«Сокровище в тысячи карат», «легенда молдавского народа», «певица, отмеченная Богом» — все эти превосходные эпитеты были высказаны в адрес этой женщины. Обладательница редчайшего по красоте голоса, Мария Биешу была и остается символом Молдавии — ее имя до сих пор называют первым, когда речь заходит об этой стране. Как сегодня живется примадонне в стране, после распада СССР оказавшейся на задворках Восточной Европы? Нашла ли себя Мария Биешу в новом мире? Этот вопрос привел меня в дом оперной легенды. К сожалению, Биешу, отметившая в этом году свое 75-летие, серьезно больна и практически ни с кем не общается. Но в знак уважения к нашему давнему знакомству она сделала исключение:

«Мама — главный человек в моей жизни»

Ее сестра Валентина Лукьяновна еще в коридорчике предупредила: «Не раздевайтесь! У нас холодно!» Примадонна в стеганой куртке, вязаном платке вокруг шеи и теплых сапогах. В доме отапливались только две комнаты. В гостиной, где мы общались, было прохладно. «Размер пенсии не позволяет согреть „достояние республики“, — горько усмехнулась сестра певицы. — Государство оценило ее заслуги в 1700 леев (100 долларов. — „Труд-7“)». Несмотря на слабость, сама примадонна старалась быть оптимистичной и гостеприимной, угощала чаем с варениками...

— Знаю, что Наина Ельцина восхищалась плациндами (молдавские лепешки с разными начинками. — «Труд-7»), которые подавали ей в этой гостиной. Вареники тоже вкуснейшие!

— Это Валюша постаралась. Она сегодня в доме не только главная медсестра, но и главный повар. Отлично готовить нас научила мама. Какая она была кулинарка! Помню, гостил у меня выдающийся московский дирижер Евгений Светланов с женой. Чтобы он почувствовал настоящий молдавский колорит, я повезла его в Волонтировку. Мама приготовила все наши лучшие блюда, подала домашние соленья, отменное вино! Гость с наслаждением ел, хвалил хозяйку и так расслабился, что уснул прямо за столом, у жаркой натопленной печки. Честно говоря, со мною здесь не раз такое случалось — родительский дом излечивал меня от многих проблем и душевных ран.

— Говорят, у вас была очень деликатная мама, которая как могла берегла свою знаменитую дочь, понимая, что ее путь усыпан не только розами...

— Она родилась в простой крестьянской семье, но была очень воспитанным и тактичным человеком. Часто мои коллеги полушутя говорили: «Вашу маму можно ставить министром культуры». Дважды я брала ее с собой в Москву — когда получала Государственную и Ленинскую премии. Мама никогда не ехала в столицу с пустыми руками. Всегда у нее была сумка с плациндами, вертутами, голубцами — для моих друзей. Мама искренне интересовалась жизнью артистов, знала в лицо многих моих партнеров по сцене. Однажды на отдыхе в Крыму маму ждало потрясение — по аллее навстречу нам шел живой Штирлиц!

— Это было тогда, когда вся страна смотрела «Семнадцать мгновений весны»?

— Да, и Волонтировка в том числе: когда начинался фильм, все работы по хозяйству останавливались. И маме захотелось сказать это Вячеславу Тихонову в качестве комплимента. По-русски у нее получилось примерно следующее: «Из-за вас у нас в селе все коровы перестали доиться!» Как сейчас помню, знаменитый актер рассмеялся и переспросил: «Да неужели?» Моя милая мама, я могу говорить о ней только с нежностью… Полгода назад мы осиротели.

— Когда умирают наши родители, мы перестаем быть детьми...

— Горько осознавать, но это правда. Четыре года не дожила моя мама до своего столетия. Более десяти лет, больная, она жила у меня в доме, в последнее время уже не вставала с постели. И вот я так некстати заболела. Так что бедная моя сестра Валентина, дай ей Бог здоровья, намучилась с нами.

— Как-то первый президент Молдовы Петр Лучинский сказал, что, несмотря на свою мировую известность, Мария Биешу всегда вела себя как истинная дочь народа — просто, естественно, не стесняясь своего сельского происхождения.

