В Лондоне скоро начнутся слушания по делу о выдаче Джулиана Ассанжа США. Первое слушание назначено на 25 февраля. Ассанж жалуется на сжатые сроки, которые даны, чтобы подготовиться к защите, и препятствия, с которыми сталкиваются его адвокаты.

Ассанж заявил: «Не могу поверить, что это процесс по правилам. Не понимаю, как всё это может быть справедливым. У этой сверхдержавы было 10 лет, чтобы подготовиться к процессу, а у меня нет доступа даже к моим статьям. Любое дело, предпринимаемое мной для своей защиты, встречает препятствия, тогда как в распоряжении этих людей – неограниченные ресурсы. Они настаивают, что журналисты, которые сообщают информацию, - враги народа. У них безраздельная власть распоряжаться документами, они знают внутреннюю сторону моей жизни, как мой психолог. То, что происходит, несправедливо». Так что же ожидает Ассанджа в мире «закона и свободы слова»?

Если судья, вызвав скандал даже в Англии, уже заявила, что «действует на основе решений британского правительства», то мы можем представить себе последствия. Ведь эта дама забыла, что в правовом государстве судебные органы действуют независимо от исполнительной власти. Что означает эта фраза? Она означает, что британское правительство хочет свалить с плеч это дело, избавиться от ответственности. Из Вашингтона им было сказано: «Выдайте его нам», - и они не хотят, чтобы процесс шёл слишком долго, с соблюдением правил.

Хотя адвокаты выдвигают десятки аргументов, что нужно время для рассмотрения аргументов, - судья отвечает: «Мы решили, что нужно действовать быстро – и точка». Если решение таково, очевидно, что предположение, будто Ассанжа освободят, очень маловероятно.

Между прочим, здесь речь идёт не только о том, чтобы наказать Ассанжа. Мы уже видели, что они его наказали и как: этот несчастный годами жил в посольстве, не имея возможности выйти, против него выдвигали бессмысленные обвинения, наконец, он попал в руки своих врагов. Теперь они хотят открыто заявить, что все те, кто будет вставлять палки в колёса власти, будут наказаны, и безжалостно. Это предупреждение, исходящее от власти, от тех, кого я называю «хозяевами мира»: это они решают, кто может говорить, а кто не может.

Когда я говорю о деле Ассанджа, мне вспоминаются и другие жертвы «свободного общества». Его звали Удо Ульфкотте. Он был очень известным немецким журналистом. Он написал строки, которые я привожу здесь и которые он опубликовал в Германии. Несколько лет назад. Потом он умер - официально заявили, что от инфаркта. И был кремирован без вскрытия.

Конечно, эти строки касаются только Германии и немецких журналистов. Например, все знают, что эти строки неприменимы к итальянским журналистам, в особенности ко всем ведущим всех ток-шоу семи главных каналов.

«Я был журналистом около 25-и лет и был научен лгать, предавать и не говорить публике правду… Это точка невозврата, и я решил возвысить свой голос и сказать, что то, что я делал, было несправедливо – несправедливо манипулировать людьми, чтобы заниматься пропагандой… и несправедливо то, что мои коллеги делают и делали в прошлом, потому что они продажны и предают народ, не только народ Германии, но и народ всей Европы… Мы, журналисты, предали наших читателей… Мы живём в банановой республике, а не в демократической стране, где существует свобода слова».