Вот и до наших экранов добрался очередной «Крепкий орешек», говорят, уже пятый. Признаться, этот несгибаемый Брюс уже порядком поднадоел. А есть ли вокруг нас такие несгибаемые личности?
Захар Прилепин, писатель
— Большинству вменяемых, здоровых мужчин свойственно порой совершать справедливые и нравственные поступки. Для меня самым ярким представителем такого мужского упорства является Эдуард Лимонов, писатель и политик. Он сам себя так воспитал, пройдя через массу соблазнов. Некоторые считают Лимонова сумасшедшим. Но это последовательное мужество, господа! В чем секрет такой мощи? Наука утверждает, что люди используют только десятую часть возможностей своего мозга. Видимо, пассионарии умеют выходить за эти жалкие рамки.
Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности
— Очень сильным человеком был мой дед — Александр Григорьевич Иванишев. Это человек старой закалки, из семьи машинистов. Много лет служил в войсках: сначала был подполковником императорской армии, потом — Красной. В этом нет двуличия: дед придерживался военных принципов. Александр Григорьевич был точен, обязателен, не любил опозданий и неопределенности.
Другой пример — правозащитник Сергей Адамович Ковалев. Он не знает слов «может быть», всегда говорит либо «да», либо «нет». Сергей Адамович доказал это и в лагере, и в Чечне... Он похож на нравственный метр. Я знаком с ним 23 года.
Влад Павлов, студент МГИМО
— Недавно слышал историю про американского психиатра Милтона Эриксона, который еще в юношеском возрасте перенес тяжелую болезнь и оказался почти полностью парализован. Врачи считали, что несчастный умрет. Однако Эриксон не сдался и, собрав волю в кулак, постепенно научился заново двигаться. После этого он решил стать психиатром. Уверен, что и среди нас такие люди есть. Просто они не светятся на ТВ-экранах, а мы в суете пробегаем мимо...
Максим Кононенко, публицист
— Из здравствующих «крепких орешков» могу назвать Сергея Удальцова. Не знаю, что у него за душой, но он производит впечатление принципиального человека. В его возрасте нормально быть бунтарем. Странно таковым быть в преклонные годы: человек же должен как-то эволюционировать! Скажем, Валерия Новодворская есть иллюстрация странной несгибаемости. Но само существование таких юродивых позитивно: они выступают индикаторами общественных веяний.
