Что бы ни делала Россия на Ближнем Востоке, Западу это точно не понравится. Сколько было визга по поводу «коварства Путина», когда на базе Хмеймим появились наши «сушки» и началась масштабная операция против террористического квазигосударства. Обама обещал, мол, увязнет Кремль в Сирии и сорвет урегулирование. Потом пять месяцев хор пел про страдания от русских авианалетов населения Сирии и умеренной оппозиции. Теперь же, когда перемирие установлено, переговоры с оппозицией идут, а ИГИЛ отступает, на Западе все равно недовольны.
Решение Москвы сократить основную военно-космическую группировку в Сирии застало Госдеп и аналитиков Белого дома врасплох. По данным Politico, во время брифинга пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест «отмахивался» от вопросов на эту тему. Потом президент США, сжав зубы, все же признал, что вывод авиагруппы — это мужественный шаг. Но еще посмотрим, что будет с продвижением войск Асада и переговорами в Женеве.
Его смятение понятно. Как написала по этому поводу Financial Times, пять лет назад Обама заявлял, что военная операция США будет сложной и не ограниченной по времени. Теперь же Владимир Путин показал, как за короткий срок можно радикально изменить ситуацию и запустить политический процесс.
Реакция англичан тоже свидетельствует о признании провала Запада в Сирии. Глава МИДа Филип Хаммонд попытался сравнить действия российских ВКС в Сирии с избиением жены мужем, а еще один «друг России», американский сенатор Джон Маккейн, тут же стал пугать: «К сожалению, Россия и ее ставленники изменили военную ситуацию на местах в Сирии и создали условия для политического урегулирования, более благоприятные для их интересов. Россия теперь переориентирует свои ресурсы и внимание на другие регионы, и я боюсь, что в Украине снова приходит кровавая весна». Но это больше похоже на проявления бессильной злобы, чем на серьезную аналитику.
Хотя примеры таковой тоже имеются. The New York Times подытожила: операцией в Сирии Путин добился основных поставленных целей. Вернул России звание мировой державы, исключил смену режима в арабской республике, особенно со стороны Запада, укрепил собственные позиции, а также позиции Асада в Сирии. "Вмешательство России в сирийский конфликт резко изменило имидж Кремля не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире. Российские военные продемонстрировали, что способны объявлять и осуществлять военные операции за пределами своих границ, а Москва способна в корне изменить ситуацию в Сирии, несмотря на то, чего хотят Вашингтон, Брюссель, Эр-Рияд или Анкара«,-- - констатировал The National Interest.
Израильский новостной портал Ynet идет дальше. «Об этом мечтали все цари и советские лидеры. Путин теперь контролирует Средиземное море, он положил конец монополии США и НАТО в регионе. Всего этого Путин умудрился достичь за 5,5 месяца. Теперь Россия является инициатором, а США всего лишь реагируют на действия Москвы. Россия доказала, что именно она является супердержавой в регионе».
Что дальше, после вывода российских ВКС из Сирии? По мнению The Financial Times, Россия все равно сохранит рычаги контроля над ситуацией в этой стране. По оценке офицера НАТО, для обороны режима Асада хватит дюжины самолетов на базе Хмеймим. Вероятно, в Сирии останутся и силы российских ВМС. А вечным козырем для России станут системы ПВО «С-400», гарантирующие бесполетную зону в радиусе 400 км.
Французский политик Жерар Бапт, депутат правящей Соцпартии, не склонен думать, что Россия прекратит борьбу с ИГ и «Фронтом ан-Нусра». Как он считает, своим заявлением о выводе войск во время открытия переговоров в Женеве Путин поставил в сложное положение всех участников конфликта: Башара Асада, Турцию, Америку и Иран. Как и США, подытоживает француз, Путин хочет ограничить свое присутствие в Сирии и стабилизировать там ситуацию.
Английская The Guardian пишет, что в западных дипломатических кругах восприняли шаг Москвы с изумлением: «Это же Путин!». «Когда российский президент объявляет об окончании операции в Сирии и выводе большей части войск, то что-то неладное чувствуют не только самые отъявленные путиноскептики», — вторит немецкая Sueddeutsche Zeitung. А Die Welt разглядел в действиях президента РФ «хладнокровный расчет»: «Вывод войск служит в первую очередь для того, чтобы закрепить политические успехи до того, как вырастут расходы... Самое время остановиться».
Впрочем, во всей этой разноголосице отчетливо слышится главный вывод: «Путин уходит, чтобы остаться». Любое сохранение сирийской государственности возможно отныне только с участием России, которая, уходя, доказала, что остается другом Дамаска и не преследует корыстных интересов. Никакая оппозиция больше не сможет объединить страну под американским, саудовским или турецким протекторатом. Политическое урегулирование в Женеве возможно только на основе учета воли самих народов Сирии и уважения ее суверенитета.
