Труд: Переход через российско-украинскую границу со шматом сала и бутылкой горилки

Главная Жизнь 20:08 22 Июля 2017 8894

Переход через российско-украинскую границу со шматом сала и бутылкой горилки

Как журналист «Труда» на свою малую родину – в Харьков – добирался. С каждым годом это все сложнее

Напечатать

Каждое лето мы с женой едем из родной Москвы на малую родину — в свой не менее родной Харьков. Как бы ни ссорились Москва с Киевом, а люди родственников и друзей не меняют. Увы, с каждым годом добираться до места все сложнее. Визы, к счастью, пока не ввели, но рукотворных барьеров хватает. Вот и наша попытка проехать из Харькова до Белгорода на автобусе обернулась чередой унижений и обид.

Вообще-то добираться до дома было бы проще поездом. Но дороговато. Плацкартный билет обойдется (в переводе с гривен на рубли) в 4,5 тысячи, да и покупать его надо заранее, а за купе пришлось бы отдать 8 тысяч рублей. К тому же поезд 19/20 «Москва — Харьков — Москва» далек от былого фирменного комфорта. Белье не всегда свежее, чай разбавленный, из двух туалетов работал один...

Знающие люди посоветовали добираться на перекладных. Сначала 70 км до Белгорода. Правда, электричку отменили три года назад, и остались только маршрутки и автобусы. Зато прямая экономия: за билет 220 рублей, а плацкарта на белгородский поезд до Москвы обойдется всего в 2 тысячи. Так почему не сэкономить?

В былые времена этот путь в 70 км лихачи пролетали за полчаса, слегка притормаживая возле двух постов ГАИ. Теперь вместо них таможни и заставы с полосатыми шлагбаумами, мимо мышь не проскочит. Первая остановка на пограничном пункте с названием «Гоптивка». Сержант с желто-голубым шевроном на рукаве на чистом русском забирает паспорта и уходит. Еще один пограничник с собакой сначала обследует содержимое чемоданов в багажном отсеке, потом пассажирский салон. Собака, натасканная на наркотики и взрывчатку, не реагирует на запах сала и домашней колбаски, а больше ничего предосудительного в баулах нет.

Тем не менее, мы с час ждем возврата паспортов с печатями. Особо нетерпеливые пассажиры начинают роптать — мол, столько времени потеряли. Наивные, они не знают, что это только начало.

На российской территории нас ждал пограничный пункт — и тоже с говорящим названием: «Нехотеевка». Он считается одним из самых крупных в Европе. Летом за сутки границу пересекают 13-14 тысяч граждан сопредельных стран, а это сотни и тысячи легковых и грузовых автомобилей, маршруток и автобусов. Причем много украинцев едут отдыхать в Крым, потому что им кружным путем добираться проще. Говорят, поток превышает пропускную способность, а потому по обе стороны пограничного шлагбаума всегда «загорает» вереница автомобилей.

Мы имели несчастье — иначе не скажешь — оказаться в хвосте очереди, хотя и не слишком длинной. И никак не ожидали, что придется 3,5 (три с половиной!) часа ждать, когда нас пригласят на паспортный контроль. Уж не знаю, чем объяснить эти мучения в душном салоне или под палящими лучами солнца на родной границе. Между собой пассажиры толковали про пересменку персонала, которому, по большому счету, до нас нет дела. Поминали и большую политику, будь она неладна! А харьковчанка Валентина, собравшаяся навестить родственников в Рязани, вспомнила, как однажды простояла на этом посту шесть часов. Но люди терпят, потому что у многих выбора нет.

Впрочем, кривая дорожка все-таки имеется. Между автобусами то и дело сновали доброхоты, предлагавшие за полторы тысячи рублей организовать «зеленый коридор» и без всяких хлопот доставить желающих прямо на белгородский автовокзал. Одна из пассажирок, не выдержав томительного ожидания, забрала свою поклажу и ушла. Чем вызвала истерику водителя: «Почему не предупредила? Как я теперь на границе буду объясняться?»

Дальше он пассажиров выпускает только в туалет. Убеленный сединами интеллигентного вида сосед отстоял туда очередь и вернулся в шоке. Сказал, что там невообразимая грязь, на кранах скручены вентили, нет бумаги, а запах такой, что с ног сшибает. И как вообще выдерживают сотрудники таможни соседство с таким сортиром, который расположен прямо в здании пограничного пункта?

Наконец наши мучения подходят к концу. Пассажиров автобуса приглашают к кабинам для проверки паспортов. Туда же народ волочет свои, зачастую неподъемные, чемоданы. Вся поклажа кладется на ленту и ползет в чрево интроскопа, который просвечивает содержимое. Честно признаюсь, в первый момент сердечко екнуло, потому как лежал в сумке добрый шматок сала, купленного на харьковском Конном рынке, и бутылочка сладко пахнущего самогона, презентованного старым приятелем. Однако и на нашей границе никого не заинтересовал украинский «стратегический продукт».

Мне даже грешным делом показалось, что таможенники совсем не собирались вникать в содержимое моего багажа, как и всех остальных пассажиров. Но измотанные ожиданием люди уже не спрашивали, зачем и кому надо было проводить для галочки формальную досмотровую процедуру. Чертыхаясь, тащили свой скарб обратно к автобусу...

P.S. А сухой остаток такой: из Харькова мы выехали в 8 утра, а на белгородском автовокзале были в 15 часов пополудни. Потеряли 7 часов и сэкономили на двоих 3560 рублей. Решайте сами, стоят ли пограничные мучения таких денег.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 26247

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...