22 мая исполняется 75 лет Виктору Понедельнику. В начале
Перед своим юбилеем Виктор Владимирович дал эксклюзивное интервью «Труду».
В большой футбол меня вывел летчик Покрышкин
— Виктор Владимирович, в прессе встречаются противоречивые сведения о том, где вы учились и в каких клубах играли до попадания в сборную.
— По окончании школы я стал курсантом
— А зачем эти ямы рыли?
— Их рыли местные мальчишки, которые толпами приходили смотреть тренировки и матчи всех приезжавших на юг команд. Если мяч залетал в яму, мальчишки его незаметно сверху засыпали землей. И когда команды уходили с футбольного поля, мальчишки этот мяч откапывали. Им доставалось таким образом целое состояние — по меркам тех времен. Потом целый квартал или поселок играл этим трофейным мячом. Ну, а футбольные сетки вешали на ворота перед каждой игрой, и сразу по ее окончании снимали. Иначе местные сразу пустили бы ее на свои хозяйственные нужды. Подобные обычаи были по всему Черноморскому побережью.
— А каким образом вы из военного клуба попали в «штатский»?
— Когда я отучился два курса, по стране пошла массовая хрущевская демобилизация, сокращение личного состава на всех уровнях. Командир нашего училища вызывал всех курсантов к себе и предлагал перевестись в другие вузы СССР — в Ленинград, Владивосток. Я попросил время на раздумье, а отец мне сказал: «Хватит, отвоевался». Так что я ушел на гражданку, и мне два курса училища зачли в качестве срочной службы. Меня сразу приняли в клуб «Ростсельмаш», который выступал в классе Б, то есть во втором дивизионе чемпионата СССР.
В футбольной сборной тяжелей всего давались лыжи
— Сейчас удивляет — из команды класса Б вас взяли в национальную сборную.
— Да, еще в 1957 году, когда играл Эдуард Стрельцов. Но перед чемпионатом мира 1958 года я получил травму колена, а потом меня мучила астма. Но к подготовке к финальной части чемпионата Европы меня уже подключили.
Подготовка шла очень серьезная. Много внимания было посвящено работе над силой, выносливостью. И потом это полностью оправдалось.
— Ваш предшественник, тоже южный человек — Симонян, рассказывал: в сборной его пытались поставить на коньки, но безуспешно. А на лыжах он научился кататься и увлекался ими даже после ухода из футбола.
— У меня противоположная ситуация. Качалин по время подготовительного периода давал самые разнообразные тренировки. Жили мы в Москве, а на лыжный пробег нас возили на загородную базу. Помню, все быстро пробежали круг. Пока я финишировал, остальные успели помыться, переодеться, поужинать. И потом дружно смеялись надо мной и грузинами, которые тоже впервые в жизни надели лыжи лишь в расположении сборной СССР. А вот на коньках я хорошо катался.
— А где научились?
— Еще в детстве, в Ростове: на замерзших лужах мы постоянно рубились в хоккей. Совершенствовал свое катание и в одиночку. Я надевал мамины боты, на них привязывал коньки «дутыши». Цеплялся за грузовики и за ними носился по обледенелым ростовским улицам. Так что уверенно катался на коньках. А тогда в команде были настоящие мастера игры в хоккей — Ильин, Нетто, Численко, да и Яшин надежно стоял и на хоккейных воротах. Но когда сборную России вывели на хоккейную тренировку, Миша Месхи упал лицом на лед — разбил себе нос и губу. С тех пор Гавриил Качалин и Андрей Старостин от греха подальше запретили выходить на лед всем южанам, и мне в том числе. Пока остальные играли в хоккей или просто скользили на катке, я с грузинами в зале играл в баскетбол или в футбол на маленькие ворота. Иногда жалел об этом, потому что на тот лужниковский каток приходило много красивых девушек.
Качалин считал меня грузином
— Грузины призывались в сборную регулярно. А перед
— При мне такого не было. Миша Месхи, впервые попав в сборную в
— А вы каким образом выучили грузинский?
— Я детские годы провел в Тбилиси, куда эвакуировали мою семью вместе с авиационным заводом. Жил недалеко от стадиона «Динамо». Там же, кстати, и пристрастился к футболу. Даже сейчас помню довольно много грузинских слов. А Метревели родился в Сочи, играл сначала в горьковской и московской командах. А когда его взяли в тбилисское «Динамо», он освоил грузинский язык далеко не сразу после переезда в Тбилиси, и на эту тему над ним многие подшучивали. А вообще перед чемпионатом Европы у нас в команде были дружные, очень добрые отношения. Старшие товарищи приняли меня очень сердечно.
— Даже Нетто?
— Капитан нашей сборной очень злился, когда
— Кроме Стрельцова, кто в те годы играл пяткой?
— Многие футболисты — не только Эдик. Я сам применял этот элемент, еще играя в классе Б. Но рядом с Нетто я избегал это делать, чтобы лишний раз не нервировать его — пасовал «щечкой». Все знали его характер. Нетто был настоящий лидер — мог и Льву Ивановичу, и Никите Павловичу «напихать». Для него не существовало авторитетов. Держал дисциплину, порядок, но и сам был по этой части идеальным примером.