— Я — деревенская, настоящая, и этим горжусь. Зрители всего мира знакомились со мной не только как с певицей, но и как с молдаванкой. Мало кто знал, кто мы такие и где находимся. Я объясняла просто: родина моя расположена в 173 километрах от Одессы, в 500 — от Киева и в 500 — от Бухареста. А о своем народе рассказывала его старинными песнями — дойнами. Вам, наверное, известно, что до выхода на оперную сцену, еще студенткой, я работала в фольклорном ансамбле «Флуераш».

— Я читала, что в этом коллективе вам предрекали головокружительную карьеру и всенародную любовь. Но оперой ради фольклора, как народная артистка СССР Тамара Чебан, вы все-таки не пожертвовали...

— Потому что однажды замерла в восхищении от голоса, звучавшего из радиоточки в студенческом общежитии. Это была Мария Каллас. С того момента я по-настоящему заболела оперой. Я хотела петь на одной сцене с этой великой женщиной!

Терешкова называла ее Машей

Желание было столь велико, что девчонка, которая еще вчера хотела стать мелиоратором, поступила в консерваторию. О самозабвении, с которым Мария шлифовала свой талант в консерватории, до сих пор ходят легенды. Она взошла на оперный олимп королевой и с тех пор не перестает ею быть. Биешу объездила все континенты, выступала в лучших театрах мира, ее имя присваивали школам, новым сортам цветов, известнейшие люди писали ей восторженные письма, поэты посвящали стихи.

— Мария Каллас высоко оценила ваш талант. Лишь одного этого достаточно, чтобы быть счастливой!

— А я таковой себя и считаю. Счастье уже в том, что я выполнила свое предназначение, не зарыла талант в землю. Не у всех это получалось. А мое главное богатство — мои встречи и знакомства с многими хорошими людьми, простыми и знаменитыми. Одна только дружба с великой Ириной Архиповой чего стоит! Звезда русской оперы так много сделала для меня — и в личной, и в сценической жизни. Я считала ее своим ангелом-хранителем. Не стало на земле моей подруги, и сразу как-то похолодало вокруг:

— Это правда, что никто из московской музыкальной общественности не поздравил вас с 75-летним юбилеем? Даже администрация Большого театра, на сцене которого вы много раз пели?

— Правда, и это очень обидно. Я Москву люблю, там я выросла как оперная певица, там родилась моя слава. На каких только концертных площадках я не выступала и с какими партнерами — Атлантовым, Пьявко, Синявской! И, конечно, с дорогой моей Ириной Константиновной!

— Архипова говорила, что вы добрая, отзывчивая и компанейская. Наверное, поэтому в вашем доме не переводились гости. Говорят, что у Марии Биешу особенно любили бывать космонавты!

— Как ни странно, но это так. Многие герои космоса с удовольствием слушали мои арии и с еще большим удовольствием угощались вином. Однажды даже просидели в подвале около двух часов — моя бдительная собака решила, что это грабители, и не выпускала их, пока я не вернулась. А если серьезно, то мы долго дружили с Валентиной Терешковой. Она называла меня по-домашнему — Машей.

— Вашей Чио-Чио-сан вы покорили мир. Лучшая Баттерфляй мира — молдаванка…

— Конечно, эта роль сделала меня знаменитой, и Япония стала мне ближе. Но все-таки больше я люблю Италию и итальянскую оперу. С нежностью вспоминаю «Ла Скала», где не раз с успехом выступала:

«Лучший голос, который присылал СССР», — говорил когда-то о Марии Биешу директор знаменитого миланского театра. Биешу предлагали ангажемент в Большом театре, в Метрополитен-опере, но она осталась в родном театре, который расцвел при ней, а сама примадонна стала эпохой в национальной культуре. А сегодня из 20 опрошенных мной кишиневцев только один показал, где находится дом Марии Биешу. А юные карабинеры, дежурившие у посольства, с трудом понимали, о ком идет речь. Говорят, дети нового поколения должны воспитываться на европейских ценностях. Может, сначала не дадим им забыть о своих?