О холокосте говорить и необходимо, чтоб не забывали, и трудно, потому что болезненно для многих. Каким же тактом надо обладать, чтобы создать на эту тему произведение нежное, местами даже смешное — и неизменно трогательное. Именно такой вышла премьера «Поезд жизни» Галины Зальцман в театре «Шалом». Жанр — трагикомедия абсурда, а основа постановки, как это сейчас очень распространено, кинематографическая — одноименный фильм 1998 года французского режиссера румынского происхождения Раду Михайляну, выступившего и автором сценария.
Ту картину удостоили двух призов Венецианского кинофестиваля, премии Итальянской академии кинематографии «Давид ди Донателло» и других международных наград. Но в нашей стране ее видели немногие, поэтому интрига в спектакле сохраняется до конца.
Действие происходит в 1941 году в еврейском местечке в Восточной Европе. Его жители решают не дожидаться прихода гитлеровцев, а совершить исход в землю обетованную, по примеру своих предков, в древности спасшихся из враждебного Египта. Для этого они хотят пробираться через уже оккупированные земли, имитируя собственную депортацию. Купить поезд, нанять машиниста и переодеть в собственноручно сшитую нацистскую форму жителей деревни, призванных изображать конвой, оказывается не так сложно. Но в дороге выясняется, что для успешной поездки предусмотрено далеко не все...
Герои покоряют зрителя тем, что перед лицом опасности не сидят сложа руки в надежде, что все само обойдется. Хотя и наивности им не занимать. Чего стоит только перебранка из-за того, кому изображать ненавистных гитлеровцев — мужчины в ней становятся похожи на детей, играющих в войнушку. В итоге выбранный «начальником конвоя» видный и умный Мордехай Шварц после пары встреч с настоящими фашистами так входит в свою роль, что пугает своих спутников. Дмитрий Цурский в этой роли выразительно играет драму лидера, на которого, с одной стороны, давит высокая ответственность, а с другой — недовольство тех, кто от него зависит. В таких условиях трудно сохранить адекватность и человечность, и все же это необходимо.
Есть здесь и любовный треугольник: первая в местечке красавица Эстер (Карина Пестова) питает большое чувство к симпатичному сыну Мордехая Самилю (Никита Кругляк). Но тому больше по душе игры не в любовь, а в политику — Сами вступает в социалистическую партию, которую в поезде учредил... известный лентяй Йоси (Сергей Шадрин), причем как раз после того, как его предложение руки и сердца было отвергнуто Эстер. А ведь кандидатуру этой девушки одобряла даже боевая родительница Йоси Голда, для которой сын — единственный свет в окошке.
Время от времени в поезд наведываются фашисты, проверяющие его на станциях. Они всегда одинаковы: это трое карикатурно развязных мужчин с выбеленными лицами и веселыми улыбочками. Но в самый последний раз троица появляется на сцене без грима, и становится понятно — шутки, как и везение, закончились...
Финал весьма неоднозначен. Рассказчиком истории выступает застенчивый местечковый сумасшедший Шломо (Антон Ксенев), чьи мысли, впрочем, порой бывают на редкость здравы. И в конце спектакля он повествует о дальнейшей счастливой судьбе каждого из своих спутников по поезду. Во что очень хочется верить — но потом все эти люди выстраиваются у задника, воспроизводящего стену Варшавского гетто (художник спектакля — Семен Пастух), на которой отпечатываются их силуэты. Символика понятная и страшная.
А главную мысль постановки, на мой взгляд, высказывает одна из героинь — жена ребе (Вероника Патмалникс). Рассказывая своей дочери-подростку о Палестине, женщина говорит: земля могла бы быть святой везде, если бы этого захотели люди.
«Поезд жизни» — не первый спектакль лауреата «Золотой маски» Галины Зальцман в «Шаломе», до этого она поставила здесь «Полную иллюминацию» по роману Джонатана Сафрана Фоера, получившую много положительных откликов. Худрука театра Олега Липовецкого вообще отличает умение подбирать людей в команду. За два с половиной года его руководства в театре поставлено 13 премьер, среди авторов — Петр Шерешевский, Яна Тумина, Мурат Абулкатинов... Худруку удалось возродить интерес публики к далекому от центра столицы театру на Варшавском шоссе. Так что недавнее решение департамента культуры Москвы о присоединении к «Шалому» бывшего «Центра им. Вс. Мейерхольда» на Новослободской выглядит оправданным и внушающим надежду.
