От вещей сегодня принято избавляться без колебания. Посмотришь по сторонам и вздохнешь. Шарф из предыдущей коллекции — как прошлогодний снег, настольная лампа из родительского дома режет глаз, а еще недавно любимые дочкой игрушки странно смотрятся на фоне плакатов с татуированными парнями: девочка-то выросла из коротких штанишек... И вот снаряжается к мусорному баку целый контейнер с лишившимися нашей любви и участия вещами.
На это, собственно, и рассчитывает индустрия потребления: скорей выбрасывай старье, пора покупать обновки! Но, к счастью, есть еще люди, у которых рука не поднимается на старую вещь. Это коллекционеры разной мелочи, старины, лишенной антикварного блеска. Просто ностальгирующие. Искатели оригинального, со смыслом и историей, подарка... Именно из этих нестройных рядов и формируется армия завсегдатаев блошиных рынков.
Вообще-то этот торговый жанр зародился еще во Франции пару веков назад. Почему «блошиный»? Ответ легко вытекает из французской пословицы: «Тот, кто ложится спать с собаками, на утро просыпается с их блохами». Да, именно так: тряпье и утварь с торговых развалов в те времена кишела паразитами. Теперь, конечно, с этим стало строго. Во всяком случае, на многих блошиных рынках (например, на таком известном среди москвичей, как «Тишинка») к продаже запрещены постельное и нижнее белье, а также летняя и домашняя обувь.
Впрочем, есть места, где царит полная демократия. Ранняя электричка от станции «Петровско-Разумовская», 20 минут езды — и вы попадаете на самый большой блошиный рынок Подмосковья «Левша», который находится на платформе Новоподрезково. Вообще-то эта торговая площадка создавалась когда-то в рамках программы поддержки нуждающимся слоям населения. Дескать, если прижмет нужда, можно хоть утащить что-то из дома на продажу. Но, как водится, выжили в этом бизнесе самые стойкие и бережливые. Прямо от платформы начинаются торговые ряды с товарами, большей частью разложенными прямо на земле. Бабули и старички выкладывают всякую всячину: это и платья времен СССР и тотального дефицита, и страшноватые флаконы с невыветривающимся запахом советского парфюма, и первые модели сотовых телефонов, этакие «кирпичи» с антеннами (привет из времен первоначального накопления капитала!), и странные бязевые колготки с навсегда вытянутыми коленками (хозяйка уверяет, что сносу им нет)...
Говорят, нужно исходить многие километры по этим рядам, пока не наткнешься на что-то действительно интересное. Если так, то мне повезло: буквально через полчаса пустого глазения по сторонам увидела потертую (но не слишком!) сумку известного французского бренда — с такой Брижит Бардо щеголяет в фильмах 1960-х. Тогда она не так рьяно защищала животных и могла позволить себе аксессуары из хорошей кожи... Откуда такая роскошь? «Когда-то муж-моряк привез, а недавно нашла на антресолях, жалко стало, что вещь пропадает», — поясняет женщина с усталым лицом. Хватаю покупку с азартом, который раньше за собой не замечала. Носить такую сумку я вряд ли буду, но если вставить ее в раму и повесить в спальне, получится здорово. Ну, с почином!
Из «Левши» отправимся на Измайловский вернисаж, что неподалеку от станции метро «Партизанская». Прянично-лубочный городок, где грудятся сотнями самовары всех мастей, старинные монеты, вазы и даже ковры из всевозможного зверья. Гостиничный комплекс «Измайловский» когда-то строился в расчете на туристов и гостей столицы. И иностранцев здесь было поначалу действительно много, рассказывает мне старожил здешней торговли Анатолий, но сегодня основной покупатель — свой, родной, русскоговорящий. Толя продает украшения из полудрагоценных камней уже 22 года. «Это мой дополнительный заработок, а постоянно я работаю в интернате в Кожухово». Тут многие промышляют новоделами, выдавая их за старинные вещицы. Но Толя этим не грешит. «Зачем? Мне репутация важнее. А тех, кто хотел бы вещь с историей, я успокаиваю: через каких-то 20-30 лет она такой и будет, гарантирую!»
Знакомлюсь еще с одним измайловским ветераном: Николай Григорьевич, экс-учитель истории с почти 40-летним стажем. Он по другую сторону прилавка: покупатель. Его бизнес прост, как мир: скупает дешево — продает подороже, поскольку хорошо осведомлен, кому что требуется. В его пухлом блокноте (девайсов не признает!) почти сотня фамилий — люди, по чьим заказам он прочесывает барахолки. Поделился со мной сегодняшними планами: ищет старые морские пуговицы, одному клиенту вздумалось так украсить модное пальто. Напал на след губной гармоники тульского завода. А еще давно обещал найти клетку для попугая с музыкальным механизмом...
Тут начинаешь понимать, чем профи блошиного рынка отличается от новичка. Но от моих комплиментов Николай Григорьевич не растаял. Дал мне лишь один совет: чтобы охота была успешной, надо вставать очень рано, успевать к «снятию сливок».
А в заключение история, которой меня угостили на блошинке в Новоподрезково. Говорят, недавно одна из посетительниц нашла на развалах рукопись с поваренными рецептами... своей бабушки.
По старым адресам
Блошиный рынок в музее-усадьбе Архангельское имеет глубокие корни: здесь для окрестных жителей устраивались базары еще при князьях Юсуповых.
Легендарная «Уделка» (рынок на Удельной в Санкт Петербурге) попала в список «10 блошиных рынков мира, которые надо посетить» по мнению журнала Forbes. Здесь же значится и Староконный базар в Одессе, на котором бывший президент Украины Виктор Ющенко купил себе топор.
