Труд: ХОЧУ СТАТЬ КОШКОЙ,

Главная Жизнь 01:01 24 Августа 2000 2244

ХОЧУ СТАТЬ КОШКОЙ,

Ни детские слезы, ни беседы психолога не сумели растопить сердце этой женщины. Даже опытнейшая судья уговаривала Ирину Александровну не отказываться от ребенка. Сама же Вика, устроившаяся в зале суда рядом с мамой, нежно прижималась к ее плечу и не выпуск

Корец Марина

Напечатать

- Даже алкоголички рыдают, когда мы лишаем их родительских прав, и умоляют не забирать детей. А тут образованная, обеспеченная женщина сама отказалась от дочери! - говорит начальник службы по делам несовершеннолетних Галина Васильевна Долгополова.
Вот уже год в жизни Вики длится этот кошмар. А началось все прошлым летом, когда папа рассердился и выпорол ремнем за то, что выпила его чай (в доме заваривают два чайника - один, подешевле, для всех, другой - для папы). Потом раскричалась мама, что в комнате Вики завяла в горшочке роза. И наконец, посовещавшись о чем-то на кухне, родители объявили, что их терпение лопнуло и Вика им больше не дочь, а поэтому пусть убирается на все четыре стороны. Девочка плакала, просила прощения, но мама была непоколебима и вытолкала ее за дверь в одном ситцевом платьице. До вечера девочка слонялась по городу, надеясь, что мама оттает, но, когда вернулась домой и стала звонить, из-за двери раздался родной голос:
- Если ты сейчас же отсюда не уйдешь, мы шею тебе сломаем. Ищи своего отца!
Вика знала, что папа ей не родной, он появился в доме, когда ей исполнилось три года. И пока не родилась Катя, он относился к Вике терпимо, но потом она стала его раздражать. В ту первую свою бездомную ночь она попросилась на ночлег к своей бабушке, маминой маме. Утром Вика в адресном бюро узнала, где живет настоящий папа. Когда на пороге Анатолия Викторовича Виктанова, давно имеющего новую семью, но исправно платящего алименты, появилась маленькая рыженькая девочка, он сразу узнал в ней дочь: Вика была его копией. Выслушав рассказ ребенка, его жена Ольга Ивановна прижала девочку к груди:
- Ну и ладно, будешь жить с нами, я тебе стану мамой!
Несколько дней на Вику не могли надышаться, но ребенок - не котенок, просто так у себя не оставишь. За советом, как все оформить юридически, Виктановы и пришли в службу по делам несовершеннолетних, куда пригласили на беседу и Викину маму. Ирина Александровна Петишева оказалась миловидной, модно одетой женщиной, с нескрываемым чувством собственного достоинства. Вначале маму пытались разжалобить, потом разбудить чувство долга и, наконец, припугнуть, намекнув, что если будут лишать материнских прав, то это коснется и ее младшей девочки. Спокойно выслушав все аргументы, "мать" ровным красивым почерком написала причины своего отказа от Вики: "она плохо учится, не поливает цветы, не выносит вовремя мусорное ведро, плохо следит за младшей сестрой, которая возвращается с улицы грязной".
- Она выпивает? Гуляет с мальчиками? Матерится? - пыталась нащупать истинную причину Галина Васильевна Долгополова.
- Еще этого не хватало! - возмутилась мама.
Поняв, что материнский приговор Вике обжалованию не подлежит, служба по делам несовершеннолетних обратилась в суд, надеясь, что там сумеют призвать Ирину Александровну к выполнению материнского долга. Между тем Вика таяла буквально на глазах. Она перестала посещать школу, не выходила на улицу, не могла есть, не реагировала на подарки и твердила только одно: хочу к маме!
В дружной семье Виктановых начались раздоры: Анатолий Викторович упрекал жену, что та не может найти к ребенку подход, нервничал, курил по ночам, а Ольга Ивановна действительно не знала, как подступиться к девочке. Однажды Вика тихонько исчезла из дома, явившись в службу по делам несовершеннолетних.
- Отдайте меня в интернат, - попросила она, - я буду там ждать, когда мама меня простит.
