Руслан Нигматуллин — человек-оркестр. За свои 50 лет он многое успел попробовать в этой жизни: был вратарем в большом футболе, писал техномузыку, создавал рекламное агентство, участвовал в телешоу, а теперь вот шьет вратарские перчатки. И все-таки именно футбол — главное дело его жизни. С него и начался наш разговор.
— Руслан, как вы оцениваете новое правило: если вратарь держит мяч в руках более 8 секунд, в его ворота назначат угловой? Ведь и без того уже дается свободный удар за 6 секунд голкипера с мячом, правда, это правило редко применяют...
— Если назначать свободный в пределах штрафной площадки, он получается таким же опасным, как пенальти, почти гол. А если давать угловой, то вратари даже могут этим пользоваться, чтобы тянуть время: пока дойдут до угла поля, пока подадут, а время-то идет: Но мне обидно за коллег: в последние годы много изменений коснулись именно вратарей. И все новации направлены на то, чтобы голов стало больше.
— А как насчет размера ворот?
— Да, итальянец Буффон предлагал их увеличить, но заговорил об этом только после того, как сам закончил играть. А испанский защитник Пике предложил: если игра окончится нулевой ничьей, обеим командам не давать очков — так он заботится о зрителях, заплативших за билеты и не увидевших забитых мячей. Но ведь порой для того, чтобы отстоять свои ворота в неприкосновенности, вратари и защитники творят чудеса, за что же их наказывать?
— Вы сменили много клубов. Какой считаете главным для себя?
— С детства обожал «Спартак», всю стену обклеивал фотографиями вратарей Дасаева и Черчесова. В 19 лет осуществилась мечта, попал в этот знаменитый клуб. Но потом что-то у меня в любимой команде пошло не так, сыграл лишь два сезона. Юрий Палыч Семин позвал в «Локомотив» — и это было одним из лучших решений в моей карьере. Так что двумя своими главными клубами считаю «Спартак» и «Локо».
В «Вероне» мне досталось лишь 70 минут игры. И хотя после того матча меня включили в символическую сборную тура, на следующую игру вместо меня поставили 37-летнего вратаря... Крушение надежд играть в Серии А я объясняю коррупцией в итальянском футболе, битвой агентов. Вернулся в аренду в Россию. Но место в воротах «Локо» было занято, пошел в ЦСКА. Потом приехал спортивный директор «Лацио» и заверил: парень, 99,9% ты будешь играть в нашей команде — с тех пор я терпеть не могу это выражение. Он обещал: возвращайся в Верону, и в начале сезона мы тебя оттуда забираем. Получается, та самая десятая доля процента сработала против меня. Я оказался в Серии В, в команде-аутсайдере. В общем, вопреки известному рек-ламному утверждению, не все мечты сбываются.
— В «Локо» вы сыграли 939 минут без пропущенного гола, и этот рекорд потом держался 17 лет. Какие еще моменты в футбольной карьере для вас самые памятные?
— В 2001-м «Локо» дебютировал в Лиге чемпионов. Дома мы обыграли «Тироль» — 3:1, в ответном матче — 1:0. Но в той игре случился казус: Пименову дали вторую желтую карточку, однако судья забыл его удалить с поля. Из-за этой ошибки УЕФА постановил матч переиграть, что несправедливо. А «Тироль» был на грани банкротства, футболисты, спасая клуб, неслись вперед. По моим воротам тогда нанесли 44 удара, но забили лишь однажды. Тот матч считаю лучшим в своей карьере. Кстати, Станислав Черчесов сидел тогда в запасе «Тироля».
— А в сборной? У вас ведь был шанс сыграть вместо Филимонова в печально знаменитом матче с Украиной, где он внес мяч в свои ворота и лишил сборную России путевки на чемпионат мира. А если бы поставили вас?
