16 декабря, в день рождения Георгия Свиридова, ансамбль духовной музыки «Благовест» представит в Москве программу «Несказанный свет» – воссозданные по эскизам и авторским комментариям произведения прославленного композитора. Среди них – духовные хоры «Величание Пасхи», «Дева днесь», «Воскресение Христово видевше», а также хоровой вариант песнопений из поэмы «Отчалившая Русь» на стихи Есенина. Все они восстановлены композитором Антоном Висковым, много лет тесно общавшимся с Георгием Васильевичем, а сейчас входящим в редколлегию его Полного собрания сочинений. Накануне «Труд» поинтересовался, из каких зерен выросли эти работы и как велика не опубликованная до сих пор часть творчества Свиридова.
– Точный объем назвать трудно, поскольку наследниками еще не раскрыт весь архив Свиридова, – рассказывает Антон Олегович. – но скорее всего он огромен. Учтите, ведь даже опубликованные произведения композитор зачастую считал лишь эскизом к более полной версии, которая жила в его воображении. Так, например, произошло с кантатой «Светлый гость», клавир которой жена Георгия Васильевича Эльза Густавовна отнесла в издательство только потому, что им с супругом, изгнанным с поста руководителя Союза композиторов России, в тот момент элементарно не хватало денег на еду. Сохранились прямые указания на то, что Георгий Васильевич собирался инструментовать фортепианное сопровождение. И к 90-летию со дня его рождения (2005 год) мы с «Благовестом» подготовили и исполнили вариант с фортепиано, ударными и органом.
Похожая история – с поэмой «Отчалившая Русь» на стихи Есенина. Георгий Васильевич даже называл состав оркестра – у себя в дневниках и в разговоре с певцом Евгением Нестеренко, вошедшем в воспоминания о композиторе. Из чего мы сделали вывод, что логично переложить эту музыку для хора с солистами, и сейчас впервые предлагаем публике избранные песнопения оттуда. А со временем, думаю, представим и полную переложенную версию цикла.
Но многое из набросков осталось только в записях на магнитофонные кассеты, сделанных Георгием Васильевичем в последние годы жизни. Поет и аккомпанирует он себе с огнем, но добиться высокого качества фонограмм на доступной ему домашней аппаратуре было невозможно. Десятки раз прослушивая эти гулкие, дребезжащие пленки, я старался максимально восстановить авторский замысел. Один такой хор, «Величание Пасхи», уже получил популярность, меня просили сделать его варианты и с симфоническим оркестром, и с народным, и для смешанного хора, и для мужского (эту версию пел, например, знаменитый хор Сретенского монастыря). А недавно его даже включили в изданную в Швейцарии нотную антологию русской духовной музыки. В нынешнем концерте «Величание…» прозвучит с двумя другими восстановленными таким же способом хорами – «Дева днесь» и «Воскресение Христово видевше».
(9).jpg)
Масштабы творчества Георгия Васильевича точно до сих пор не известны. Фото: Юрий Пилипенко, Global Look Press
Кроме того, мы исполним знаменитый «Романс» из музыки к пушкинской «Метели» именно как романс, то есть вокальное произведение. В оригинале он инструментальный, но поэт Андрей Золотцев написал очень, на мой взгляд, подходящие к настроению музыки стихи, а я – партитуру для тенора и хора. Тоже, кстати, уже активно востребованную исполнителями – например, недавно ее спел хор Минского кафедрального собора на вечере памяти митрополита Минского и Слуцкого Филарета.
– Что раскрывается в музыке Свиридова, когда проникаешь в нее так, как вы – изнутри?
– Она забирает очень много сил и эмоций. Кстати, о том же говорят исполнители: «Мы после каждой репетиции как выжатый лимон». Рахманинов или, допустим, Чесноков в этом плане проще. Но лично я ощущаю и колоссальную поддержку, которую мне в такие часы оказывает Георгий Васильевич. Наверное, потому, что его музыка возвращает мою память во времена, когда мы постоянно общались и он реально поддерживал меня. Но также и потому, что невозможно не зарядиться энергией, когда ощущаешь излучение личности такого масштаба. Не зря все новые и новые хоровые коллективы вовлекаются в эту свиридовскую орбиту. Вот только недавние примеры: мы отправляли нотный материал в Петрозаводск, Воронеж, Донецк… А племянник и наследник композитора Александр Белоненко прислал мне великолепную запись «Песнопений и молитв», сделанную хором Берлинского радио.
– Вы называете себя учеником Свиридова, хотя формально он никогда не преподавал.
– Свиридов создал направление, стал стимулом для творчества многих композиторов, в том числе знаменитых – Валерия Гаврилина, Владимира Рубина, Владимира Генина, Алексея Вульфова… Недавно я общался с известными кинокомпозиторами Алексеем Шелыгиным, Иваном Бурляевым – и услышал от них: все мы ученики Свиридова… Знаете, меня не оставляет мысль устроить концерт или даже фестиваль подобной музыки. Обязательно включив в него чудесные вещи, которые пишут главный регент храма Христа Спасителя Илья Толкачев или, допустим, хормейстер того же «Благовеста» Денис Анзигитов. А может быть, и произведения тех, кого принято относить к авангарду – например, Антона Батагова. Поле влияния Свиридова огромно, оно гораздо обширнее, чем подчас о том думают.
– Но иногда можно услышать мнение, будто его музыка устарела, она-де слишком открыто-мелодична а такое сейчас не в моде…
– Как может устареть традиция, которая коренится в русском знаменном распеве, в партитурах барокко, в творчестве наших великих классиков – Глинки, Мусоргского, Чайковского, Рахманинова? Кстати, напрасно думают, будто музыка ХХ века не так мелодична, как в прошлые века. Как раз по количеству шлягеров это столетие явно лидирует – вспомните вещи Хоакина Родриго, Эйтора Вила-Лобоса, Эннио Морриконе или даже нашего Владимира Вавилова, разыгравшего весь мир своим «Аве Мария», которое он подписал именем итальянского ренессансного композитора Джулио Каччини… Так что и тут Свиридов – плоть от плоти своей эпохи, все испытания которой он прошел и остался самим собой – одним из главных мелодистов современности.
P.S. Антон Висков скромно умолчал о том, что в концерте 16 декабря будет исполняться и его собственная «Поэма памяти Георгия Свиридова» – произведение, самим названием перекликающееся с одним из главных произведений Георгия Васильевича – «Поэмой памяти Сергея Есенина», с премьеры которой 65 лет назад к мастеру начало приходить всенародное признание.
