Труд: Татьяна Друбич: «Отвернувшись от смерти, не поймешь про жизнь»

Главная Культура 01:09 13 Октября 2009 13084

Татьяна Друбич: «Отвернувшись от смерти, не поймешь про жизнь»

Татьяна Друбич (звездные роли роковых красавиц в фильмах «Черная роза — эмблема печали:», «Асса», «Москва» и др.) в жизни не менее загадочна, чем на экране. Интервью дает почти так же редко, как снимается: разборчива. Но «Труду» охотно рассказала о проект

Сергей Бирюков

Напечатать

— Завтра — благотворительный концерт звезд балета в помощь хоспису, то есть приюту для неизлечимо больных людей, который пройдет в театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. Как знаменитая актриса оказалась в рядах этого, прямо скажем, не самого массового движения?

— Случайно, насколько такое вообще бывает случайным… Мне предложили войти в попечительский совет фонда «Вера». Фонд создан Верой Васильевной Миллионщиковой — выдающимся врачом 1-го московского хосписа, который она организовала пятнадцать лет назад. Выбрали по каким-то критериям. Почему выбрали — не знаю. Но я, слава Богу, подошла. Хосписы во всем мире существуют на благотворительность. Государство лишь частично их поддерживает. Туда попадают онкологические больные последней стадии — те, кого нельзя вылечить. И мне тогда, да и многим, казалось, что это бесполезное дело — как бросать деньги на ветер. Но чудеса случаются. Я видела людей, которые годами там живут. К тому же на моих глазах происходила знаменитая история с мальчиком из Армении. У него была опухоль мозга. В одной из московских больниц его соперировали, а потом, так и не пришедшего в себя, выставили на улицу со словами: «Армяне уезжают умирать в Армению». Выйдя из комы, он вспомнил эти слова. Вера Васильевна, гениальный и смелый человек, взяла его семью в хоспис, предоставила комнату. В общем, не знаю, какое волшебство произошло, но в одни прекрасный день он открыл глаза и сказал: «Хочу шашлык!» Потом, благодаря нашему фонду и фонду Чулпан Хаматовой, собрали деньги и отправили мальчика на реабилитацию в Германию. Недавно по НТВ видела программу, где показали этого молодого человека. Прошло четыре года, слава Богу, он жив и здоров. Конечно, случаи излечения в хосписе — огромная редкость, я это понимаю, тем не менее свой выбор сделала совершенно сознательно.

— Из-за дружбы с главврачом?

— Тогда я практически ещё не знала Веру Васильевну. Встречу с ней отношу к особенным событиям моей жизни. Благодаря ей и в хосписе бывать не тяжело. Я сама поразилась, когда первый раз туда попала. Шла с таким страхом, а там так всё… по-настоящему, помощь настолько искренняя, самоотверженная, что вызывает только восхищение и благодарность. И этому необходимо соответствовать. Наш попечительский совет — все единомышленники: Ингеборга Дапкунайте, Таня Арно, Илья Цинципер уже никуда не уйдут. Не зря ещё один член попечительского совета, Андрис Лиепа, говорит: «…Хоспис — такое же честное дело, как балет и цирк: и там и там невозможно состояться „по блату“, и там и там люди ежедневно сталкиваются с угрозой для жизни».

— Когда читаешь правила хосписа, поражает их мудрость. Например: не стой над больным, а посиди рядом, чтобы человек не чувствовал твоего превосходства… Это вы, члены попечительского совета, придумали?

— Нет, это было сформулировано до нас.

— Какую же помощь, помимо денежной, может оказать известная артистка?

— Помочь собрать эти деньги. Просить и получать отказ и тяжело, и неприятно. Но я понимаю людей, уставших от попрошайства: ведь за деньгами ходят к одним и тем же. Поэтому решились делать проекты — аукцион современного искусства, который прошел в ГЦСИ (Государственный центр современного искусства). Его директор, Михаил Миндлин, очень помог его подготовить — отобрал более сорока известнейших художников, которые охотно дали свои работы. За один вечер собрали почти 150 тысяч евро. Это примерно полугодовой бюджет хосписа. Сделали уникальный, на мой взгляд, книжный проект — сборник рассказов. Писатели — самые разные: Гришковец, Улицкая, Лимонов, Сорокин, Дуня Смирнова, Гребенщиков и другие, а Борис Акунин придумал для него замечательное название: «Книга, ради которой объединились те, кого объединить невозможно». И вот теперь состоится тот самый благотворительный концерт, о котором вы сказали. В один вечер, на одной сцене будут танцевать звезды, которых собрать вместе тоже почти нереально: Владимир Малахов, Диана Вишнева, Фарух Рузиматов, Изле Лиепа, Мария Александрова… Вообще, знаете, сколько людей хотят помогать! Несут постельное белье, посуду, посылают по 50 рублей… Чиновники, государство такой помощи не доверяют, везде ищут лихоимство. И попробуй докажи, что люди бескорыстны. Хотя могу понять и тех, кто ещё не готов думать о чужом несчастье. Но без осознания смерти — не поймешь про жизнь. Ведь все может в один момент закончиться. Тяжело уходил Саша Абдулов, очень тяжело… Говорят, «незаменимых людей нет». Это не так. И время не лечит. И не заменить ни Сашу, ни Олега Ивановича Янковского, с которым мне посчастливилось сыграть в его последней работе «Анна Каренина». Вот сейчас ушел Иван Дыховичный… Боюсь высокопарности, но уход человека, последние его дни, возможно, больше о нем говорят, чем вся предыдущая жизнь. Он становится таким, каким и был на самом деле. Понимаете, болезнь — тоже часть жизни, а страдания никого не красят. Поэтому облегчить их — значит и эту жизнь сделать лучше… Я видела детей, которым уже не помогают обезболивающие. Беспомощные, растерянные родители не знают, что делать. А люди, работающие в хосписах, умеют помогать даже в таких ситуациях. Кстати, у меня изменилось отношение и к такой сложной проблеме, как эвтаназия. Раньше я была за право человека на добровольный уход из жизни, если на его долю выпадают страдания, которые он не может выдержать. Но когда в хосписе увидела стариков, которые признавались, что никогда не жили в такой заботе, как здесь, то поняла: жизнь можно улучшить даже с самым жестоким диагнозом.

