Труд: Про уродов и людей

Гости веселятся и пьют вино урожая 1938 года. Фото из открытых источников.

Мэтр мирового кино ранее представил свой опус на Венецианском кинофестивале, где он неоднократно получал награды. В этот раз случился форменный конфуз: международная критика разнесла «Дворец» в щепы, прозрачно намекнув, что, мол, 90-летнему режиссеру, известному еще и своими сексуальными скандалами, пора на покой. Так что «Дворец» выходит на наши экраны с негативным шлейфом. Но, как ни странно, это только подстегнуло к нему интерес. Рейтинг ожидания нового фильма польско-французского классика взлетел под 100 %.

Роман Полански как-то рассказывал журналистам, что провел Миллениум в шикарном швейцарском отеле, в котором прожигала жизнь мировая элита. Эта ночь поразила и сразила его. «Я увидел во всей красе абсурдный зверинец, который суетился вокруг. Сразу возникла идея снять фильм об этом экзотическом мире. Это должна была быть комедия — немного грубоватая и саркастическая, жесткая по отношению к героям фильма, но не лишенная снисходительности и сочувствия», — так сформулировал Полански замысел фильма, бюджет которого оценивается в 21 миллион евро.

Но пока он обдумывал тему и писал сценарий вместе со своим старинным другом Ежи Сколимовским, с которым они когда-то создали свой первый шедевр — фильм «Нож в воде», горячий скандинавский парень Рубен Эстлунд успел снять «Треугольник печали» на схожую тему. С той только разницей, что поместил действие ленты на борт шикарного круизного лайнера. Идеи, конечно, носятся в воздухе, но фильм Полански сегодня выглядит заведомо вторичным на фоне «Треугольника», удостоенного в прошлом году «Золотой пальмовой ветви» Каннского кинофестиваля.

Впрочем, первая треть «Дворца» смотрится вполне лихо. В темпераментно и остроумно снятом прологе фильма мы знакомимся с внутренней кухней отеля, где под руководством вездесущего управляющего (блистательный Оливер Мазуччи) готовятся к наплыву гостей: жарят, парят, приводят в порядок номера. А вот на пороге один за другим появляются богатые постояльцы, которые приехали в швейцарские Альпы, чтобы с шиком отпраздновать Миллениум. Здесь собираются довольно экстравагантные персонажи из разных стран и континентов. Этакая модель современного буржуазного общества в миниатюре.

Управляющий отеля (Оливер Мазуччи) отсчитывает часы до приезда богатых гостей. Фото из открытых источников

Тут и 97-летний нефтяной магнат (Джон Клиз) с молодой, годящейся ему в правнучки розовощекой женой. И манерная французская маркиза (Фанни Ардан) с собачкой чихуахуа. И модный пластический хирург (Жоакин де Алмейда) в окружении своей паствы — изуродованных ботоксом и подтяжками старух. И загорелый американский финансовый игрок Билл Краш (Мики Рурк), внешне подозрительно смахивающий на Трампа. И вышедший в тираж порно-актер (Лука Барбарески), устало отбивающийся от поклонников и поклонниц...

И, наконец, бритый налысо русский то ли бизнесмен, то ли бандит (Александр Петров) с внушительной охраной, полуголыми моделями и набитыми долларами чемоданами от Луи Виттона. Пристроив их в похожее на бункер хранилище, он вместе с братвой смотрит по ТВ знаменитое новогоднее обращение Бориса Ельцина: «Я устал, я ухожу». (К слову, следующее за ним оптимистичное выступление Путина, которое было в оригинальной копии фильма, в нашей прокатной версии почему-то исчезло).

Знакомство с этой пестрой компанией обещает яркую сатирическую комедию. Но постепенно режиссерская комедийная легкость, знакомая нам хотя бы по его виртуозной «Резне», тает, а к середине фильма и вовсе улетучивается. Темп картины тормозит, диалоги становятся вязкими и совсем не смешными. В ход идут прямолинейные и даже скабрезные приемы и метафоры, непозволительные для мастера такого уровня, каким мы привыкли считать Романа Полански.

Собачка, которую кормят исключительно черной икрой, гадит прямо в номере на белоснежные простыни. Хозяйка собачки тем временем соблазняет молодого польского сантехника, суля ему хороший гонорар за секс-услуги. Престарелый магнат умирает во время полового акта под оседлавшей его дебелой женушкой. Порно-актер поневоле демонстрирует соседу по писсуару свое достоинство невероятного размера. Уж чего-чего, а сортирно-генитального юмора я от Полански не ожидал...

Сама новогодняя ночь в трактовке режиссера превращается в оргию чревоугодия. Гости обжираются икрой, омарами, паштетами, ананасами и прочими деликатесами, запивая это шампанским урожая 1938 года. Кого-то мутит, кто-то падает лицом в тарелку. Труп почившего миллиардера, которого выдают за живого, восседает за столом с сигарой во рту. В финале резвая собачка почему-то спаривается с пингвином. Тошнотворное действо, вызывающее рвотные рефлексы не только у персонажей фильма, но и способное отбить аппетит у части зрителей.

Впрочем, вполне возможно, что такого рвотного эффекта Полански и добивался. Социальное расслоение между утопающей в роскоши сверхбогатой прослойкой и армией бедняков во многих странах мира достигло сегодня катастрофических размеров. Но алчные миллиардеры не спешат делиться с неимущими своими зачастую неправедно нажитыми богатствами, предпочитая прожигать деньги в немыслимых кутежах. Об этой проблеме буквально кричит мировое кино последних лет, будь то премированные в Каннах японские «Магазинные воришки», южнокорейские «Паразиты», шведский «Треугольник печали», все творчество британского классика Кена Лоуча и великих братьев Дарденн из Бельгии...

Теперь об этом хриплым, грубым, срывающимся от ярости голосом вопиет еще и Роман Полански. Не случайно единственные персонажи, которые вызывают у него не презрение, а симпатию, — это терпеливые, бессловесные горничные, повара и другая обслуга отеля. Пока богачи обжираются и упиваются в хлам, они встречают новый век в подсобке, напевая «Интернационал». Но власть и деньги имущие это грозное предупреждение не слышат. О чем, возможно, в свое время еще сильно пожалеют...