Труд: ДОКТОР КРЫМ

Главная Жизнь 01:01 21 Ноября 2001 201

ДОКТОР КРЫМ

В течение полутора веков тысячи людей, больных туберкулезом, ехали в Крым, веря, что этот край с уникальным климатом - то место, где есть надежда справиться с болезнью. Первый противотуберкулезный санаторий был открыт в Ялте в 1900 году на деньги, собранн

Старостина Ирина

Напечатать

Я приехала в Крым из Москвы с недомоганием. Надеялась, что само пройдет, и отпуск будет как отпуск. Увы, по ночам кашлем будила окружающих, днем выслушивала советы дилетантов. Близкие безуспешно испытывали на мне разные народные средства и смотрели уже с нескрываемым беспокойством. Подруга-врач предположила: "Может, это туберкулез? Его сейчас в России везде много". Так я пополнила ряды тех, кому крайне нужен "доктор Крым".
Для справки. К началу 80-х годов ХХ века туберкулез в нашей стране оказался полностью подконтролен медикам. Бесплатная медицина, которую теперь хулят, действовала в борьбе с туберкулезом как хорошо отлаженная машина. Заболел - ложись в больницу, лечись сколько нужно. И бесплатно. Из стационара больного направляли в санаторий, главным образом в Крым, где, помимо многочисленных лекарств, хирургического скальпеля, главным целителем по-прежнему оставался здешний климат, воздух. Лечили в крымских санаториях подолгу, иногда по четыре-шесть месяцев. Делали это опять же бесплатно и на весь срок пребывания в санатории выдавали оплачиваемый больничный лист...
Меня привезли в один из уже немногих действующих крымских противотуберкулезных санаториев. У врачей не было сомнений в диагнозе. "Случай запущенный. Лечить нужно срочно, - сказал доктор. И, чуть замявшись, добавил: - У нас достаточно дорого". Рентгеновские и лабораторные исследования, сделанные мне тут же, в очередной раз подтвердили, что хочешь не хочешь, а придется раскошелиться. Сказала, что смогу оплатить лишь 10 дней лечения. На что лечащий врач заметил: "За десять дней не справитесь". И оказался, конечно, прав.
За две недели лечения в санатории я заплатила сумму, равную заработной плате квалифицированной медсестры почти за девять месяцев. Получила в свое распоряжение комнату-пенал, где кровать упиралась в подоконник, на котором стоял телевизор. Вторая кровать находилась на расстоянии вытянутой руки и, слава Богу, оставалась незанятой. Самым лучшим в моем пристанище был огромный балкон, свежий воздух и шум моря. По мере того как отступала болезнь, убогий быт тяготил все больше, однако я не высказывала претензий, зная, что сейчас в Крыму не найти лучших условий для лечения болезней легких.
Подписав соглашение в Беловежской Пуще, Украина вначале оставила себе пятую часть противотуберкулезной базы в Крыму. Теперь в республике не осталось и этого. Только два санатория здесь были построены по проектам, соответствующим специфике лечения туберкулеза. Остальные расположились в бывших виллах, особняках, дворцах и оказались лакомыми кусками при "приватизации". Лучшие здания были сданы в аренду, выкуплены по остаточной стоимости, а те, что похуже, оказались просто-напросто брошенными. "Смотреть больно", - говорят старые фтизиатры, проходя по Алупке и Симеизу мимо бывших санаторных корпусов, где прогнили кровли и в пустых окнах гуляет ветер.
Слава Богу, по сохранившейся традиции больного не просто лечат, но буквально выхаживают. Медсестры появлялись в палате бесшумно, уколы делали бережно и сострадательно. По вечерам, чтобы утихомирить ночной кашель, заваривали травы, учили делать дренажную гимнастику для легких, не дожидаясь на то указаний врача. Измученные болезнью пациенты благодарно откликаются даже на любое мелкое проявление заботы. Но бывало и по-другому.
Как-то утром, лежа в процедурном кабинете под электродами с импульсными токами, я услышала тихое ворчание хозяйки кабинета: "Господи, как они все мне надоели". Специалист по уху, горлу и носу в тот момент, когда я зашла в кабинет, была занята исключительно своей судьбой. Она гадала. Бросала кости на стол и вместе с коллегой искала толкование выпавших цифр в раскрытом потрепанном пособии. Истолковав очередной знак судьбы, направилась ко мне. "Интересно, руки помоет?" - подумала я. Не помыла.
Подобные неприятности портили настроение, но все-таки не лечение. Я сказала себе, что если, не дай Бог, случится вновь подхватить болезнь легких, лечиться приеду только сюда. Если будут деньги. И не я одна так думаю. Вера, врач из Воронежской области, привезла в Крым шестилетнего сына с тяжелой формой бронхиальной астмы. Дома вырастили двух свиней, мясо продали, и этих денег хватило на курортное лечение сына.
Туберкулез, утверждают медики, стал сейчас более агрессивен и коварен. Он адаптируется к лечебным препаратам, поэтому пациентам требуется все больше лекарств, а значит, и больше денег. Многим лечение не по карману. За год в Украине от туберкулеза умерли 11 тысяч человек. Показатель заболеваемости в республике подскочил до 80 человек на 100 тысяч населения. В 70-е годы в Советском Союзе он был около 20.
Заболеть туберкулезом легко. Пресловутая палочка Коха может найти свою жертву где угодно - в транспорте, на пляже, в кафе. У большинства сегодняшних больных социальный статус таков, что им остается рассчитывать лишь на бесплатную помощь государства.
Некоторое время назад известные врачи-фтизиатры обратились к президентам стран СНГ с просьбой объединить усилия в борьбе с эпидемией туберкулеза, решить вопросы совместного финансирования здравниц и таким образом не дать погибнуть крымскому курорту-лекарю.
Президенты ответили молчанием.

Напечатать

Жизнь 00:05 / 24 Апреля 2026 13050

Миллионерша из трущоб

Автор этой статье на собственном опыте убедилась, как утомительно быть богатой

Надежда Арабкина, спецкор «Труда»

Труд

Я открыла меню и крепко задумалась, стала считать нули. Так и есть, даже обычный капучино здесь тянет на 400 рублей. Вздохнув, заказала. А что делать, если деловую встречу мне назначили в одном из самых...