БАРИТОН И... КОЛБАСНЫЙ БАТОН

Главная Жизнь 01:01 21 Октября 2002 131

ВОРОШИЛО Александр Степанович, родился в деревне Маевка Днепропетровской области.Образование: окончил Одесскую консерваторию.Работал в Одесском театре оперы и балета, Большом театре СССР (позже - России), был ведущим оперным солистом.С 1992 года серьезно

Турченко Сергей

Напечатать

- Александр Степанович, почему вы - такая величина в оперном искусстве, в 1992 году вдруг все бросили и начали с нуля в бизнесе? И почему именно в колбасном?
- В середине 80-х годов у меня произошла жизненная драма. Я переболел, хотя и обычной простудой, но очень неудачно - начались проблемы с голосом. Не то чтобы я в один день потерял способность профессионально петь, все происходило постепенно, и это было огромным не только физиологическим, но и психологическим испытанием.
И если бы я жил в более благополучной стране, мне не нужно было бы беспокоиться о своем материальном достатке. А тут я оказался перед дилеммой: или доживать жизнь, плывя по течению, или попытаться создать себе новое имя, новую судьбу, покорить новую вершину.
- Что значит "плывя по течению"?
- Конечно, меня бы устроили на преподавательскую работу, получал бы я свой "прожиточный минимум". Вернее, не получал бы. Отвлекусь, к слову. Недавно шофера себе нанимал. Спрашиваю, сколько ты на прежней работе зарабатывал? Он замялся: понимаете, мол, был оклад три тысячи, но четыре месяца не платили. Недавно сказали, что оклад повысили, теперь будут "не платить" четыре тысячи в месяц. Ну и зачем мне такие шизоидные игры с государством? Вот я и выбрал второй путь. И должен отметить - это в моем характере. С молодости между спокойной жизнью и преодолением трудностей всегда выбирал последнее.
- А можно конкретный пример?
- Знаете, как я стал солистом Большого театра? В 1976 году Большой театр готовился к своему 200-летию. Было устроено конкурсное прослушивание певцов с целью омоложения труппы. Я тогда заканчивал Одесскую консерваторию и одновременно работал в Одесском театре оперы и балета. В результате первичного прослушивания мне предложили приехать в Москву и принять участие в спектакле "Иоланта". Моя преподавательница позвонила своей однокашнице Белле Руденко и спросила совета: стоит ли молодому певцу да еще и с лирическим баритоном выпускать синицу из рук (то бишь место солиста в Одесском театре) и пытаться поймать журавля в небе? Опытная певица ответила отрицательно, ибо, подчеркнула она, в Москве лирических баритонов как собак нерезаных. Спасибо за хлопоты, ответил я своей преподавательнице, но вы передали мне чужое мнение. А я хочу иметь свое. Уехал в Москву, без репетиции сыграл в "Иоланте" и в тот же вечер меня приняли в Большой театр.
- И каким же образом деревенский хлопец смог приобщиться к оперному искусству?
- Живя в деревне, можно было окончить только семь классов. Я переехал к родственникам в Днепропетровск. После средней школы работал токарем на заводе. Потом служил в армии. После службы вернулся в Днепропетровск. Познакомился с девушкой, которая посещала кружок самодеятельности в клубе завода Коминтерна. Однажды на репетиции спел и я, как сейчас помню, песню Островского "Время". Ничего хорошего из этого не вышло. Словом, опозорился я тогда. И меня это крепко задело. Стал ходить на занятия кружка серьезно. Это было зимой, а весной уже вовсю участвовал в концертах художественной самодеятельности. В этом направлении решил и учиться. В Днепропетровске было лишь одно музыкальное училище. В него и поступил на хормейстерский факультет. И лишь позже разобрался: для того, чтобы учиться петь, нужно идти на вокальный.
Но пришлось учиться и одновременно зарабатывать деньги. Я ведь рос в многодетной семье, был пятым ребенком у родителей. Научился играть на аккордеоне, вел кружки в ДК. Подрабатывал конферансье в цыганской труппе. Написал даже сценарий спектакля для цыганского театра. Работал много, одновременно учился. Это изматывало. К тому же я не видел жизненной перспективы, которая бы меня увлекала. Вероятно, поэтому, закончив два курса училища, бросил его и поступил на первый курс Одесской консерватории. Прекрасные педагоги отшлифовали мой голос. И, как мы уже вспоминали, через пять лет я стал солистом Большого театра.
Этот период, пожалуй, самый счастливый и самый драматичный для меня. Мне посчастливилось петь в одном из лучших театров мира в то время, когда в нем царили Атлантов, Образцова, Нестеренко, Мазурок, Синявская...
Но сменилась администрация, и этих великих людей стали постепенно выживать из Большого театра, превращая его в заурядное явление. Ведь все в искусстве на "звездах" держится. Нужны те, на кого, как говорится, ходят. Когда Атлантов пел, на него просто ломились. А как осаждали подъезды в дни спектаклей королевы меццо-сопрано Образцовой! Моя личная драма с потерей голоса пришлась как раз, наверное, на низшую точку падения уровня добра и нравственности в театре. Фактически я был вышвырнут на улицу. Но сегодня задним числом даже благодарен такому повороту судьбы, ибо он мобилизовал во мне какие-то новые, скрытые до этого силы.
