В 90-е годы, когда в постсоветской России только утверждались основы рыночной экономики, такие случаи были сплошь и рядом, а сегодня это почти сенсация. Но дарасунский инцидент удивителен не только своей редкостью и неожиданностью. Во-первых, он случился не на обычном, а на золотодобывающем руднике. И если возвращаться к 90-м годам, когда рабочим промышленных предприятий в подобных ситуациях нередко выдавали зарплату готовой продукцией, то здесь проблема решается просто. Двум сотням шахтеров, не только бастующим, а всем, задолжали 3,6 млн рублей. По курсу ЦБ это 1,5 килограмма золота, по 7,5 грамма на каждого — еле-еле на пару обручальных колец. С учетом того, что ежегодно в России добывается около 230 тонн драгоценного металла, забайкальский шахтерский долг составил 4,5 минуты работы отрасли (при круглосуточном графике).
Что еще интересно: Дарасунский рудник на треть принадлежит знаменитому российскому мультимиллиардеру Роману Абрамовичу, капитал которого, по версии Forbes, составляет 9,1 млрд долларов (12-е место в рейтинге российских богачей). Что еще важнее: в Кремле Абрамович считается одним из самых лояльных бизнесменов России, хотя и живет в Лондоне.
Наверное, по этим причинам забастовка вызвала переполох в местной власти. «Чтобы жизни бастующих ничего не угрожало, организована подача пищи и воздуха», — доложила пресс-служба правительства Забайкальского края (хотя любая шахта обязательно проветривается круглые сутки). Губернатор края Наталья Жданова немедленно выехала в поселок Вершино-Дарасунский Тунгокоченского района, «чтобы на месте разобраться в ситуации и найти пути скорейшего решения трудового конфликта». К месту забастовки отправился и полномочный представитель президента в СФО Сергей Меняйло. К расследованию инцидента подключился Следственный комитет.
Тем временем Росстат сообщил, что на начало мая общая просроченная задолженность по зарплатам в стране выросла до 3,848 млрд рублей — в тысячу раз больше, чем недоплата двум сотням шахтеров. Причем наибольшие долги сформировались не в добыче сырьевых товаров, а в сфере обрабатывающих производств (наиболее важных для подъема экономики): на них приходится 42% просроченных выплат. Но ни федеральное правительство, ни местные начальники не спешат на выручку оставшимся без денег работникам. Как вы думаете, почему?
