Шайа ЛаБаф сыграл главную роль в фильме Оливера Стоуна. Корреспондент «Труда» побеседовал с актером сразу после премьеры в Каннах.

— Как же вам удалось проникнуть в мир большого бизнеса? Что скажете о нем?

— Он не черный и не белый, этот мир гораздо сложнее. В двух словах не опишешь. Я понял, что объединяет всех трейдеров вне зависимости от их бэкграунда, интеллекта или таланта — невероятная уверенность в себе. Эти люди могут продать вам что угодно по той цене, которую вы не сможете себе позволить. Они войдут в ваш кабинет и выйдут с 3 миллиардами долларов, даже не объяснив, зачем им нужны эти деньги, а вы и не спросите, потому что будете им доверять. Таких людей я не встречал никогда, а я работаю в Голливуде!

— Много общего между Уолл-стрит и Голливудом?

— Злодеи есть в любой индустрии. И герои тоже. Например, Джордж Сорос. Он и многие другие — хорошие, порядочные люди. И скромные. А другие уверяют, что их благословил Господь, хотя они никогда в жизни не подали милостыни бедняку и не построили на свои деньги ни одной школы. Уолл-стрит — как шоколад. Шоколад не виноват в эпидемии ожирения. Виноваты люди, которые обжираются шоколадом. С деньгами та же история. Не деньги плохи, плоха жадность. Капитализм может и не быть всемирным злом.

— А какие у вас отношения с деньгами?

— Единственным периодом, когда я много думал о деньгах, было время, когда мне их не хватало. Тогда мне казалось, что денежные проблемы стали причиной развода моих родителей, пристрастия моего отца к наркотикам и всего безумия, через которое он прошел. Деньги для меня были эквивалентом боли. Но потом у меня появились деньги, и я понял, что они могут не только убивать, но и спасать!

Когда я получил первую работу на Disney Channel, я был еще ребенком, и по условиям контракта было необходимо присутствие одного из родителей на съемочной площадке. Мама работала, а отец как раз был в реабилитационном центре. Деньги помогли мне вытащить его оттуда, устроить его на работу, восстановить отношения с ним. Не деньги виноваты, не капиталисты. Люди сами во всем виноваты.

— Какой была ваша встреча с Оливером Стоуном?

— Я очень боялся. В конце концов, кто я такой? Мальчишка из «Трансформеров», не более того! Хотя я и считаю режиссера «Трансформеров» Майкла Бэя гением и к ролям в развлекательных фильмах отношусь не менее серьезно, чем к ролям во взрослом кино. Наслушался всякого об Оливере, как трудно с ним работать: Многое оказалось враньем.

Он сразу успокоил меня: «Не бойся, до встречи со мной Том Круз тоже не был актером». На самом деле он сделал меня другим человеком: он контролировал меня, он мог выжать из меня любую эмоцию. Конечно, было нелегко. Я боялся смотреть Джошу Бролину в глаза, не говоря о Майкле Дугласе: у меня мурашки по телу бежали, когда мы оказывались рядом. Зато это помогло мне всерьез подготовиться к роли и выучить много нового. Я не превратился в финансового гения, но в конце съемок вложил 20 тысяч долларов в акции...

— И заработали?

— Ага, 600 тысяч. Так что я кое-чему научился.

— Наставником вашего героя становится Гордон Гекко, герой Майкла Дугласа. А у вас в Голливуде есть наставник?

— Да. Таким человеком для меня стал Стивен Спилберг. Мне было 17 лет, когда мы впервые встретились. У меня перехватило дыхание. Я сразу почувствовал, что эта встреча изменит мою жизнь. Так и получилось.

— Будете снимать пятого «Индиану Джонса»?

— Стивен звонил мне и сказал, что Джордж Лукас пишет сценарий. Больше ничего пока не знаю. Знаю только, что, если там согласится сниматься Харрисон Форд, рядом с ним буду и я.