— В правилах записано и то, что для пациента имеет значение любая мелочь, которая порой важнее денег.

— В хосписе лежал мальчик с опухолью головы. Опухоль была такая громадная, что он стеснялся выходить на улицу. Мальчик из неблагополучной семьи, мать ни разу его не навестила, и потом, после его смерти, только предъявляла претензии. Таня Арно принесла ему кофту с капюшоном, купила в «Макдональдсе», где он никогда не был, еду. Знаете, я видела, как он ждал Таню, как ему было важно, что он выйдет на улицу, что с ним пойдут в кафе, в кино… Прагматичные люди скажут: вы идиоты, он же все равно умирает…

— Но в одном из ваших интервью (правда, уже довольно давнем) вы говорили, что жизнь не очень стоит того, чтобы за нее цепляться, от этого цепляния даже многие подлости делаются. Что заставило так резко поменять точку зрения на ценность жизни?

— Не скажу, что она так резко поменялась. Просто слово «цепляние» — это не про хоспис. Там люди не цепляются, а живут. И ещё это очень важно для их близких. Кстати, вы обратили внимание: хоспис не имеет права брать пожертвования от родственников больного или только что умершего человека. Надеюсь, понимаете, почему. Нельзя пользоваться сиюминутным порывом тех, кто находится в отчаянной ситуации. По тем же правилам, должно пройти не меньше полугода — и тогда пожертвования принимаются. Очень многие помогают.

— Можно себе представить, как морально тяжело там находиться. Наверное, спасает дом, энергетическая «подпитка» от близких?

— Это не совсем то слово, я же не вампир. С близкими всегда хорошо.

— Ваша дочь Анна Соловьева теперь тоже знаменита — она композитор, а в фильме «Асса-2» и актриса. Но про внучку известно очень мало.

— Что может быть известно про восьмимесячную девочку? У неё ещё нет ролей.

— Ну хоть как зовут?

— Саша.

— Тогда ещё пара вопросов про фильмы. По следам знаменитой «Ассы» снята «Асса-2», тоже с вашим участием. Как оцениваете картину? Кстати, знаменитый музыкант Юрий Башмет, снявшийся там, в интервью «Труду» (оно скоро будет напечатано) сказал, что его собственная игра ему не нравится.

— Это нормально.

— Нормально для актера?!

— Не для актера, для Юры это нормально. Если говорить о моих ощущениях, то я опасалась, считала, что дважды войти в одну реку нельзя. Но оказалась не права. Фильм получился. Он не такой легкомысленный, как смотрится на первый взгляд.

— Ну и по поводу «Анны Карениной» Сергея Соловьева с вашей заглавной ролью. До вас было достаточно великих Анн, в том числе высоко чтимая вами Татьяна Самойлова.

— Да, выдающаяся актриса.

— Слышали ли вы мнение кого-то из своих предшественниц о вашей теперешней работе?

— Не слышала. Наверное, в глаза не скажут. Да и какое теперь это имеет значение.

— Почему, вам тоже не понравилась ваша работа?

— Не в этом дело, просто кино уже сделано. Карениных может быть много — на всех хватит. Это история на все времена, какими бы они ни были. А сыграть Анну может любая женщина — блондинка, брюнетка, скандинавка или африканка.

— А с Майей Плисецкой не общались? Тоже ведь одна из великих Анн, если вспомнить балет её мужа Родиона Щедрина в Большом театре.

— К сожалению, никогда. Да, это правда, вот настоящая Анна Каренина.

— Кстати, с балетом вас что-то связывает?

— Только любовь к нему.

Выбор

Три главные роли Татьяны Друбич в кино

«Сто дней после детства» (1975)

Первая же звездная роль у Сергея Соловьева (Лена) наметила амплуа актрисы: красавица, чья душевная глубина привлекает и пугает.

«Асса» (1988)

Культовый фильм с участием Виктора Цоя, Сергея Бугаева и других рок-звезд. Играя медсестру Алику, Друбич и в жизни была врачом.

«Анна Каренина» (2008)

Актриса снялась с Александром Абдуловым (Облонский) и Олегом Янковским (Каренин), которые вскоре умерли от рака.

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 28485

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...