До суда девочка еще надеялась на чудо, но когда их кровные узы разорвали юридически, - впала в глубокую депрессию. Как-то воспитательница интерната заметила, что Вика не пришла в столовую, и побежала за ней в палату. Она успела вовремя - девочку удалось вытащить из петли. На лечение отправили в областную психиатрическую больницу. Со слабой надеждой разжалобить маму сообщили ей о случившемся, но Петишева не проявила никаких эмоций - ничего, выживет. В Донецк к Вике приезжали папа и Ольга Ивановна. Кто-то из психиатров нашел к девочке верный ключик, сумев ее боль и страдания превратить в стимул к жизни. Он дал ребенку спасительную установку: ты должна стать умной, красивой, сильной, и тогда мама тебя оценит и полюбит. На последнем школьном звонке Вика танцевала и читала стихи, она подтянулась по многим предметам.
В интернат я пришла в тот день, когда группа сирот (в том числе и Вика) собиралась на каникулы в Киев.
- Вика у бабушки, на соседней улице, - сказала мне воспитательница, - пошла искупаться, а заодно проститься.
Возможно, девочка предпочла интернат, чтоб быть поближе к маминой маме, иметь возможность посещать тот дом, где родилось ее божество, подумалось мне. Бабушка Вики, представившаяся просто Людой, оказалась красивой моложавой женщиной с гордым спокойным лицом. Она пригласила в дом, ухоженный и добротный, разрешила посмотреть семейный фотоальбом. Но на вопросы отвечала сдержанно: да, я осуждаю поступок дочери, мы поссорились и уже год не общаемся. Думаю, что главная причина в зяте, с ним Ирина переродилась.
Из ванной вышла Вика, на вид ей не больше десяти, и нас по моей просьбе оставили одних.
- Ты обижаешься на маму? - спрашиваю я.
- Нет, - опускает девочка голову. - Я сама во всем виновата.
- А в чем же твоя вина?
- Я плохо выполняла свои обязанности. Мне надо было повторять по нескольку раз.
- О чем мечтаешь?
- Увидеть маму.
- А чем ты любишь заниматься?
- Пишу стихи.
Все стихи Вики посвящены одному - любви к маме. Я не смогла их читать без комка в горле: "Глазки твои, как звездочки, ручки нежнее шелка, как мне, любимая, хочется, к тебе прикоснуться только. Я превратилась бы в кошку, чтоб ты меня не выкинула, и у твоих нежных ножек я бы всю ночь мурлыкала".
На прощанье прошу Людмилу сфотографироваться с внучкой. Она не возражает. Вика неожиданно спрашивает:
- А правда, что дети повторяют судьбу родителей?
- Не обязательно, - отвечает бабушка.
Почему она не возьмет девчушку к себе, спрашиваю у воспитательницы интерната. Та расстроенно машет рукой:
- Мы ее так уговаривали оформить опекунство... Кстати, вы черного котика видели? И мать, и бабушка обожают кошек. Петишева назвала себя в суде доброй женщиной, потому что плакала, когда умерла ее кошка.
О Викиной маме мне удалось узнать немного. Учебой не блистала, росла своенравной. В шестнадцать лет поссорилась с матерью и ушла из дома к подруге по училищу. Через год к той приехал брат, который и стал первым мужем Ирины и отцом Вики. Но он был простым работягой, и, видимо, поэтому вскоре красивая девушка разочаровалась, его выгнала из дома, запретив встречаться с ребенком.
Мне очень хотелось увидеть Петишеву, и я отправилась на окраину Енакиево. Но на мои долгие, настойчивые звонки никто не ответил.
- Конечно, это патология, - сказал мне знакомый психолог. -Весь этот кошмар происходит на глазах младшей дочери - сестру истязали, выгоняли, перемывали ей косточки. Так что на помощь и доброту со стороны любимого чада в старости матери трудно рассчитывать. Материнский инстинкт дается природой, поэтому понятие "хорошая мать" - это даже не достоинство, а норма. Ребенок же имеет право на эгоизм и неблагодарность в силу незрелого возраста. А Вика с мамой как бы поменялись ролями. Одна дремуче эгоистична, другая любит жертвенно и всепрощенчески, не "за", а "вопреки". Думаю, что из нее как раз получится исключительная мать.
Суд обязал отказавшуюся от ребенка мать-кукушку платить алименты, но заставить ее это делать будет довольно сложно: официально Ирина не работает. Рассчитывать же хоть на какие-то угрызения совести с ее стороны не приходится. Она не отдала Вике даже ее вещи, заявив, что лучше подарит их какой-нибудь нищенке, и не вернула алименты отца, несколько месяцев автоматически к ней поступавшие.
По иронии судьбы Викину маму лишили материнских прав именно в День защиты детей.

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 10940

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...