В начале года сменилась судья, по решению которой Маша попала в приют. Наталье Захаровой, которой долгое время отказывали в свиданиях с дочерью, вернули возможность видеться с ней один раз в месяц. На этом, собственно, "подвижки" в деле исчерпываются. Создается такое впечатление, что новая судья Сильвиан Ольт-Десез не очень-то заинтересована в том, чтобы завершилась эта дикая с точки зрения здравого смысла история. По словам Натальи Захаровой, девочка уже почти совсем забыла русский язык, "ужасно выглядит, психически и физические истощена". На днях я беседовал с новым адвокатом Натальи Захаровой - Индирой Соловьевой, которая работает в парижском филиале солидной английской адвокатской конторы "Симмонс энд Симмонс".
- Я знаю, что вы недавно взялись за это дело - всего четыре месяца тому назад. Что к этому подтолкнуло? Ведь вы специалист в области делового права?
- Действительно, я не занималась раньше проблемами семьи, детей. Моя отрасль - это юридические отношения в области бизнеса. Дело Натальи Захаровой - для меня второе подобного рода. Так получилось, что я помогла недавно одному русскому мальчику - 14-летнему Андрею Латыпову. Он сирота, жил беспризорником в Санкт-Петербурге. Как-то с приятелем устроились на ночлег в машине, а ее подожгло хулиганье. Приятель погиб, а Андрей чудом остался жив, но получил страшные ожоги. К счастью, нашелся хороший человек, военный Сергей Данильченко, который воспользовался своими связями с одной гуманитарной организацией и привез его во Францию, где, как считается, работают лучшие в Европе специалисты по ожогам. Пока мальчик находился в больнице, Сергея Данильченко приютили в российском торгпредстве. Так вот моя мама однажды позвонила туда по какому-то вопросу, дежурный отошел, и ей ответил Данильченко. Они разговорились. Мама, узнав об истории Андрея, пригласила домой и пообещала им мою помощь. Так впервые я занялась подобным делом и выиграла его: Андрей, как и хотел, остался после курса лечения во Франции. С Наташей Захаровой познакомилась благодаря российскому торгпреду Виктору Ярошенко, который прекрасно знает о ее мытарствах. Откровенно говоря, я с опаской взялась за дело. Но пошла на этот шаг, потому что оно меня задело за живое.
- Маше исполнилось на днях шесть лет. Из них почти половину она провела без матери. Ситуация более чем ненормальная: для обеих - это трагедия. Ведь самая элементарная справедливость требует, чтобы Маша жила с матерью.
- Знаете, когда мне рассказали эту историю, я сначала не поверила. Если бы Кафке довелось сегодня писать свой роман "Процесс", материала для книги в этом деле ему хватило бы более чем достаточно. Откровенно говоря, даже не подозревала, что такое возможно. Может быть, я идеалистка, но всегда верила в правосудие. В этом деле много шокирующих моментов. И тем не менее я надеюсь, что справедливость рано или поздно восторжествует. Лучше, конечно, чтобы поскорее.
- Как вы оцениваете положение на сегодня? Дело ведь затягивается, в частности, еще и потому, что за месяц до истечения срока нахождения Маши в приюте новая судья назначила несколько длительных по времени экспертиз, в результате чего решение о судьбе девочки опять переносится - на этот раз на пять месяцев...
- Можно лишь сожалеть, что два с половиной года экспертизы не назначались. Новая судья их назначила в последний момент. Чем дольше ребенок воспитывается без матери, тем сложнее ему будет вернуться в нормальное состояние.
- Известно, что адвокаты противоположной стороны обвиняют Наталью Захарову чуть ли не во всех смертных грехах. По их мнению, именно она плохо обращалась с Машей и избивала ее. Какие-то факты существуют?
- Словесных и письменных обвинений было много, но никаких доказательств тому нет.
- Как мне рассказывала сама Наталья Захарова, есть основания полагать, что девочке в свое время были нанесены побои, когда она находилась у отца. Так ли это?
- Хотя об этом говорить немного преждевременно, не исключено, что вскоре мы будем иметь на этот счет весомые доказательства.
- Какие-то меры можно предпринять, чтобы разблокировать ситуацию? Правомочны ли судебные действия, в результате которых Маша разлучена с матерью?
- С нашей стороны мы делаем все от нас зависящее, чтобы этого добиться. Что касается судебных действий, то давайте зададимся таким вопросом: в чем заключается роль судьи в подобной ситуации? Выявить опасность, которая угрожает ребенку, и сделать так, чтобы ее устранить. Уже три года адвокаты Натальи Захаровой задают вопрос судьям: какую опасность ребенку представляет собой мать? До сих пор вразумительного ответа нет.
18:44
Шумят новые леса