Мне казалось, что именно бизнес открывает простор для быстрой реализации человеческих возможностей. Но что мы тогда знали о бизнесе?! Кому-то, может быть, повезло больше, скажем, пришел в бизнес после окончания факультета международной экономики МГИМО, а мне пришлось начинать заниматься экономикой с нуля, со своим консерваторским образованием. При этом начальный капитал у меня был лишь тот, который остался после продажи кооперативной дачи. Когда я привез оборудование для колбасной фабрики, то собственными руками его туда затаскивал. Не на что было нанять кран и грузчиков.
- В оперном искусстве вы достигли самых больших успехов. А о каких вершинах в бизнесе можно говорить?
- Могу с уверенностью сказать: в бизнесе я добился значительно большего, чем в оперном искусстве (речь, конечно, идет не об известности, каком-то масштабном признании). Ведь вершины певческого искусства я постигал в устоявшейся, спокойной обстановке. То был накатанный путь. А тут я шел по бездорожью, которое, причем, еще и агрессивно настроено. И стреляет, и взрывается. И непонятно куда и когда завернет. Хочу без излишней скромности подчеркнуть, что мы на наших фабриках, совладельцем которых я являюсь, делаем действительно очень хорошую колбасу. Правда. И цена соответствующая.
- А почему продукция дорогая?
- Во-первых, наши колбасные изделия производятся без каких-либо добавок и наполнителей - совершенно натуральный продукт. Во-вторых, все делается вручную. Как бы по-домашнему. Это резко повышает качество, но растет и себестоимость продукции,
- Сами-то, я смотрю, нажимаете на отварной рис и свекольный салат. Что - мясо вообще исключаете из рациона?
- Ем иногда. Но предпочитаю рыбу, рис, овощи.
- В ресторанах бываете?
- Конечно, я живу той жизнью, что и все люди. Люблю китайскую и японскую кухню. Обычно хожу в китайский ресторанчик у Никитских ворот. Когда оказываюсь за границей, люблю ужинать в японских ресторанах.
- Раз уж мы заговорили о ресторанах, то разрешите спросить, как вы относитесь к ресторанному вокалу?
- Мне вот часто говорят: на Западе певец, прежде чем выйти на большую сцену, поет в ресторанах Я отвечаю: да, бывает, но в достаточно здоровом и культурном обществе. У нас же если на сцене появляется певец или певичка из ресторана, то на них печать ресторанной пошлости и всеядности практически несмываема. А вообще у нас вся поп-музыка - ресторанная. Есть две-три "звезды", а остальное - ресторанный балаган, зачастую очень низкого пошиба.
- Но сейчас ведь заметен и другой процесс: известные певцы, которые раньше блистали в лучших концертных залах, идут в кабаки, игорные дома, лишь бы заработать.
- Вот это и есть ресторанность нашей нынешней эстрады или поп-музыки...
- Ощущаете ли вы свою востребованность как предприниматель, испытываете ли творческое удовлетворение от работы в бизнесе?
- Большой театр и колбасная фабрика, конечно. величины несопоставимые. И хотя я много радости имею от бизнеса, через несколько лет я снова вернулся к песенному творчеству, ибо жить без него не могу. А два года назад я вновь вернулся в Большой театр, был назначен исполнительным директором БТ. Сколько счастья испытал, с каким упоением работал!
- Но вас снова "ушли". Почему?
- Формально - по сокращению должности исполнительного директора. А фактически... Я высказывал резко отрицательную оценку развития оперы в Большом театре. И это не понравилось...
- Судя по концертной деятельности, голос у вас восстановился?
- Да, слава Богу, давно восстановился. Перефразируя известную поговорку, можно сказать: сколько певца ни корми, его все равно на сцену тянет.
- И поэтому вы не так давно приняли предложение стать генеральным директором Московского международного Дома музыки?
- Дом музыки - только часть строящегося на стрелке у Краснохолмского моста столицы российского культурного Центра - целого комплекса зданий культурного, общественного и делового назначения общей площадью 182 тысячи квадратных метров. Он включает в себя симфонический и камерный залы на 1800 и 600 мест, соответственно, еще один многофункциональный зал на 550 мест и современную студию звукозаписи.
- И когда же ожидается его открытие?
- Ленточку предположительно будем разрезать в самом конце н6оября. Во второй половине декабря - торжественное открытие и концерт мастеров искусств России и зарубежья.
- Мы увидим все те же лица, которые мелькают на телеэкране чуть ли не ежедневно?
- Нет, это будет концерт исключительно классической музыки с участием симфонического и камерного оркестров. Среди солистов - я пока не хочу называть конкретные имена - не исключаю, будут и победители трудовской "Романсиады".

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 22689

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...