В Государственном музее изобразительных искусств им. Пушкина открылась экспозиция "Век Рембрандта", на которой представлена голландская живопись ХVII века. Год назад здесь же москвичи увидели великолепных фламандцев, и, похоже, знакомство с разделами музейного собрания становится традицией.
На этот раз есть возможность неспешно посмотреть 200 картин. Собственно рембрандтовских полотен на выставке всего шесть. Все они, в общем-то, хорошо известны: от "Изгнания торгующих из храма" (1626), относящегося к раннему периоду, до полотна "Артаксеркс, Аман и Эсфирь" (1660), написанного в последние годы жизни мастера. Однако в художественном контексте эпохи даже известные работы воспринимаются по-новому.
С именем Рембрандта связано большинство полотен. Автор картины "Давид и Ионафан" Питер Ластман, например, был его учителем в Амстердаме, а Карел Фабрициус, представленный работой "Гера, скрывающаяся у Океана и Тефии", - самым талантливым учеником. Вряд ли можно утверждать, что многочисленные питомцы Рембрандта превзошли в мастерстве своего гениального учителя. Большинство из них, несомненно, тщательно усвоили уроки по части знаменитого рембрандтовского света и не менее знаменитого его же мрака. Но в отличие от Рембрандта, не терпевшего и решительно отвергавшего всяческие каноны, его усердные ученики восприняли достижения мастера с таким пиететом и последовательностью, что невольно сделали из его приемов своеобразный канон, которого и придерживались без устали.
Недаром же авторство некоторых картин долго не удавалось установить точно, и они приписывались Рембрандту. Скажем, такая участь выпала на долю художника Арта де Гельдера и его картины "Лот с дочерьми", которая до 1862 года - пока не попала в Румянцевский музей - упоминалась как произведение Рембрандта.
Широко представлены на выставке не только картины на ветхо- и новозаветные темы, в которых нашли отражение классические сюжеты о поклонении волхвов, бегстве в Египет, об Иуде и Фамари, Понтии Пилате, апостоле Фоме, но также жанровые композиции из крестьянской жизни, разнообразные аллегории. Последние нетрудно объединить под общим названием "Суета сует". По крайней мере так озаглавлены картины Маттиаса Витхоса и Юриана ван Стрека, но и большинство аллегорий других художников на эту тему вполне ему соответствует. Соединение песочных часов, похоронных урн, погасших фонарей и зияющих пустыми глазницами мертвых черепов символизирует бренность бытия и человеческой славы. Пафос же аллегорических опытов - в надежде на спасение души в вечной жизни. Характерным для этой темы представляется полотно Адриана ван де Велде "Невинность между добродетелью и пороками" из коллекции Шереметевых.
Любопытная история связана с картиной Питера де Хоха "Утро молодого человека" (подаренной в 1818 году В.Трубецким Александру I) центральный персонаж которой долгое время были склонны идентифицировать с императором Петром Алексеевичем во время его пребывания в Голландии. И только позднее, когда разобрались, что вещь написана за полвека до его визита в эту страну, легенда была опровергнута.
15:58
ВИНК знает цену бензина
09:26
Друг северного человека
