Труд: ТАНГО И "КЭШ"

Главная Жизнь 01:01 16 Июня 2000 175

ТАНГО И "КЭШ"

УГАДАЙ СТРАНУ
Для начала, наш уважаемый читатель, я хочу предложить вам, вполне в духе

Напечатать

УГАДАЙ СТРАНУ
Для начала, наш уважаемый читатель, я хочу предложить вам, вполне в духе времени, сыграть в познавательную игру. Условия таковы: я называю вам признаки или параметры страны, а вы угадываете, как она называется. Если возражаете - просто отложите эту заметку, если согласны - начнем.
Итак, лет десять назад в этой стране был избран первый президент республики, избран впервые демократическим путем. До того страна, о которой мы говорим, представляла собой жестко тоталитарное, закрытое общество, в котором сурово подавлялись все ростки демократических свобод и прав человека. Президент - поначалу очень популярный и даже любимый своими согражданами - начал радикальные реформы прозападного толка с опорой на займы МВФ и на финансовую опять же помощь Соединенных Штатов. Впрочем, во внешней политике приоритетными считались отношения с "ближним зарубежьем" - странами-соседями. Шли годы реформ, и по мере появления их первых результатов популярность президента стала катастрофически падать. Что, собственно, было вполне объяснимо, поскольку результаты его деятельности оказались таковы: финансовая система, напрямую зависимая от доллара, была слабой, налоговая система оставалась крайне несовершенной и не позволяла отечественным производителям развернуться в полную силу; отечественный капитал стал утекать за границу, а внутри страны складывались коррумпированные кланы олигархов и вороватых чиновников, которые вовсю пользовались плодами тотальной приватизации госсобственности. Мало того - резко выросла безработица, большинство населения оказалось за чертой бедности, а разгул преступности достиг своего апогея...
Казалось, что такой президент никогда не сможет победить в новых выборах и снова стать главой государства. Ан нет. Умело построенная президентская кампания, безудержное воспевание позитивных результатов реформ (которые тоже были), хорошо разыгранные угрозы возврата к тоталитарному прошлому сделали свое дело, и президент был избран на второй срок. Однако не прошло и года, и страна разочаровалась в нем окончательно. Ко всему тому, о чем уже было сказано, прибавились подозрения в личной коррумпированности главы государства, его семьи и ближайшего окружения, что резко обострило отношения президента и парламента. А тут еще на страну обрушился дефолт, подкосивший и без того хилую финансово-банковскую систему, страдавшую от непомерных выплат по внешним долгам. И в конце концов в республике началось то, чего не было никогда: участились невыплаты зарплат, как правило, работникам бюджетной сферы. В провинции стали возникать стихийные бунты.
Однако президент словно не замечал ничего этого и даже попытался пойти на новые выборы, что противоречило конституции республики, запрещающей главе государства избираться трижды. Это переполнило чашу терпения избирателя, и совсем недавно в стране появился новый президент - энергичный, далекий от популистских заявлений и обещаний своего предшественника. Новый глава государства заявил о приоритете национальных интересов в экономике и в политике, о необходимости освобождаться из непосильного ярма займов МВФ, об уничтожении любых привилегий для олигархов и искоренении коррупции, о скорейшей реформе государственной власти, о согласии и слаженной работе всех ветвей власти в стране. Все, о чем сказал новый президент, он незамедлительно и активно начал внедрять в жизнь.
Ну а теперь скажите, о какой стране идет речь?
Нет, уважаемый читатель, вы не угадали: это не Россия. Речь идет о далекой Аргентине, о ее первом демократически избранном президенте Карлосе Сауле Менеме, о нынешнем главе этого государства - Фернандо де ла Руа и о "портеньос" - гражданах этой южноамериканской страны, известной нам, пожалуй, тем, что она - родина танго, футболиста Марадоны и писателя Хорхе Луиса Борхеса.
Однако не удивительны ли совпадения, учитывая, что Аргентина находится не просто далеко от России - почти сутки полета, - но и разницу в нашей истории, традициях, национальных особенностях? 10 лет высоколобые эксперты от политики и экономики пугали нас, неразумных, тем, что Россия может скатиться на латиноамериканскую модель развития. 10 лет мы и не подозревали, что уже развиваемся по этой модели, повторяя ее особенности даже в деталях. И вот наконец группа российских сенаторов во главе с Егором Строевым решила своими глазами посмотреть, что же это за латиноамериканская модель, так ли она страшна, как говорят о ней, и зазорно ли России развиваться в рамках этой модели? Наши воспользовались приглашением аргентинцев и отправились с визитом в Буэнос-Айрес.