— Тогда Саша показывал стабильную игру, а меня только взяли в сборную, я осваивался в запасе. Но если тот злосчастный момент повторить еще 99 раз, все аналогичные удары Саша отбил бы. Фатальный случай и стечение обстоятельств. А моя игра в сборной началась в следующем сезоне, в 2000-м, матчем против США (надеюсь, наши сборные скоро вновь сыграют между собой). Мы тогда выиграли 2:0, и потом пять матчей я отыграл на ноль. К сожалению, в сборной я провел мало времени, моя карьера там закончилась в 2003-м из-за неудачных итальянских похождений. Но чемпионат мира у меня был. Мой лучший отрезок в карьере — сборная в 2001 году. Прекрасные тренеры, прекрасный коллектив. Каждый приезд туда был для меня праздником. Но к чемпионату мира что-то у нас надломилось:
— В чем нынешние вратари превосходят коллег из вашего поколения?
— Современная тенденция: вратарей с юных лет учат мастерству полевого игрока. Этот компонент становится не менее важным, чем сейвы. Мне эта тенденция не очень близка. А еще стандарты по росту голкипера увеличились. Моего сына из академии «Локо» отчислили, так как в 13 лет посчитали его маленьким, хотя в дальнейшем он вырос до 1,94. Сейчас идеальным считается 1,95 и еще чтобы при этом был прыгучим и умел играть ногами, а не как я — лишь выбивать в аут. Когда я пришел в «Локо», мне отдали пас назад, и я его срезал. Второй пас — аналогично. И тогда Юрий Палыч приказал: назад не отдаем! А вообще-то футбол стал прагматичнее, романтика ушла.
— Кто лучший вратарь мира для вас?
— Был немец Мануэль Нойер, но сейчас он снизил уровень. А вообще-то я недостаточно смотрю мировой футбол, чтобы мог тщательно анализировать игру ведущих вратарей. Больше слежу за российским — здесь у меня шкурный интерес, я ведь занимаюсь продвижением вратарских перчаток под маркой Nigma.
— А как же ваша музыкальная карьера, которая так удачно складывалась?
— Она продолжается. Принимаю заказы на выступления. Но больше сосредоточился на выпуске перчаток. Сначала работал совместно с фирмой Jogel — половина вратарей РПЛ сейчас играют в перчатках Jogel-Nigma. Но в прошлом году я отделился, и теперь у меня собственный бренд. В перчатках Nigma, например, играет 16-летний Руслан Пичиенко, признанный лучшим вратарем прошлого сезона в Юношеской футбольной лиге, его недавно пригласили в ФК «Спартак». Идет жесткая конкуренция даже внутри России — между нашими производителями. Шьем перчатки в Пакистане, но технологии наши. У меня много вариантов кроя, потому что запросы разные. Молодые любят, когда перчатка, как носок, обтягивает руку. Мое поколение привыкло играть в более свободных. Всего два месяца, как мы продаем свою продукцию на Marketplace — и уже попали в число лидеров.
— А в качестве тренера или футбольного агента себя не пробовали?
— Сергей Липатов, возглавляя совет директоров «Локо», в 2007 году меня привлек к этой работе, и с моим участием Гильерме пришел в «Локо», где прошла его карьера, плюс его матчи за сборную России. Сейчас он работает в академии клуба. Но мне эта деятельность не подошла: если был бы полностью в нее погружен, не оставалось бы времени на другие увлечения. Люблю себя чувствовать вольной птичкой и всегда быть готовым к любым дальним путешествиям. Строю себе планы сам и не хочу, чтобы меня что-то сдерживало.
— Помнится, когда вы в 20 лет играли за «Спартак», то в интервью на вопрос о главной мечте удивили ответом: «Хочу оказаться в Голливуде!» Вы и вправду собирались в артисты?
— Да нет, речь шла о другом. Я ответил, что хочу приобрести жилье в Майами. Впрочем, в Майами есть еще один Голливуд, так что, условно говоря, эта идея претворилась в жизнь. Но недаром говорят: бойся своих желаний. Сейчас я как раз занят разделом недвижимости в Майами со своей бывшей женой.
