На днях прошли седьмые, предпоследние испытания парашютной системы, предназначенной для возвращаемого с Луны на Землю американского экипажа, который будет находиться в капсуле нового корабля «Орион». Парашюты были сброшены с 10-километровой высоты на испытательном полигоне в округе Юма, штат Аризона. Вся система состоит из 11 куполов, три основных имеют диаметр по 35 метров каждый. Последний, восьмой тест для спуска парашютов в атмосфере с капсулой-имитатором намечен на сентябрь.Не за горами и первый рейс астронавтов вокруг Селены. Он запланирован на 2023-й. Посещение окололунной станции Lunar Orbital Platform-Gateway (LOP-G) намечено на 2022-й, хотя, скорее всего, произойдет тоже в 2023-м. А что же мы?
Наш пилотируемый корабль «Федерация» сможет отправиться в окололунное пространство в лучшем случае после 2030 года. Если даже по плану в 2028-м будет готова к запуску российская сверхтяжелая ракета, то потребуется еще время на ее испытания и доводку. Учитывая многолетнее отставание, в СМИ опять появился поднимавшийся не раз вопрос: а нужна ли нам Луна? Мол, это лишь амбиции, трата денег и времени: Но с таким же успехом можно спросить: а нужен ли нам космос? Там ведь мы тоже ничего не добываем из того, что можно продать...
Луна — это путь в глубины звездного океана. Говоря весной о перспективах отечественной космонавтики, Владимир Путин подчеркнул: «Новое продолжение исследования Луны. Не как Советский Союз — наши специа-листы постараются сделать высадки на полюса, потому что есть основание полагать, что там может быть вода: Там есть чем заниматься. Оттуда могут быть начаты исследования других планет, далекого космоса».
Вот и руководители космических предприятий публично подтверждали: да, идем этим курсом. Полтора года назад тогдашний гендиректор РКК «Энергия» Владимир Солнцев на конференции в Москве рассказал о впечатляющем плане лунного штурма: «2026 год — беспилотный облет Луны. В 2027-м запускаем взлетно-посадочный модуль на орбиту Луны. Посадка модуля на поверхность Луны будет осуществляться в автоматическом режиме. В 2029 году — беспилотный полет нового корабля на орбиту Луны...»
Но, похоже, эти планы далеки от претворения. Сегодня выясняется: если подходить реалис-тически, мы никак не сможем в названные сроки летать к Луне на новом корабле «Федерация». Потому что для этого нужна сверхтяжелая ракета, до создания которой еще далеко («Труд» писал об этом 13 июля). Предложения использовать для реализации лунной программы 3-4-пусковые схемы, когда с небольшим интервалом во времени стартуют несколько ракет, а затем конструкции стыкуются на орбите, по мнению авторитетных специалистов, не выдерживают критики. Таким образом, «Федерация» сможет до начала 2030-х подниматься только на околоземную орбиту и стыковаться с МКС. Это никак нельзя назвать победой в космосе.
Сгущается туман и по вопросу нашего участия в проекте американской окололунной станции Lunar Orbital Platform-Gateway. НАСА ставит неприемлемые для нас условия. Кажется, в США прилагают максимум усилий, чтобы мы отказались от участия в проекте. И что тогда?
А ведь мы можем запустить на окололунную орбиту свою станцию, используя модули, создаваемые сейчас для МКС. И все было бы замечательно, но как летать на эту станцию, если «Федерация» годами будет дожидаться в ангаре на земле появления сверхтяжа? Вообще мы все время пытаемся догнать американцев, и это заведомо проигрышный вариант. Надо находить свой путь, использовать оригинальные оте-чественные разработки (а они есть!), позволяющие в сжатые сроки и с меньшими затратами достигать цели.
Знают ли в высоких кабинетах правду о нынешней острой ситуации в отечественной космонавтике на лунном направлении? А если нет, то кто решится сказать о реальном положении дел? Сегодня еще не поздно предпринять энергичные меры, найти выход. Есть различные предложения. В том числе и по созданию нового звездолета, который на ближайшее десятилетие сможет заменить «Федерацию». Речь о межорбитальном корабле «Рывок», предложенном специалистами РКК «Энергия».
