Непредставимо широк был круг его интересов и хобби — от пчеловодства до поворота северных рек, от сочинения прозаических притч до публичных танцев. От Лужкова можно было ждать эмиграции куда угодно — в Англию или Австрию (куда, говорят, направила стопы Елена Батурина); но выбор Латвии в качестве потенциального политического убежища можно объяснить только одним — кажущейся бесхозностью этого участка суши. Лужков не может быть одним из многих: он и во главе Москвы вел себя как повелитель природы — и, кажется, у него были к тому основания, ибо есть ли что стоящее в природе, кроме Москвы? Он не мыслит себя среди политиков-пенсионеров и тем более — среди беженцев. Отъезд Лужкова в Латвию можно объяснить только одним соображением: он хочет ее даже не возглавить, а приобрести, превратить в личное поместье. Не случайно латвийские политики так забеспокоились: тяжеловесов лужковского масштаба там нет, конкурировать не с кем, во главе республики пребывает нехаризматичный Валдис Зетлерс, а русскоязычного населения в Латвии полно — одних неграждан около полумиллиона. Лужкова будет кому поддержать. Такие, как он, не эмигрируют — они приватизируют будущую страну проживания; не думаю, что семье Лужковых по карману Англия или даже Австрия, но у Латвии, судя по ее экономическим проблемам, есть шансы. Конечно, Латвия после Москвы — определенный шаг назад; но если Лужков вернет Латвию под руку российского президента, обеспечив добровольное воссоединение республики с Россией, — как знать, ему вполне могут вернуть президентское доверие и снова сделать мэром Москвы.
Все это, конечно, конспирология, невинные игры разума — хотя решительно никаких других объяснений в пользу прибалтийского выбора Юрия Лужкова у меня нет, да и отказ в виде на жительство, которым уже пригрозили латвийские власти, я могу объяснить только страхом конкуренции: с какой бы стати стране вроде Латвии отказывать такому потенциальному инвестору? Если же говорить совсем серьезно, Юрий Лужков давно уже служит индикатором для России, прежде всего для ее властей: сначала он выстроил в отдельно взятой Москве властную вертикаль, которую потом скопировал Путин.
Не забудем, что и «Единая Россия» — всего лишь обновленное лужковское «Отечество». И, следовательно, строителям нынешней госвертикали, которая не
