Труд: Как мемориальная доска стала беспризорницей

Главная Жизнь 01:10 22 Мая 2020 1524

Как мемориальная доска стала беспризорницей

Министерство культуры Тульской области отказалось финансировать содержание мемориала погибшим в ВОВ

Напечатать

Из бесконечных слов о нашей благодарности в адрес ветеранов Великой Отечественной и о вечной памяти можно возвести гору до небес. А на земле очень часто дела расходятся с высокими словами. И вот еще один пример такого расхождения, случившийся в деревне Клоково Тульской области.

С этим человеком редакцию «Труда» связывала многолетняя дружба. Вячеслав Михайлович Маврин, однажды появившись у нас в Настасьинском переулке, где газета долгие годы была прописана, быстро завоевал место на газетной полосе. Пчеловод-любитель, он так ярко и увлекательно рассказывал читателям о секретах непростого ремесла, что вскоре получил свою немалую аудиторию.

За спиной у Маврина была работа в отраслевом профсоюзе авиаработников, научившая его главному — неравнодушию. Он помогал людям добиваться справедливости, сражался с бюрократами. Я помню, как в одной такой схватке Вячеслав Михайлович добился снятия с должности высоких лиц приказом министра гражданской авиации. Памятен и другой случай, когда Маврин в суде добился решения в пользу бортмеханика вертолета, получившего профессиональное заболевание...

Вот и выйдя на пенсию, он не мог сидеть сложа руки. Тогда и пришла ему в голову мысль: в родных пенатах соорудить памятник геройству односельчан в годы Великой Отечественной. «Я прожил в деревне Клоково 30 лет, — говорил Вячеслав Михайлович. — Здесь и решил вложить средства в создание музея народного промысла „Русская приусадебная пасека“, рассказывающего об истории пчеловодства. А частью музея станет часовня».

И вот 9 мая 2008 года такая часовенка была торжественно открыта. На церемонии были зачитаны 70 имен жителей деревни, не вернувшихся с войны. Появился и скромный пантеон погибшим, ставший для местных жителей священным местом. Валентина Михайловна Яковлева, нашедшая выбитые на памятной доске имена четырех близких ей людей, вспоминала: «Вот на этом бугре, который поднимается за музеем, была траншея, где стояли наши пушки. А здесь, на месте пантеона, мы, дети, прятались в подвале от немецких бомбежек».

Список пополнялся. Сегодня на памятной доске выбито уже 112 фамилий убитых и пострадавших в войну. Мне, журналисту «Труда», довелось провожать ушедшего из жизни в декабре 2016 года Вячеслава Михайловича. В последний путь его провожала не только вся деревня, но и земляки из других городов. Душевная щедрость всегда рождает ответную сердечную реакцию, особенно в российской глубинке. Поток провожавших на место погребения сделал тогда остановку у часовни... А что теперь? С уходом из жизни Вячеслава Маврина и других ветеранов Великой Отечественной судьба часовни и народного пантеона в тумане. Ее содержание целиком легло на плечи вдовы, всю жизнь проработавшей в медицине и не так давно уволенной по сокращению. Нет средств и у местной епархии.

Этими, как считает Маврина, своими проблемами она поделилась с редакцией «Труда». А мы обратились с письмом к губернатору Тульской области. По нашему разумению, бросать на произвол судьбы часовню и скромный памятник погибшим воинам негоже. Так еще и в год 75-летия Победы...

Приводим ответ в редакцию за подписью министра культуры Тульской области Т.В. Рыбкиной: «Часовня, а также Мемориал с именами погибших в годы войны жителей деревни Клоково, расположенные по адресу: р. п. Плеханово, улица Центральная д. 15 а, в настоящее время являются частной собственностью. Учитывая вышеизложенное, финансирование Мемориала за счет средств бюджета Тульской области не представляется возможным».

И это все, что вы можете сказать? Так и передать жителям деревни Клоково?

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 26149

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...