Правительство готовит новую финансовую реформу: ликвидацию с 2017 года страховых взносов в Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования и Фонд социального страхования — и возвращение вместо них Единого социального налога (ЕСН). Остается выяснить: зачем?
Любопытно, что эту «рокировку» в системе сбора денег на социальные нужды власть будет проводить уже в третий раз. Ибо впервые ЕСН появился в России в 2001 году.
До того деньги в социальную сферу шли по четырем каналам: отчисления в Пенсионный фонд (29% от фонда оплаты труда), взносы в Фонд социального страхования (5,4%), Фонд обязательного медицинского страхования (3,6%), а также в Фонд занятости (1,5%). В общей сложности на круг получалось 39,5% от фонда оплаты труда, из-за чего две трети страны, включая госучреждения, получали «добровольно конвертируемую» зарплату. А денег во всех четырех фондах катастрофически не хватало.
К тому же каждый сборщик регулярно устраивал проверки предприятий-плательщиков — согласно своим собственным запутанным и противоречивым рекомендациям по начислению и уплате взносов. Неслухов нещадно штрафовали, а толку никакого.
Появившийся с января 2001 года Единый социальный налог должен был навести порядок. К тому же его ставку установили на уровне 35,6%, что очень понравилось бизнесу. В итоге уже в апреле министр по налогам и сборам Геннадий Букаев докладывал: за первый квартал собрано на 6% больше средств, чем было запланировано ведомством, и на 33% больше, чем годом раньше собирали все четыре фонда вместе.
Однако к 2010 году об этих победах забыли — тем более что по настоятельным требованиям бизнеса ставка ЕСН была понижена до 26%, и денег на «социалку» опять не хватало. В итоге Единый налог отменили, чтобы снова заменить тремя видами взносов — в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования и Фонд обязательного медстрахования. Еще через год совокупный размер платежей подняли до 34%. Но никаких видимых улучшений в системе сбора и распределения «социальных денег» не последовало.
Зато были «невидимые» результаты. Пресса писала: «Пожалуй, с первых лет своей деятельности именно Пенсионный фонд России выделялся среди прочих казенных ведомств страстью к показной роскоши. Каждый год, отчитываясь перед правительством, ПФР объявлял, что ему не хватает средств для выплат пенсий, и просил профинансировать его дефицит за счет федерального бюджета. А потом, получив прибавку, начинал тратить деньги с размахом ветхозаветного саратовского купчика второй гильдии. Результат был вполне предсказуем. Вначале пенсионные чиновники выстроили в каждом российском регионе по впечатляющему дворцу — офису. Затем обзавелись внушительным парком шикарных служебных лимузинов. А потом вплотную приступили к укреплению собственного благосостояния...»
Правоохранительная система практически бездействовала, хотя Следственный комитет завел-таки уголовное дело против экс-председателя правления Пенсионного фонда России Геннадия Батанова, обнаружив в его ведомстве огромные растраты. Однако до суда дело не дошло: чиновник признался, что знал о «сомнительных операциях с государственными средствами». Но «не вникал в суть сделок, положившись на своих подчиненных...».
В СМИ проскальзывали публикации и о крупномасштабном воровстве в Фонде ОМС и Фонде социального страхования, но тоже без серьезных последствий.
Теперь в правительстве строятся планы еще одной, «обратной рокировки». С объединением трех денежных ручейков в общий поток, управляемый и контролируемый Федеральной налоговой службой. В качестве главного и практически единственного аргумента говорится: если нынешний руководитель ФНС Михаил Мишустин за шесть лет сумел наладить образцовую работу своего ведомства — значит, преодолеет и бардак в трех социальных фондах.
Между тем в Германии схема финансового обеспечения социальной сферы была разработана еще в позапрошлом веке канцлером Бисмарком — и с небольшими коррективами успешно действует и поныне. В США система сбора денег в фонд социального страхования с последующим их распределением тоже создана более сотни лет назад и до сих пор не требует никаких «рокировок»...
Может быть, нам нужно не соцстрах реформировать, а «в консерваториях» что-то менять?..
