на 10-15 дороже, чем на материковой России. Зато после возвращения Крыма в Россию серьезно упали цены на автомобили, чему завидуют соседи из Украины.
Еще одна крымская специфика: здесь гораздо выгоднее покупать продукты в маленьких магазинчиках шаговой доступности, чем в больших супермаркетах. И покупать лучше крымское, поскольку товары известных российских брендов тут заметно дороже, а продукция местных молокозаводов и агрофирм дешевле, вкуснее и, судя по всему, намного натуральнее. Похоже, о существовании пальмового масла и прочих эрзац-чудес крымские пищевики пока не подозревают (можно только позавидовать крымчанам!). Между прочим, сами жители полуострова ценят свою продукцию. Для сравнения: клубника из Турции в начале мая в Севастополе стоила 180 рублей за кило, а местная — 240. Но активно берут именно ее, родную.
Что еще заметил в этой поездке? В Крыму практически исчезла проблема с отключением света и воды, а ведь не так давно это был просто бич туриста, да и местный народ из кожи лез, приноравливаясь к веерным отключениям. Вполне прилично работают мобильная связь и мобильный интернет. На улицах почти не видно беспризорных собак, еще недавно бывших неотъемлемой частью крымского пейзажа. Все эти детали в целом дают картину качественных перемен в лучшую сторону. Это чувствуется и по разговорам с людьми, и по общему настроению на улицах.
Конечно, утверждать, что в Крыму наступил рай, было бы глупо и несерьезно — здесь по-прежнему хватает проблем и местных, и общероссийских. К примеру, после возвращения в Россию обнаглели акулы строительного бизнеса, которые хищно бросились возводить многоэтажные монстры в самых живописных местах. Местная власть обещает «не допустить безобразия» — и регулярно допускает. Так, в Севастополе сейчас в разгаре скандал между жителями Гагаринского района и крупным бизнесменом Евгением Кабановым, который решил застроить бетонными коробками единственное место отдыха в районе — Солдатский пляж. На этот участок побережья Кабанов охотился давно, но при Украине общественность ему давала отпор, а при России он неожиданно получил разрешение на строительство в двух шагах от моря. Как это произошло — вопрос отдельный, но понятно, что такие вещи не повышают авторитет новой Родины у жителей полуострова — и это еще мягко сказано.
Берусь утверждать: здесь, в Крыму, каждый факт коррупции, несправедливости, чиновничьей глупости, диктата силовиков режет глаза еще больнее, чем в остальной России. Они, эти факты, тут как в увеличительном стекле — и местная власть, и Москва должны это видеть и понимать, иначе пойдут насмарку огромные усилия и средства, вкладываемые сегодня в обновление Крыма.
И все же ничто не способно поставить под сомнение судьбоносность события, произошедшего четыре года назад, весной 2014-го. Русской весной. Любопытно, что в здешних бытовых разговорах практически исчезла тема Украины. Что было, то сплыло, и слава богу: Такой вот лейтмотив.
Симптоматичный диалог случился у меня уже по дороге в аэропорт Симферополя. Мой водитель, крымчанин средних лет, с удовольствием рассказывал, как они с женой недавно съездили на отдых в Сочи. «В Сочи? — удивился я. — А зачем из Крыма ехать в Сочи?». «Как зачем? — в свою очередь удивился мой собеседник. — Мы же теперь живем в огромной стране, которую так хочется посмотреть. Я уже запланировал на следующий год обязательно махнуть в Питер, а потом поедем по всему Золотому кольцу. Ведь это все теперь наше!»
Жаль, слова этого водителя никогда не расслышит пан Ганапольский. А открытку с изображением моста через Керченский пролив я ему все-таки отправлю в Киев. Пусть любуется.
