Глава ФМС Константин Ромодановский вчера призвал Россию не «закрываться визами», а создавать выгодные условия для перспективных иностранных специалистов. Однако пока совершенно непонятно, как будут чиновники отделять зерна от плевел, ведь, по данным специалистов, квалифицированным работником сегодня можно назвать в лучшем случае одного из десяти мигрантов.
Ромодановский считает, что Россия слишком долго ориентировалась на фактор временной трудовой миграции, поэтому теперь необходимо сосредоточиться на привлечении в страну квалифицированных кадров. Но сегодня основной поток рабочих мигрантов идет к нам с Украины и из Средней Азии. И едут эти люди не в научные лаборатории, а на рынки, овощебазы и стройки. Так как же из этой массы в 15 млн въезжающих ежегодно мигрантов выделить перспективных?
«Теоретически можно ждать квалифицированных работников из стран бывшего Союза, которые не растеряли языковые навыки, сохранили единые стандарты профессиональной подготовки. Основным критерием, по которому человека приглашают в Россию, должна быть его квалификация, — говорит начальник отдела защиты прав мигрантов аппарата уполномоченного по правам человека в РФ Сергей Ягодин. — В принципе по соглашению о взаимном признании документов их дипломы проходят у нас при минимальной тарификации, то есть могут котироваться у работодателей».
Как ни странно, примеры достойных кадровых кузниц в странах — поставщиках мигрантов сохранились. Это и Ташкентский авиационный завод, и Навоийский горно-металлургический комбинат в Узбекистане. Вот только срываться на случайные заработки в Россию их сотрудникам просто нет резона. Шабашить едут в основном те, кто у себя на родине не пригодился.
«Из всего притока мигрантов только 10% можно назвать квалифицированными кадрами. Остальные, увы, грубая рабочая сила, которой мы замещаем отсутствие автоматизации технических процессов», — говорит Ягодин. Отсеять оставшиеся 90% можно, и механизмы для этого уже существуют.
По его мнению, отбирать иностранные кадры бизнес должен задолго до того, как они пересекли российскую границу. «Бизнес должен иметь свои представительства в странах, откуда приезжают работники. Чтобы на месте понимать, какая квалификация у человека, какое образование, какие перспективы. Пока получается, что выбирают из тех, кто уже приехал. В итоге из 20 человек на приличную должность может понадобиться только один, — говорит Ягодин. — Приглашают же тренеров из Голландии. И даже языковой барьер оказывается не помехой, просто выбирают человека на такую должность тщательно». Действительно, сложно представить себе такую картину: вместо одного тренера для сборной в Россию приезжает два десятка голландцев, с одним подписывают контракт, остальные разбредаются по рынкам и стройкам.
Получается, прежде чем применять «цивилизованный кнут», как назвал политику ФМС Ромодановский, необходимо для начала создать целую систему, которая позволит проводить отсев перспективных трудовых мигрантов. Один из винтиков этого механизма будет запущен уже в следующем году, когда начнет действовать преференция для иностранных студентов. Для тех, кто обучается по очной форме, будет введена упрощенная процедура оформления разрешения на работу, без учета квот, то есть работодателю не нужно будет получать разрешение на привлечение таких работников. А вот перспектива бизнес-представительств в странах Средней Азии пока выглядит туманно. Такая мера требует больших финансовых затрат со стороны работодателя, а значит, нарушает главный и вечный принцип отбора «выгодно — невыгодно».
