Здесь есть пение и танцы до упаду, оркестр на сцене и множество «народных сцен». Но основная мысль осталась в неприкосновенности: несвобода губительна, а искренним человеческим порывам всегда выставляет заслон ханжество.
И, кажется, в этом смысле режиссера интересует судьба не только Катерины, но и целого городка Калинова, где все живое и яркое на корню глушат влиятельные самодуры вроде Кабанихи и Дикого. Получается, сюжет на все времена.
Сцена тонет в густых клубах волжского тумана, который изредка пронзают солнечные лучи (впечатляющая работа художника по свету Нарека Туманяна). Люди в костюмах простолюдинов почему-то выделывают балетные па у станка. Это выглядит вопиюще неестественно, но неестественность — удел многих жителей Калинова, наученных приспосабливаться к капризам тех, от кого они зависят, будь то начальник или деспотичный отец семейства.
Вот по делам уезжает в Москву муж Катерины Тихон, а его мать Кабаниха (прекрасная роль Юлии Овчаренко) заставляет домочадцев при прощании бросаться друг другу в ноги. Смотрится презабавно и слегка омерзительно. Что, впрочем, Кабаниху не беспокоит — ни она сама, ни глава соседской семьи Дикой не собираются следовать правилам, придуманным ими для других людей.
А вот еще деталь. Оба завзятых лицемера публично осуждают все иноземное. Дикой трясется в гневе, заслышав, что часовщик-самоучка Кулигин (Сергей Сотников) мечтает продать свое изобретение англичанам Обращенный к самоучке грозный вопрос купца: «Ты что, татарин?!» уж очень перекликается с вопросом тетушки из недавней премьеры «Войны и мира» в Вахтанговском театре: «Пьер, вы русский?». Но когда Дикой (Роман Матюнин) и Кабаниха остаются наедине, они исполняют знаменитый дуэт Далиды и Алена Делона: «Слова, слова, слова:». Да так чувственно, что диву даешься: куда девался весь патриотизм?
Спектакль радует обилием блестящих второстепенных ролей. Здесь неожиданный Тихон (Константин Новичков) — не забитый, каким его часто изображают, а очень обаятельный. Он, как Катерина, в молодости недогулял (что немудрено при такой родительнице) — и потому так рад своей «командировке». Оказавшись в Москве, сразу идет в кабак, где у певички заголена грудь, но песню там он посвящает «маменьке и любимой жене Катеньке, моему лучику света в темном царстве», а потом устраивает драку.
Необычна и служанка Кабановых Глаша — по сцене она неуклюже передвигается в балетной пачке. Играющая ее Антонина Рыбаловлева — трагическая клоунесса. Это можно сказать и о яркой Полине Райкиной в роли странницы Феклуши, которая в этом спектакле раздвоилась (другую ее «половинку» играет Евгения Абрамова, и обе Феклуши иногда ругаются между собой). Еще один интересный персонаж, придуманный режиссером, — девочка с аккордеоном (Алина Доценко), сопереживающая главной героине, ее альтер эго, символ чистоты и незамутненного взгляда на жизнь...
Сама Катерина (ее играет Мария Золотухина, внучка Валерия Золотухина) выглядит совсем юной, пацанистой и какой-то душевно неустойчивой, порой просто блаженненькой. Ее боязнь грозы и признание домашним в любовной связи с Борисом (Алексей Фалько), кажется, объясняется не столько религиозностью, сколько порывистостью вчерашнего тинейджера. В отличие от красивых и ладных Варвары (Ася Войтович) и Тихона, с детства приученных притворяться и выкручиваться перед маменькой, Катерина не обладает такими способностями — и потому обречена. Впрочем, и своих детей Марфа Кабанова доводит до ручки: дочь бежит из дома, сын прилюдно обвиняет мать в смерти снохи. Сама не ведая, что творит, Кабаниха разорила собственное гнездо. Смертельное дыхание деспотизма налицо. А вы как думали?
