Все чаще задача археологов сводится к тому, чтобы успеть провести раскопки до того, как строители обратят в прах то, что пощадило время. К счастью, бывают в нашей жизни и иные примеры. Амбициозный экономико-социальный проект — сооружение Центральной кольцевой автодороги — повлек за собой спасательные и, как выяснилось, спасительные раскопки под Звенигородом, которые сохранили для науки бесценный арсенал времен Ивана Грозного.
Центральная кольцевая автодорога (ЦКАД) — проект столь же впечатляющий, сколь и спорный. Пустить транзитный транспорт в объезд перманентно увязающей в многокилометровых пробках МКАД — идея, безусловно, здравая. Только вот стоимость сего благодеяния буквально зашкаливает, поскольку возвести ее нужно не к 2025-му, как предполагалось изначально, и даже не к 2020-му, как мечталось разработчикам известной стратегии, а к 2018-му — к чемпионату мира по футболу, дабы пыльные громоздкие фуры не мозолили глаза зарубежным гостям столицы. Однако и для функционирования ЦКАД в так называемом технологическом режиме необходимо выложить не только собственно дорожное полотно, но и соорудить немалое количество развязок с уже существующими трассами.
Одну из таких развязок планируется построить в окрестностях Звенигорода, неподалеку от Игнатьевского кладбища, прихватив часть территории, занимаемой археологическим памятником, который находится под охраной государства. По закону любое строительство в охранной зоне возможно только после проведения археологических изысканий и официального заключения специалистов, на основании которого Министерство культуры соответствующего ранга может исключить объект из охранного списка. «Труд» не раз писал о ситуациях, когда недобросовестные подрядчики в стремлении побыстрее сдать объект и отбить вложенные средства всеми правдами и неправдами пытались препятствовать ученым. Время, как известно, деньги, а вот историческую память ими не измерить, а значит, и ценности она в глазах дельцов никакой не имеет.
Звенигородская история — счастливое исключение из этого грустного правила: все согласования были проведены оперативно, строители на данном участке работы приостановили, а археологи, наоборот, с августа трудились не покладая рук и ушли из раскопа только в начале декабря (притом что в наших отнюдь не южных краях полевой сезон обычно заканчивают еще в сентябре!). Экспедиция, организованная Институтом археологии РАН, провела так называемые «спасательные раскопки», о ходе которых нам рассказал их руководитель Алексей АЛЕКСЕЕВ:
— Археологический памятник под Звенигородом был нами выявлен еще десять лет назад. В Подмосковье для археологов непочатый край работы, интересных объектов там немало, но мы в первую очередь занимаемся теми, что попадают в зону интенсивного строительства. Так будет и с памятниками, расположенными по траектории будущей ЦКАД: решение о проведении раскопок Институт археологии РАН принял еще на стадии разработки проектной документации. Хорошо, что работы на разных участках магистрали начинаются не одновременно, а то нам пришлось бы туго. Охранная зона в окрестностях Игнатьевского составляет более 80 000 кв. м, мы раскопали только 2000, которые попадают в зону строительных работ. Сохранились достаточно подробные планы генерального межевания XVIII века, на которых отмечены не только основные улицы, но и некоторые переулки. Привязаться к местности было несложно — до наших дней четко определяется место, где стояла старинная деревянная церковь, указанная на планах.
О некогда процветавшем селении теперь напоминают только Игнатьевская улица и одноименное кладбище. А в XVI-XVII веках это была вотчина древнего и уважаемого боярского рода Добрынских, восходящего своими корнями к Редеге (имя это в некоторых исторических источниках пишется как Редедя. — «Труд».) — отважному предводителю племени косогов. Это семейство дало Московскому государству немало доблестных воевод, в том числе и тех, что входили в так называемую избранную тысячу — своего рода элиту поместного войска, созданного в 1550 году по указу Ивана Грозного.
Отряды этого отборного войска возглавлялись представителями самых преданных государю фамилий: боярин получал земли в пределах 50-70 верст от Москвы и обязан был выступить в поход по первому же государеву требованию, поставив под ружье так называемых «боевых холопов». Таким образом царская казна была избавлена от расходов на содержание постоянного войска — в мирное время холопы эти были пахарями, кузнецами, плотниками, а оружие брали в руки только в случае необходимости. Избранная тысяча несла свою службу, выполняя по сути ту же стратегическую задачу, что 500 лет спустя осуществлял размещенный примерно на том же периметре грозный «противоракетный пояс» советских времен — защищал дальние подступы к столице. Один из таких форпостов, судя по всему, и располагался в Игнатьевском.
— В ходе раскопок нам удалось обнаружить остатки фундаментов шести десятков деревянных строений, — продолжает рассказ археолог. — Один из таких фундаментов скрывал под собой внушительных размеров подвал, служивший арсеналом: там были найдены фрагменты кольчуг, ножен сабель, боевые пояса, стрелы. По указу Ивана Грозного боярин, под командованием которого могло находиться несколько десятков «боевых холопов», обязан был обеспечивать своих воинов оружием и экипировкой. Все это богатство кто-то из Добрынских и хранил в подвале главного вотчинного дома, чтобы в случае чего под рукой было. Самая интересная из находок — два остроконечных шлема, почти не пострадавших от коррозии и сохранивших даже кожаные чехлы, тканевые подкладки и инкрустированные науши. Нам, конечно, очень хотелось сообщить о своей удаче сразу же, но пришлось сдерживать свое нетерпение до окончания работ, чтобы стратегическая информация не дошла до черных копателей. Арсенал уцелел до наших дней, вероятно, потому, что дом сгорел и по каким-то причинам не был отстроен заново на старом месте. Таких масштабных находок в Подмосковье прежде не обнаруживали, и теперь у историков есть редкая возможность лучше изучить военный быт русского дворянства в эпоху расцвета Московского царства.
Добавим: счастливая возможность, ведь если бы раскопки не были бы проведены вовремя, все это погибло бы под ковшами экскаваторов. Сейчас драгоценные находки изучают и реставрируют. Представить их публике планируется в начале февраля. Очень хочется верить, что и на остальных археологических памятниках, коим волею судеб предстоит попасть под бетонные плиты ЦКАД, все пройдет по «звенигородскому сценарию».
