Труд: Беженцы в Крыму предпочитают трудиться всерую

В первой беженской волне через крымские КПП въехали свыше 100 тысяч граждан Украины. Фото: Ulf Mauder/dpa, globallookpress.com

Беженцы отказываются от легальной работы на Крымском полуострове. Для сравнения: в одном только Севастополе получать материальную помощь в размере 10 тысяч рублей изъявили желание 16 357 вынужденных переселенцев из Донецкой и Луганской народных республик. А найти работу через городской Центр занятости пытались 329 человек. Из них лишь 88 реально трудоустроились. Еще 263 беженца самостоятельно устроились на здешние предприятия.

Но как зарабатывает на хлеб насущный огромная масса остальных? Даже если учесть, что не все беженцы находятся в трудоспособном возрасте, шокирующее несовпадение цифр вызывает вопросы. Найти ответ попытались на заседании севастопольского Заксобрания. Но не смогли.

«Переселенцы осведомлены, как и где искать работу, но отчего-то этого не делают», — убеждала парламентариев глава департамента труда и соцзащиты Елена Сулягина. По словам чиновницы, они с коллегами регулярно посещают пункты размещения беженцев, информируют о вариантах трудоустройства через порталы и в СМС-сообщениях, но отклика не находят. Хотя за прошлый год в городской Центр занятости было подано более 11 тысяч вакансий, и большинство оказались востребованы местными жителями.

«Приезжают люди с амбициями, а наши предприятия зачастую нуждаются в неквалифицированной рабочей силе», — поясняет Сулягина. Получается, севастопольским властям неизвестно, где и за счет чего живут 16 тысяч новых горожан? Такая же ситуация в Республике Крым, только цифры здесь на порядок больше.

В первой беженской волне, еще до майских праздников 2022 года, через крымские КПП въехали свыше 100 тысяч граждан Украины (данные погранслужбы). «С заявлениями о предоставлении на территории РФ временного убежища непосредственно в пунктах пропуска обратились около тысячи иностранных граждан», — уточнил источник в спецслужбах. Сейчас количество беженцев можно смело увеличить в 2-2,5 раза. Получается, по всему Крымскому полуострову накопилась огромная масса людей, де-юре ничем не занятых.

Уточним: без официального статуса устроиться на легальную работу невозможно. Крымчане сочувствуют украинцам, пережившим ужасы войны. Но вот типичная картинка приграничного Чонгара. Большая группа беженцев тащится пешком с чемоданами и баулами через несколько километров нейтральной полосы. А мимо на внедорожниках мчатся другие «временно перемещенные». Спешат в коттеджи элитного Южнобережья. Этим работа, похоже, действительно не нужна.

Впрочем, многие из переселенцев имеют причины отказаться от официального трудоустройства и жить за счет родственников и «гуманитарки» не только по экономическим соображениям. Мне приходилось слышать опасения жителей Херсонщины, Запорожской и Харьковской областей: а что если их в результате высоких договоренностей вернут на Украину? Можно не сомневаться, «за сотрудничество с русскими» они огребут по полной. После харьковской трагедии и оставленного Херсона такие опасения вовсе не беспочвенны. Личная подпись под бумагой с двуглавым российским орлом может превратить возвращение на родину в кошмар.

На самом деле это работящий и толковый народ. И далеко не у всех имеются «хатынки» в Ялте или курортной Алуште. Абсолютному большинству приходится тяжело зарабатывать на недешевое крымское существование. Только делают это 200 тысяч переселенцев, по сути, нелегально. Украинцами забит овощной рынок севастопольского «Пятого километра» и базары других городов. Устроиться продавцом или грузчиком просто, тут документов не просят. Как и в курортном сервисе. Дошло до того, что многие местные тоже работают неофициально. Так проще и выгоднее, не надо платить налоги.

Получить законное рабочее место и зарплату в районе 20 тысяч рублей или втемную трудиться за деньги посерьезнее? Выбор очевиден. Практика показала: кто хочет трудиться, работу в Крыму находит быстро. Но в подавляющем большинстве случаев она будет «серой». И всех пока это устраивает.