Прежние руководители Рос-космоса, не желая конкуренции с «Федерацией», зажгли красный свет на пути «Рывка». Но идея меж-орбитального корабля находит все больше сторонников. Среди них и авторитетный специалист в области защиты от ионизирующих излучений, руководитель отдела радиационной безопасности космических полетов Института медико-биологических проблем РАН Вячеслав ШУРШАКОВ. В инициативном порядке, абсолютно бескорыстно он занялся расчетами радиационной защиты на альтернативных лунных кораблях.
— Очень надеюсь, что не только для зарубежных специалистов, но и для нашей космонавтики окажутся важными и интересными лунные проекты, — говорит Шуршаков. — Ситуация у нас сложная, но не безнадежная. Более трех десятилетий я связан с космонавтикой и уверен: потенциал у нас есть. Можно до 2030 года использовать для полетов в район Луны или модифицированные корабли «Союз», о чем говорил генеральный директор Роскосмоса Дмитрий Рогозин, или межорбитальный «Рывок». Быть может, именно «Рывок» станет палочкой-выручалочкой. Вот почему в свободное время я занимаюсь сейчас радиационной защитой лунных кораблей «Рывок» и «Союз» (работы по «Федерации» ведутся по утвержденному плану).
Рейсы к Луне и обратно, поясняет мой собеседник, существенно опаснее околоземных полетов, имея в виду радиационное облучение. В ближнем космосе защищает магнито-сфера Земли. Но дальше такого щита нет. И в случае сверхмощных солнечных вспышек, солнечных протонных событий (СПС), дозы облучения могут быть в десятки и даже в сотни раз выше, чем получаемые за то же время экипажами на МКС. Измерения, проводимые российскими специалистами на станции в течение многих лет, показали, что за каждые сутки полета космонавт получает 0,7 миллизиверта (мЗв).
Аналогичное облучение будет у человека, который пять раз за день решится на рентген грудной клетки. Специалисты считают, что годовая планка для работника атомной отрасли не должна превышать 20 мЗв. Однако у космонавтов облучение намного больше. За шесть месяцев работы на орбите член экипажа получает 125 мЗв, то есть в шесть с лишним раз больше предельной рекомендуемой земной планки атомного персонала.
— Для космонавтов, людей с отменным здоровьем, такое облучение не считается опасным, — продолжает Шуршаков. — По современным российским нормативам доза за период профессиональной деятельности космонавта не должна превысить 1000 мЗв, за год полета — 500 мЗв, а за месяц — 250 мЗв. При полетах на МКС, к Луне и обратно, при высадке на Селену и кратковременном пребывании на поверхности ночного светила дозы облучения намного ниже нормативов. Но при солнечных протонных событиях космонавт может получить за сутки 70 мЗв или более. Это не смертельно, но превышает разрешенные нормативы. И мы с коллегами разрабатываем такую защиту для лунного корабля, которая ослабила бы дозу облучения. При этом защита, понятно, не может быть тяжелой, ведь для конструкторов имеют значение даже 100 граммов.
Сегодня, по словам ученого, сделано уже немало. Предполагается использовать в корабле, летящем к Луне, и средства локальной защиты, которые размещаются на теле космонавта, например в области таза и/или головы, и дополнительные экраны на стенке отсека. Прототипы такой защиты отработаны российскими специалистами в ходе эксперимента «Матрешка-Р» на МКС.
Наиболее перспективным материалом для защиты является особый полиэтилен высокого давления. Такой экран толщиной 10 см во время лунного космического полета снизит дозу радиации при мощной солнечной вспышке на 30-50%. Что поз-волит уложиться в нормативы безопасности (за исключением экстремальных СПС, случающихся раз в 100 лет и реже). Полиэтиленовый экран обеспечит защиту также при пролете протонного радиационного пояса на пути к Луне.
— Для корабля «Рывок», — подытоживает мой собеседник, — можно будет использовать более солидный экран, например толщиной 14 см, учитывая габариты корабля и, насколько я могу судить по открытым источникам, весовые нормативы. В одном из отсеков целесообразно создать так называемое радиационное убежище для экипажа. Там космонавты смогут укрыться в случае необходимости. Понятно, потребуются проработки конструкции защиты, уточнение предварительных оценок. Но первые шаги сделаны, и, может быть, наша работа пригодится в недалеком будущем...
К сказанному Вячеславом Шуршаковым хотел бы добавить, что радиационная защита лунного корабля — дело чрезвычайно важное. Но главное — было бы что защищать. А здесь пока очень много вопросов.