— Как вы оказались в музыкальной индустрии?
— Когда я закончил играть, было поветрие: приглашать за пульт диджея известных людей, которые имитировали эту работу. Но мне имитация никогда не нравилась, и я сначала поучился, а потом уже дебютировал в этом амплуа. Это было в 2010 году. После было много выступлений. Я с детства дружил с музыкой, учился по классу классической гитары и еще тогда был амбициозен, ставил перед собой большие цели в музыке, которые потом заслонил футбол. (Кстати, трек Нигматуллина Symphony занял второе место на радиостанции «Европа Плюс». В 2017-м он получил от Music Box звание лучшего диджея страны. Порой Руслана приглашали в качестве диджея, не зная о его футбольном прошлом. — «Труд».)
— В 2002-м вы были участником шоу «Последний герой», а через 20 лет, в 2022-м — проекта ТНТ «Звезды в Африке». И как, голод действительно не тетка?
— Там все было взаправду. Говорят, будто нас тайком подкармливали и все шло по заранее составленному сценарию. На самом деле сценария не было. Из 12 дней я лишь два раза ужинал, остальное время пришлось голодать. После того я изменил свое отношение к еде. Понял, как нужно ценить каждый кусочек. А тогда мы налегали на воду, а по ночам мне снились стейки: Недавно мне поступило предложение от того же канала. Было бы интересно, но вынужден пропустить.
— Еще у вас был успешный опыт телекомментатора...
— От такого предложения тем более не мог отказаться, ведь это моя тема. Сезон работал на «Матч ТВ». Но там был эксперимент — приглашали многих футболистов. Опыт я продолжил и три года вел программу «Легенды спорта» на канале «Звезда».
— А все-таки почему вы не посвятили себя тренерскому делу?
— Чтобы состояться в этой профессии, надо тратить все время и все силы — физические и душевные. Не получится заниматься другими делами, которые также мне интересны. Мне нравилось тренировать вратарей. Когда мой старший сын Руслан попал в школу «Локо», я решил заниматься с ним дополнительно. Последующие несколько лет я тренировал его и других, ездил с ними на сборы. Но пока у меня нет внутренней мотивации погрузиться в тренерскую работу с головой. Надеюсь, у меня родятся не только внуки, но и еще дети. Будет стимул передавать вратарские навыки.
— Ваши сыновья пошли по вашему пути?
— Руслану 25 лет, он связал себя со спортом и бизнесом в Майами, его жена тоже спортсменка, родом из Нижнего Новгорода, обучалась в университете. Через пару месяцев я стану дедом. Младшему, Марселю, 21 год, он занимается музыкой, сочиняет саундтреки. Писал биты для рэперов в России. Потом не без моего участия поступил в один из престижных университетов США, где 700 выпускников получили «Грэмми», 2500 — «Оскар». По окончании вуза будет писать музыку, возможно, для Голливуда. Надеюсь, будет музыкальным продюсером высокого уровня.
— А сами вы какую музыку больше слушаете?
— Не ту, что исполнял сам. В автомобиле включаю «Авторадио», «Ретро FM» и тому подобное. Моя нынешняя жена намного младше меня, и ей приходится приобщаться к увлечениям моего поколения. А исполняю популярную музыку, но в современной интерпретации. Играю на фортепиано, положенное на новый бит. Но эта музыка перестала быть самой модной, потому что в последнее время на радиостанциях предпочита ют музыку со словами. Это стало одной из причин снижения моей музыкальной активности. Музыка со словами — не мой формат. В детстве я занимался классической гитарой, играл испанские пьесы. И вратарю, и гитаристу нужны длинные гибкие пальцы. Но я давно не занимался на гитаре и вряд ли сыграю то, что мог лет 30 назад.
— Как познакомились с нынешней женой?
— Мой директор участвует также в сфере продажи недвижимости. На выставке по этой теме одна девушка продавала испанское направление. Я к ней подошел, и Купидон нас подстрелил. Мы уже полтора года вместе.
