По России прокатилась волна митингов вкладчиков банков. На конец мая они запланировали акцию у стен Госдумы. Государство, имевшее дело только с обманутыми дольщиками, теперь сталкивается с еще одной общенациональной проблемой. Как получилось, что сотни тысяч человек лишились своих законных сбережений?
Ситуация первая. Гражданин заключил с банком, входящим в систему страхования вкладов, депозитный договор, считая, что его средства в объеме 1,4 млн рублей в любом случае не пропадут. Но когда Банк России (БР) отзывает у банка лицензию, Агентство по страхованию вкладов (АСВ) отказывает в выплате, заявляя, что депозит не состоял на балансе банка...
Впервые такая схема банковского мошенничества была вскрыта после краха Мособлбанка, где «за балансом» остались 70 млрд рублей. Банкиры вместо официальных документов записывали данные вкладчика в тетрадку, а деньги уводили. В случае с Кроссинвестбанком деньги вкладчиков перед банкротством списывались с баланса банка, а документы подделывались. Владелец банка отбыл на Майами, АСВ отправило вкладчиков на три буквы — в суд.
Ситуация вторая. Вкладчик доверяет деньги надежному банку с высоким рейтингом, имеющему сеть филиалов. Но тут регулятор выявляет нарушения, отзывает лицензию, назначает временную администрацию — и выясняется, что банк пустой, активы исчезли. АСВ исправно выплачивает компенсацию до 1,4 млн, но все остальное — тю-тю.
Так произошло, например, с банком «Интеркоммерц», кредиторы первой очереди которого получили от конкурсной администрации не более 6% от сумм выше положенной страховки. А ведь банк казался надежным, имел недвижимость и активы. Куда все это делось? Конкурсная администрация (назначенная от АСВ), на деятельность которой уходят сотни миллионов, инициировала несколько уголовных дел в отношении экс-владельцев «Интеркоммерца». Но попробуй догони... Выяснилось, что из банка в 2010-2013 годах было выведено за рубеж и частично обналичено 26 млрд рублей. Потом банк лишился еще 19 млрд. Лицензия была отозвана после вывода 4 млрд рублей в самом начале 2016-го, что, по-видимому, было уже кражей акционеров и менеджеров. Отзыв лицензии запоздал и не решил проблем вкладчиков.
Ситуация третья. Гражданин накануне отзыва лицензии забрал свой вклад из банка. Но АСВ по суду возвращает вклад в конкурсную массу, и вкладчик лишается своих денег.
Кто виноват? Вкладчики возлагают ответственность на регулятора, АСВ и правоохранителей. Логика ясна: раз регулятор выдал лицензию банку, а АСВ получало от банка отчисления в фонд страхования вкладов, компенсации должны выплачиваться в любом случае. Банк России (а не вкладчики) должен нести ответственность за состояние банка и работу его менеджмента. Обманутые вкладчики указывают: во многих банках проверки проходили накануне отзыва лицензии и ничего дурного не выявили. Вкладчики «Югры» вообще считают, что именно отзыв лицензии обрушил их банк, и судятся по этому поводу с БР.
Банк России и АСВ с этим не согласны, они-де делают все возможное в рамках закона, чтобы усилить контроль за банкирами. Руководитель АСВ Юрий Исаев как-то порекомендовал вкладчикам не нести деньги в «банки-помойки». Но как вкладчику отличить благонадежный банк от «помойки», если у того и другого есть лицензии, все включены в госсистему страхования вкладов? Руководство БР не раз выступало за ужесточение уголовной ответственности банкиров, предлагая, например, ограничить выезд из страны собственникам проблемных банков и другие меры. АСВ, выявляя мошенничество, передает материалы в правоохранительные органы. И все же после отзыва лицензии многих банков выясняется, что деньги утекли. Вернуть их могли бы только быстрые действия правоохранителей, но такое — редкость.
Свежий пример: 27 апреля с подачи конкурсной администрации сотрудники ФСБ задержали начальника операционного отдела банка «Северный кредит» (лицензия отозвана в конце 2017 года) Елену Липкину и двух ее подельников, которых подозревают в хищении средств на 3,1 млрд. Но чаще бывает по-иному. Так, БР отозвал лицензию у Пробизнесбанка в августе 2015-го из-за «отсутствия собственного капитала», в октябре его признали банкротом. Как позже обнаружило АСВ, разрыв между активами и обязательствами составил 70 млрд. В апреле 2017-го суд арестовал двух экс-владельцев Пробизнесбанка Сергея Леонтьева и Александра Железняка по делу о хищении 25 млрд рублей. Но арест был «бумажный», заочный. Банкиры давно за рубежом. Любимое место в таких случаях — Лондон. Именно там с комфортом скрывался от правосудия экс-владелец Внешпромбанка Георгий Беджамов. Меньше повезло его сестре, бывшему президенту банка Ларисе Маркус, получившей девять лет колонии. Ее зам Екатерина Глушакова осуждена на четыре года. Кстати, общие требования кредиторов к Внешпромбанку превосходят 200 млрд. Но как их удовлетворить?
Судебные перспективы возврата выведенных из банков средств туманны. АСВ пыталось привлекать к субсидиарной ответственности банкиров. Самая крупная претензия — на 76 млрд — к проживающему в Европах бенефициару Межпромбанка Сергею Пугачеву, из них взыскано только 2 млрд. Второй по размеру иск — к Борису Булочнику, собственнику Мастер-банка, находящемуся в международном розыске, — 24 млрд. Иск к совладельцу банка «Пушкино» Алексею Алякину и его подельникам — на 14,8 млрд рублей. Характерная деталь: любовница Алексея Алякина Елена Музыка работала на руководящих должностях в Банке России. А раньше Музыка входила в близкий круг бывшего первого зампреда Банка России Алексея Улюкаева. Газеты не хватит, чтобы расписать все имена и суммы. Как говорится, иск и ныне там...
В прошлом году началась масштабная перестройка банковского надзора Банка России, которая закончится в конце 2018-го. Цель — ввести единые стандарты и персональную ответственность. Сокращаются свыше тысячи «надзирателей» в регионах, контроль передается в центр. Логика такова: региональные управления БР порой не заинтересованы в закрытии проблемных банков — контролировать будет нечего. Пригляд из Москвы исключит «неформальные связи» на местах...
Вроде бы разумно. Но 18 апреля были арестованы главный экономист банковского надзора БР по Центральному федеральному округу Алексей Юргелевич и его отец Игорь Юргелевич, который ранее работал в том же подразделении ЦБ. По версии следствия, подозреваемые требовали у руководства Банка корпоративного финансирования 125 тысяч евро за якобы оказанное содействие в том, чтобы БР положительно оценил работу банка. А что, чем не схема?
По оценке лидера Союза вкладчиков России Николая Николаева, проблема вышла на общенациональный уровень. С 2010-го по 2017-й лицензий лишились более 380 банков. Общая недостача в них, по оценке экспертов, потянула на 1,5 трлн рублей. Эти деньги похищены у вкладчиков и выведены за рубеж. Триллионы из казны уходят на санацию лопнувших банков.
Неэффективной, как полагают эксперты, остается и работа АСВ по поиску и возвращению банковских активов. Общая сумма исков, предъявленных АСВ к закрытым с 2010 года банкам, превышает 500 млрд рублей. Однако реально удалось взыскать лишь 1% от этой суммы. Получается, банки безнаказанно грабят граждан России, подрывая доверие ко всей нашей банковской системе?
