Человек на фоне грозных событий — вот тема, связывающая эти книги, повествующие о разных эпохах. Все мы, вместе и каждый в отдельности, в сетях власти. Вольнолюбивые казаки, служившие то польской шляхте, то русскому царю. «Вождь всех времен и народов», управляющий всем — от посадки помидоров до посадки соратников. И, конечно же, простой человек, этот «маленький карась» на раскаленной сковороде истории.
Николай Олейников. «Число неизреченного»
Малоизвестного замечательного поэта расстреляли как японского шпиона в 1937-м. По манере он близок обэриутам, по характеру скорее философ, за шутками и ерничеством говоривший о трагедии бытия. Независимо от того, писал ли о таракане, попавшем в стакан, или о «зажаренном карасе»: «Маленькая рыбка, / Маленький карась, / Где ж ваша улыбка, / Что была вчерась?». Дает эпиграф из «Бесов» Достоевского к стишку «Таракан сидит в стакане, / Лапку хилую сосет. / Он попался. Он в капкане. / И теперь он казни ждет». Среди коллег по цеху у Николая Олейникова была репутация человека странного, чудаковатого. Он ускользал от вопросов, был неразговорчив и скрытен. Составители сборника Олег Лекманов и Михаил Свердлов пытаются приоткрыть тайну поэта. Более трети 500-страничной книги занимает очерк о нем.
Олег Хлевнюк. «Жизнь одного вождя»
Очередная биография Сталина, заявленная как объективная и беспристрастно нейтральная, на деле получилась очень даже пристрастной. С помощью малодоступных архивных материалов автор умело препарирует систему тогдашней власти. Приводит любопытные подробности про хозяина огромной страны, державшего в узде и соратников, и миллионы граждан, который вникает буквально во все и управляет всем — от посадки баклажан и помидоров на даче в Волынском до индустриализации страны и создания водородной бомбы. Читать интересно. Хроника жизни вождя, как на шампур, нанизана на доскональное описание его последних дней. Однако все факты поданы только под одним углом: Сталин — жестокий диктатор... От историка, декларировавшего развенчание любых мифов, можно было бы ожидать менее предвзятого текста. Но заказ Йельского университета, спонсировавшего труд, выполнен добросовестно.
Уильям Крессон. «Казаки»
Интерес к исследованию, опубликованному в США в прошлом веке, подстегивается нынче показом по ТВ «Тихого Дона» Сергея Урсуляка. Американский профессор-этнограф объясняет происхождение казаков бегством мужиков из Северной России на юг: «из темноты хвойных лесов — на яркий солнечный свет степных просторов». Путешествуя по местам казачьих поселений, он так очаровался здешней вольницей, что впал в «живописный стиль казачьих легенд». Отставил в сторону изыскания историков XVII-XIX веков, оперся на народные песни, сказы, баллады. Есть портреты Ермака, Пугачева, Богдана Хмельницкого, Ивана Мазепы, Матвея Платова. Еще одна перекличка с нашим временем — знаменитое письмо запорожцев турецкому султану. Чего стоят одни только негодующие и язвительные обращения казаков к адресату: «...великого и малого Египта свинарь... самого люциперя секретарь... александрийский козолуп... иерусалимский броварник»!