Яшин учил меня рыбацким ноу-хау
— Правда, что Яшина мучила язва желудка, и он даже тренировки пропускал?
— Да, и вся команда очень сопереживала ему. А меня порой так сильно прихватывала астма, что тоже приходилось пропускать тренировки. Команда занималась два раза в день, а я — один. В то время астму лечили примитивными средствами. Мне вводили, кажется, хлористый кальций. И после укола в задницу меня всякий раз часа два «колбасило» — был как сумасшедший, ничего не соображал. Какая уж тут тренировка? И меня Гавриил Дмитриевич сам отправил в напарники Яшину. Лев Иванович, когда его освобождали от утренней тренировки при обострении болезни, отправлялся на рыбалку, которая его успокаивала и настраивала на нужный лад.
— Кто из вас двоих больше вылавливал?
— Я вырос на Дону, и в детстве немало рыбачил, но, конечно, самыми простецкими, примитивными удочками. А Лев Иваныч до 1959 года объездил весь мир, и в каждой стране, где был, приобретал рыбацкие снасти, в том числе и самые современные, навороченные. Мне он их выдавал, просвещал насчет технических новшеств. Я осваивал, хотя и не сразу. Так что Яшин, наверное, больше вылавливал, хотя мы и не задавались целью соревноваться в объеме улова.
В 1960 году мы были сильнейшими по всем статьям
— Про победу на
— На чемпионате мира 1962 года мы объективно были среди главных претендентов на звание победителей, и вся западная пресса об этом писала. Если бы не несчастье с Яшиным, с теми же чехами, которых разгромили в полуфинале
— Действительно вас перед финалом пустили на базу сборной Франции? И сколько это стоило?
— После того как из Марселя мы прибыли в Париж, французы предложили бесплатно! Для них полуфинал сложился трагически. Они выигрывали у югославов 4:1, а проиграли 4:5. Может быть, именно поэтому так гостеприимно французы к нам отнеслись.
— Эта база намного лучше тех, что были в СССР?
— Мы перед чемпионатом Европы тренировались в Тарасовке или Баковке. И там и там было лишь одно поле, а на базе под Парижем — восемь. И все они качеством превосходили лучшие московские. Тем не менее даже в очень сложных бытовых условиях сборной СССР удавалось хорошо подготовиться и выйти на один уровень игры с мировыми лидерами футбола. В то время Качалин постоянно контролировал, как кандидаты в сборную готовятся в своих клубах. И уже в расположении сборной он мог дать игроку работу, которой ему на тот момент недоставало.
— А сейчас не только специалистов, но и журналистов не пускают в клубы посмотреть, как команды тренируются.
— А мне как бывшему журналисту и редактору вообще непонятно, что в наших СМИ пишут о футболе. Банановая тема заслонила все остальные. А когда на других матчах бросаются другими предметами? Бывает, весь газон усыпан зажигалками, ручками. Это лучше банана? А то швыряют и камни, куски асфальта — даже стекла автобуса болельщиков, футболистов разбивали. И насчет этого в наших СМИ — тишина. А попадание, наверное, болезненнее будет, чем от банана. Но почему и за чей счет это все замалчивается?! Я уж не говорю об избиении футболиста на поле и в подтрибунном помещении. А потом нам объявляют: документально нигде не зафиксировано. Но ведь потому судья и инспектор в рапорте не зафиксировали, что они были на сей счет стимулированы принимающей стороной.
— Вы югославов превзошли за счет «физики»?
— В первом тайме шла равная игра. А во втором наше преимущество постепенно становилось подавляющим. Представляю, как наши соперники вымотались к концу игры. Мы и сами были обессиленные после победного финала. Но, с другой стороны, невозможно побеждать классных соперников лишь за счет одного сильного компонента в игре. Все было в той сборной СССР на должном уровне: не только «физика», но и индивидуальное мастерство, тактика, волевые качества.
Бескова наказали за «серебро», журналистов — за Франко
— А почему через четыре года не сумели повторить успех?
— Мы очень уверенно прошли всех соперников в отборочных матчах в
— А в действиях сборной СССР какие вспоминаете изъяны?
— А нас в начале матча подкосило неожиданное решение главного тренера Константина Бескова — поставить центрального защитника Виктора Шустикова на правый фланг. С его массой — как бы он бегал по краю? И вообще на тот матч Константин Иванович
— По нынешним временам второе место посчитали бы подвигом команды. А тогда и Бескова с треском сняли, и всех игроков сборной встретили в Москве неласково.
— А
Досье «Труда»
Виктор Понедельник, футболист
Родился 22 мая 1937 года в
За «Ростсельмаш» начал выступать в 18 лет. С 1959 по 1965 год играл за СКА. В сборной СССР провел 29 матчей, забил 20 голов, в том числе победный в финале
