Наши российские спортсмены, «недоолимпийцы», подвергнуты очередному унизительному испытанию — пытке ожидания олимпийского приговора. Чиновники МОК всю неделю красным карандашом вгрызаются в списки тех, кто должен отправиться на Игры в Корею. Списки эти уже полегчали на сотню с лишним имен — и экзекуция продолжается.
28 января — это не дата окончательного вердикта, после которого можно и расслабиться — ну, в смысле, попытаться-таки приготовиться к стартам в Пхенчхане. Это лишь дата, после которой придется чисто гипотетически апеллировать к кассационному спортивному суду в Швейцарии. Там чудеса случаются, как это было с пловчихой Юлией Ефимовой, отстоявшей право выступить в Рио-де-Жанейро буквально за считаные часы перед олимпийскими заплывами. Но чудеса — товар штучный, а не массовый.
Конечно, очевидная, непостижимая предвзятость и наглое игнорирование всех юридических норм и правил со стороны международных чиновников поражают. Чего стоит одно лишь утверждение главы МОК о том, что для отстранения российских спортсменов от Игр достаточно и подозрения! Даже прокурор Вышинский со своим «признание — царица доказательств» до такого не додумался... Но лично мне куда обиднее другое: те в России, кто по должности и статусу просто обязан быть готов к такому развитию событий (назовем их руководителями российского спорта), вновь полностью упустили инициативу. Словно в спячку впали после 5 декабря.
За полтора с лишним месяца после вынесения вердикта МОК о недопуске России как страны — участницы Олимпиады теми, кто довел ситуацию до катастрофы, не было предпринято никаких более или менее грамотных попыток противостоять роковому ходу событий.
По сути, кроме констатации факта, что на решение МОК об отстранении Олимпийского комитета России от участия в Олимпиаде повлияли доказательства, которые, по мнению российских официальных лиц, таковыми не являются (мы, например, гневно отрицаем все обвинения Родченкова), не было предпринято ни-че-го. Ну поохали по поводу необходимости менять уже пошитую для олимпийцев форму, ну погрустили, что не ждут в качестве гостей Игр «группу поддержки» из чиновников, депутатов, бизнесменов. Ну, как могли, успокоили болельщиков: мол, какая разница — с флагом или без флага? Нашенских конькобежца Ана, биатлониста Шипулина, хоккеиста Ничушкина и так все в лицо знают. Выиграют — все равно России слава!
Не тут-то было! На списки, представленные в МОК русскими чиновниками, наложено вето. Раз участие спортсмена из России — его личное дело, то и решение будет принято лично по каждому. Чик — и нет Ана, чик — и осталась Олимпиада без Шипулина. И вообще, сказали в МОК, 500 спортсменов из России — много. Пусть будет 400. Гадко? Еще бы! Неужели нельзя было выяснить хотя бы численный состав, который собираются допустить до Олимпиады, в начале декабря? Погоревали бы о Шипулине, но, может, успели бы подготовить «честолюбивого дублера». Однако надеялись на вечное «проскочим». Или российским чиновникам давали обнадеживающие заверения, которые вдруг коварно нарушены?
А теперь мы слышим повторение реплик декабря о «беспрецедентной атаке», о «запросах о причинах отстранения»? На колу мочало — начинай сначала...
Олимпийские чемпионы шпажист Колобков (в ранге министра) и саблист Поздняков (в ранге первого зама главы ОКР) по-мушкетерски отбиваются от журналистов, пытаясь оправдаться за действия предшественников. Виталий Мутко, которого потихоньку освободили от всех спортивно-футбольных титулов, рассуждает о том, что все отобранные у наших сочинские медали будут отвоеваны обратно через суд...
Какой суд, граждане? Кто их будет отвоевывать? Сами спортсмены уже навоевались. А единого адвоката, бюро или организации, представляющих интересы всех «униженных и оскорбленных» из России, до сих пор нет! Каждый защищает себя сам: там федерация помогает, там совестливый олигарх подбросит то, что не потратил на горнолыжных курортах. Говорят, многие спортсмены готовы платить гипотетическому адвокату из своих. Но проблема ведь даже не в том, кто будет платить за судебные препирательства. Проблема в том, что же Россия будет защищать в международных судах.
Ведь до сих пор непонятно, что именно произошло. В публичной сфере больше эмоций, чем фактов. Версию обвинения России, базирующуюся на дневниковых записях и списках и последующих проверках проб тех, кто был в этих списках, никто не опроверг. Чиновники говорят, что Родченков — клеветник и отщепенец, а царапины на пробирках не есть доказательство. Получается, ничего такого не было? Или все же что-то было, но об этом решили пока не говорить?
Знаменитый хоккеист Касатонов, отвечая назойливому коллеге, недавно заметил, что виновных нужно будет найти потом. Когда потом? После Олимпиады в Корее? Или после чемпионата мира по футболу (вроде бы уже более 30 российских футболистов под прицелом допинг-санкций)? Или ответственные чиновники до сих пор считают, что как-то оно само собой рассосется? Да не рассосется!
События последних лет, начиная с показа скандального немецкого фильма о российской легкой атлетике, говорят о том, что давление на Россию через спорт не ослабевает, а, напротив, только растет. И чем дольше и глубже пытаются зарыться наши ответственные за спорт в ил, тем беззащитнее на международной арене становятся сами спортсмены. Дело ведь не только в чудовищного вида и цвета форме, которую новый поставщик придумал для олимпийских спортсменов из России (я бы в таком костюмчике даже в пивную идти постеснялся бы). Дело в ударе по репутации и нынешнего поколения российских спортсменов, и по всей истории нашего спорта.
Уже давно очевидно, что «уладить по-тихому» и оставить все, как есть, не получится ни сейчас, ни завтра. Реформы в отечественном спорте, о которых много говорят, да мало делают, назрели и перезрели. Необходимо срочно браться за коренные изменения. Какие? Министерство спорта должно отвечать только за массовый спорт, а профессионалы найдут средства сами. Без всяких исключений типа футбольных клубов премьер-лиги с африканскими игроками, сидящими на бюджетах регионов.
P.S. Предвижу чиновничью отповедь: давайте подождем, давайте отправим команду в Корею, давайте проведем чемпионат мира по футболу, а потом разберемся! Увы, время на «подождем» уже не осталось. Оставить после нынешнего позора все, как есть, — значит обречь российский спорт на дальнейший позор и унижения.
