Вчера председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин призвал вернуть в Уголовный кодекс конфискацию имущества для коррупционеров. Его голос влился в дружный хор чиновников и депутатов, которые давно призывают таким способом покончить с казнокрадами. Как будто предупреждают самых безмятежных, забывших припрятать остатки неправедно нажитого.
«Ни мера уголовного наказания в виде лишения свободы, ни штраф, который никто не выплачивает, как вы знаете, не решает проблемы, — признал глава СК. — А вот когда он вернет наворованное, и мы там разместим детский дом, детский сад, дом престарелых — это будет плюс для государства и минус для этого человека. И он поймет, что воровать безнаказанно уже нельзя, потому что бесполезно — все равно отберут».
Логика железная. Тем более наглядные примеры есть, хотя и не наши. В США в середине 1970-х приняли пакет так называемых законов РИКО, по которым стали конфисковать имущество мафиозных кланов и связанных с ними чиновников. В качестве смягчающего обстоятельства суд принимал только доносы на подельников. Американцы уверяют, что именно эти законы кратно сократили масштабы коррупции.
Россия, как водится, пошла своим путем. В 2003-м из УК изъяли наказание в виде конфискации имущества коррупционеров — под предлогом того, что есть другие статьи, по которым можно судить казнокрадов. И время от времени их действительно ловят за руку, кто-то даже садится на нары, но потом выходит на свободу и живет припеваючи. За минувшее десятилетие не раз предпринимались попытки вернуть в УК скандальную статью, но безуспешно.
И вот сейчас, похоже, лед тронулся. В конце прошлого года депутаты-единороссы Сергей Тен и Борис Резник внесли в Госдуму соответствующий законопроект. «Представляется целесообразным, — сказано в пояснительной записке, — восстановить в п. «ж» ст. 44 УК РФ конфискацию имущества как меру наказания за преступления корыстной направленности, преступления коррупционной направленности, преступления против интересов государства и общественной безопасности». Депутаты как люди гуманные приводят перечень не подлежащего конфискации имущества, среди которого одежда, обувь, предметы первой необходимости. Документ получил поддержку на самом верху. Глава президентской администрации Сергей Иванов пообещал соответствующие «изменения в законодательстве». Так что идея скоро обретет силу. Но... Совсем не факт, что после этого случатся громкие процессы с посадками и конфискациями. Наши чиновники научились прятать концы в воду. Переводят капиталы в офшоры, регистрируют имущество на доверенных лиц или дальних родственников. С недавних пор вошли в моду фиктивные разводы, когда перед расставанием жена вдруг сказочно обогащается. А безутешный муж со справкой из загса идет в налоговую и заполняет декларацию скромного госслужащего.
Эксперты считают, что возвращение конфискационной статьи в УК следует подкрепить дополнительными шагами. Президент Центра антикоррупционных исследований Элла Панфилова призвала немедленно ратифицировать антикоррупционную 20-ю статью ООН и расширить «перечень родственников», чтобы наказание за незаконное обогащение распространялось на племянников, дядюшек и тетушек. А член президентского Совета по развитию гражданского общества Кирилл Кабанов предлагает ввести в Гражданский кодекс понятие «фактического бенефициара», чтобы можно было отследить движение денег до кармана коррупционера.
