Вот, например, французы с их мушкетерской отвагой придумали книжную серию «От 9 до 99». Универсальная идея. Сюда отлично ложатся и мемуары советского функционера (украинская тема делает их гиперактуальными как для дедушек, так и для внуков), и тексты православного священника, пригодные всей семье от мала до велика, и даже комиксы про классовую борьбу и прибавочную стоимость.
Петр Шелест. «Да не судимы будете»
У первого секретаря ЦК компартии Украины была «паршивая привычка» все записывать. Так что львиную долю этих не совсем обычных мемуаров составляют дневники (с 1953 года), дополненные более поздними вставками. Сам автор напоминает: «Мои «Дневниковые записки» имеют свою историю. При Брежневе, когда слежка за мной пошла, я их на даче в огороде закопал. Завернул аккуратно в целлофан и закопал. Там и хранил до смерти Брежнева». Мальчик из крестьянской семьи с Полтавщины достиг высочайших вершин власти. Принимал участие в свержении Хрущева, которому многим был обязан. Потом в этом раскаивался. Друг Леонида Брежнева, назвавший брежневщину «спектаклем по очень плохому сценарию». Поддержал в 1968-м ввод советских войск в Чехословакию, но позже заявил, что без этого можно было обойтись. Хозяин советской Украины, он защищал диссидентов-националистов, в частности, спас от тюрьмы писателя Олеся Гончара. Когда же в Киеве в 70-х вышла его книжка «Україно наша радянська», его самого объявили националистом и изгнали со всех постов.
Протоиерей Максим Козлов. «Промысл — штука нелинейная»
Чистой беллетристики в сборнике бывшего настоятеля храма святой Татианы при МГУ, позволившего устроить в его стенах выставку современного искусства, нет. За исключением пересказа на новый лад евангельской притчи о милосердном самарянине (когда девушку, стоящую в очереди к поясу Богородицы в храме Христа Спасителя, от мороза спасает неизвестный). Или «быль» про то, как решившегося стать православным египтянина принимают за террориста и вызывают наряд полиции. Тут и анекдоты из священнической жизни в духе Лескова, и посвящения патриархам ХХ века от Сергия до Алексия II, и чудесные истории про филфак МГУ, классическое отделение которого окончил автор, и прямое руководство, как найти хорошую жену и матушку и приобщить ребенка к Богу... Автор так играет латинскими и греческими фразами, что названия глав напоминают афоризмы. А сокурсник по университету и один из персонажей книги Алексей Варламов в предисловии сравнивает ее по «калейдоскопичности» с розановскими «Опавшими листьями» и «Уединенным».
Ронан Декалан. «Призрак Карла Маркса»
Вы могли бы рассказать девятилетнему ребенку про классовую борьбу, прибавочную стоимость и товарно-денежные отношения? Профессор Сорбонны с этим легко справился, вооружившись юмором и взяв в помощники художника Донатьена Мари, замечательно оформившего его марксистскую сказку в стиле советских «Окон РОСТА». «Не пугайтесь, меня зовут Карл Маркс, — сообщает похожий на Карлсона герой-привидение. — Европейские государства объединились и открыли на меня настоящую охоту. Поэтому я прячусь под покрывалом». Главный его враг — Капитал, который тут вальяжно пьет кофе и курит дорогие сигары. На Марксе же облачение из материи льежских ткачей, с описания расстрела которых началась его публицистическая карьера. Призвав Рабочего к борьбе против буржуев, он сам едет в США сражаться с Уолл-стрит. Во Франции книга вышла в серии «Платон и K°», где в жанре комикса излагаются основы мировой философии людям от 9 до 99.