КУМПАРСИТА - ПЕСО - ДОЛЛАР
Как говорит Доминго Кавалло - автор аргентинской "шоковой терапии" и аналог нашего Егора Гайдара - маятник реформ в этой стране раскачивается между танго - символом национальной самобытности, пресловутой народной души Аргентины - и местной валютой песо, от национальности которой теперь осталось только название по причине жесткой привязки к доллару США и поэтому называемой на американский манер просто "кэш", что означает "наличные деньги". В том, о чем говорит Кавалло, слышится нечто до боли знакомое русскому сердцу: так или иначе, но все прошедшее десятилетие наших "метаний и поисков", по сути, сводилось к амплитуде аргентинского маятника - от национальных интересов в экономике и политике к зависимости от МВФ, американского доллара и обратно. Кстати, не случайно именно Доминго Кавалло был приглашен в Москву правительством Виктора Черномырдина в качестве консультанта после финансового кризиса в августе 1998 года.
Удалось ли аргентинцам за годы реформ президента Менема добиться ощутимых позитивных результатов? Для того чтобы это понять, надо представить, с чего пришлось начать первым аргентинским реформаторам. По существу, Менем получил в наследство страну, разграбленную и униженную годами правления военной хунты, учинившей самый массовый террор в Латинской Америке. Экономики просто не существовало: гиперинфляция достигала 5000 процентов в год. Реформаторам удалось поставить генералитет под жесткий гражданский контроль, за несколько лет ВВП Аргентины вырос на 42 процента, а инфляция упала до нулевой отметки. По качеству жизни Аргентина переместилась за последние 10 лет со 106-го места на 39-е. Это несомненные позитивные сдвиги. О негативных, возникших в последнее время, мы с вами уже знаем. И теперь российской делегации предстояло выяснить, какой путь изберет Аргентина дальше.
Не скрою, именно этот вопрос чаще всего задавал своим собеседникам в Буэнос-Айресе и я. Вице-президент Аргентины и председатель сената Карлос Альберто Альварес, отвечая на него, с уверенностью сказал, что первый этап реформ позволил создать стартовую площадку для роста национальной экономики, но теперь, когда такая площадка создана, они ощутили в полной мере зависимость национальной валюты, накрепко привязанной к американскому доллару. Это как гипсовый корсет на теле, который необходим больному, но мешает свободно двигаться здоровому человеку, сказал Альварес. В результате наши крупнейшие предприятия в сельском хозяйстве и промышленности работают только вполсилы.
Егор Строев, говоривший на эту же тему с президентом Фернандо де ла Руа, рассказал мне, что глава государства понимает всю пагубность зависимости национальной экономики от плотной опеки МВФ и американской валюты. Скорее всего, делает вывод Строев, Аргентина в ближайшее время попытается избавиться от этой унизительной зависимости и сделать акцент на стабилизации песо не за счет американского доллара, а на основе поступательного и мощного развития собственного производства. Выходит, и нам надо стремиться к тому же, коль скоро и мы развиваемся по "аргентинской модели"...
И еще на один вопрос искали наши сенаторы ответ в далекой Аргентине: не позволит ли латиноамериканский опыт реформировать российский Совет Федерации менее радикально и с большим уважением к губернаторам? Выяснилось, что аргентинцы, во-первых, своих сенаторов избирают, а не назначают, как предполагается сделать у нас. Во-вторых, избирают по три человека от административной территории. В-третьих, двое обязательно избираются от партии, получившей на выборах большинство в данной административной провинции, и еще один - от партии, занявшей второе место. Аргентинские сенаторы избираются на 6 лет и не являются при этом главами территорий. Посмотрим, насколько полезной окажется латиноамериканская модель и для реформирования российской государственной власти...
Еще Борхес в свое время заметил контраст между утренним и вечерним Буэнос-Айресом. Со времен великого писателя город наверняка изменился, но и теперь утро и вечер в прекрасной столице Аргентины все так же не похожи. Хотя бы потому, что непременным вечерним атрибутом города, как и прежде, остается импровизированное танго на его авенидах и бульварах, а утренним - огромные очереди на биржи труда. За день очереди рассасываются, и к вечеру, когда над бульварами из динамиков звучит голос легендарного исполнителя танго Карлоса Гарделя, начинает казаться, что рассосалась и проблема безработицы. Ах, если бы аргентинская жизнь состояла только из вечеров...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 21281

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...