Председатель правления Сбербанка России Герман Греф — специалист многосторонний. Получив в Санкт-Петербургском университете юридическое образование, кандидатскую диссертацию защищал в Академии народного хозяйства и госслужбы по институциональным экономическим реформам, а поработав министром экономического развития (должность в правительстве создавали специально для Грефа), занялся финансами на посту главы крупнейшего коммерческого банка страны.
Впрочем, крупнейшим банком Сбер стал уже при Грефе. И в самый малолюдный он превратится тоже при Грефе. «Сейчас у нас 330 тысяч сотрудников, но в 2025 году, я думаю, мы будем иметь только половину из них», — говорил он с гордостью в Давосе полтора года назад, рассказывая, что в банке началась новая эра — господства искусственного интеллекта. Цель — к 2020 году полностью перейти на цифровое обслуживание (провести роботизацию везде, где только можно).
«Мы очень много и достаточно давно применяем искусственный интеллект, — объясняет глава Сбера через год. — Радикально сокращаем людей, выполняющих какие-то очень простые операции. На среднем уровне мы сократили примерно 70% менеджеров».
Еще чуть позже крупнейшее кредитное учреждение страны решило уволить 3 тысячи (!) юристов. Сбер заменит их роботами, которые будут составлять судебные иски. «То есть процесс массовой роботизации уже пошел. Это, конечно же, не может не тревожить нас с вами... Мы на этот процесс повлиять не можем, он все равно нас настигнет... В Сбербанке шесть лет назад в бэк-офисе работали 59 тысяч человек, сегодня — 12 тысяч, в 2018 году будут работать 5 тысяч человек, еще через три года будет работать в лучшем случае только тысяча», — обещал Герман Оскарович.
Дальше — больше. «Мы поняли, что нам надо поменять все наши процессы, — говорит он сегодня. — Нам самим себя надо вывернуть наизнанку, потому что мы абсолютно не готовы к этому. Мне нужно поменять самого себя, потому что, если я не поменяю себя, ничего в компании не изменится, и нужно будет поменять весь топ-менеджмент...»
Выступая перед студентами Балтийского университета имени Канта, Греф буквально ошарашил слушателей: «Товарищи юристы, забудьте свою профессию. У нас нейронная сетка готовит исковые заявления лучше, чем юристы, подготовленные Балтийским федеральным университетом. Их мы на работу точно не возьмем».
То есть старых уволит, а новых не возьмет. Учтем: в нынешней России финансовый сектор считается одним из самых высокооплачиваемых. Но теперь получается, что именно он — из самых уязвимых в социальном плане?
Для роста банковской прибыли роботизация — великое благо: роботам не нужны зарплаты, премии и пенсии, удобные офисы, комнаты для отдыха и приема пищи, отпуска и больничные. Но как быть с людьми, которые многие годы жизни положили «на алтарь своего банка»? Куда они пойдут теперь, если начальство лишь туманно обещает «попробовать переучить, а если не получится, придется расстаться»?
И что, кстати, будет с «предпенсионерами», которых по новому пенсионному закону в грефовском Сбере объявится несколько десятков тысяч, и за увольнение каждого начальству будет грозить административное наказание и даже тюрьма? Впрочем, за Грефа можно не беспокоиться, носить передачи ему точно не придется. Эксперты в один голос говорят о том, что новый закон, якобы защища-ющий «предпенсионеров», на деле малореализуем.
Года три-четыре назад Герман Оскарович не был столь кровожадным, обещая не заменять людей роботами, а использовать ИИ (искусственный интеллект) для повышения производительности труда сотрудников банка. «Завтра никто вас не сократит, завтра роботы не придут. У нас есть все возможности для того, чтобы освоить новые специальности», — уклончиво говорил глава банка. Но, судя по всему, завтра нагрянуло раньше времени. Теперь Греф даже не заикается о судьбе нынешних сотрудников. Зато с удовольствием объясняет, какие работники нужны Сберу завтра: «Мы для себя определили, что этот «зверь» составляет 0,04% от общего количества персонала и найти его чрезвычайно тяжело. Его отличают три взаимоисключающие компетенции. Первое — наличие у них воображения и креативности. Второе, что является противоречием первого, — это человек с абсолютно развитым системным мышлением. И третье, что еще более редко сочетается с первым и вторым, — это то, что называется мастерством исполнения».
Если кто-то не понял, 0,04% от общего количества персонала — это 132 человека из нынешних 330 тысяч сотрудников, включая уборщиц. По Грефу, все остальные рано или поздно станут лишними.
Не знаю, как вам, а по мне, так это не слишком радужная перспектива. Тем более эту стратегию и без всякой роботизации в России берут на вооружение повсеместно, сокращая и оптимизируя все подряд. Правда, откуда он возьмется, искусственный интеллект, в стране, все заметнее отстающей на ниве научной и технологической, пока никто толком не объяснил.
