А вы заметили, что в четверг был большой праздник всех читающих людей — Всемирный день книг и авторского права? Хороший повод спросить, какая книга у вас сейчас на столе или прикроватной тумбочке.
Дмитрий Быков, писатель
— Сейчас по работе читаю Таубера — «Реквием по эго». Это книга о Фрейде и истоках постконформизма. Что касается литературы вообще, то соглашусь с Тыняновым: на больших исторических переломах вперед выдвигаются маргинальные жанры — например, биографии, документальные свидетельства.
Валерий Леонов, директор библиотеки Академии наук, Санкт-Петербург
— В своей работе не могу обойтись без Пушкина. Удивительно, но «Евгений Онегин» и сейчас продолжает давать ответы на многие вопросы. Уверен, возвращение граждан к книге должно идти через классику — Толстого, Гоголя, Достоевского. Их труды уникальны и по-прежнему злободневны. Из XX века сейчас держу на столе том стихов Константина Симонова. Из современной литературы — записки академика Толстого, историка Ганелина. Кстати, обращаясь к книгам по истории науки, нетрудно сделать вывод: вмешательство чиновников в дела ученых никогда к добру не приводит. Вынужден согласиться с академиком Алферовым: сейчас наука у нас так мало востребована, что перестают быть нужными и библиотеки.
Ирина Ясина, экономист
— Предпочитаю мемуары и дневники. Жизнь богата на такие сюжеты, которые недоступны самому изощренному сочинителю. В данный момент читаю дневники и письма Анны Капицы, жены физика Петра Капицы, который работал с Резерфордом и которого в 1934-м не выпустили из Советского Союза. Читаешь и понимаешь, что мы пока живем в «вегетарианское» время... Семья Капицы провела свои годы в страданиях, но с достоинством, интересом, пользой для людей.
В целом я не очень высокого мнения о чтиве, которое потребляют наши сограждане. За последние годы вкусы среднего читателя деградировали: процесс чтения перестал быть важным, его заменили компьютерным общением и телевизором. А мозг должен работать, его надо тренировать. Хорошая литература — тренажер для фантазии.
Григорий Остер, писатель
— Самая популярная литература даже у взрослого российского читателя — детская. Ведь нормальные взрослые чаще читают книги своим детям, чем себе. Сейчас путешествую по Амстердаму и с собой ничего бумажного не захватил. Но недавно с удовольствием читал писателя-шестидесятника Константина Воробьева.
Андрей Петров, студент
— Мое чтение — не для всех: изучаю исторические источники о христианизации западных славян. Из текстов немецких хронистов XI века можно узнать об их верованиях и быте. Это интересно, но очень далеко от нас.
А на ночь развлечения ради открываю комиксы про черепашек-ниндзя, это репринт изданий середины 80-х. Тоже далеко, но не так, как хроники о христианизации.
