О том, что человеку хорошо бы знать иностранный язык, а еще лучше — два, слышал каждый. Но не все следуют этой рекомендации. Хотя такое знание порой бывает в буквальном смысле жизненно необходимым. Об одном таком случае мы вам расскажем.

Приказ по Министерству гражданской авиации СССР «О ежегодной стажировке в Великобритании специалистов службы управления воздушным движением и преподавателей английского языка» появился в декабре 1988-го. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. А почти за 20 лет до того недавний выпускник Ульяновской школы высшей летной подготовки Валерий Шелковников только перевелся из аэропорта Хатанга в ленинградский аэропорт Шоссейная (так раньше называлось Пулково) на должность диспетчера управления воздушным движением. И вот то самое ночное дежурство...

Итак, Шелковников — стажер. А дальше за диспетчерскими пультами сплошь умудренные воздушные волки: дважды Герой, генерал Евгений Федоров, Герой Советского Союза Василий Харитонов, тут же Константин Розенштейн, полковник, бывший командир истребительного полка. Они всю жизнь в авиации, в каких только переделках не побывали. Начало ночной смены, великолепная весенняя погода. Руководитель полетов, в прошлом опытнейший пилот гражданской авиации, запрашивает Центральную диспетчерскую службу МГА: планируются ли этой ночью в Ленинград иностранные рейсы? Москва отвечает: нет, не планируются.

— Такой ответ, — вспоминает Шелковников, — обрадовал дежурившую в этой смене переводчицу Валентину. Она тут же слезно запросилась домой: кажется, утюг не выключила, надо бы проверить, а то пожар...

Ее отпускают с напутствием «одна нога там, а другая уже здесь». Валя мигом срывается на стоянку такси. «Мужу капут», — бросает кто-то из умудренных жизнью...

Нам сегодня трудно представить, что тогда диспетчеры вели связь с иностранными экипажами исключительно через переводчиков. В небе ведь, бывает, каждая секунда на счету, но в те былинные времена, без малого полвека назад, никто из диспетчеров не имел допуска к ведению радиосвязи на английском, хотя Ленинградский аэропорт и считался международным. В каждой смене трудились переводчики.

Неожиданный звонок из М-осквы поверг всех в шок. «В Ленинград следует австрийский самолет с пассажирами. Он из-за тумана сделал два неудачных захода на посадку в Шереметьево и теперь ушел к вам. До Хельсинки ему не хватает топлива из-за встречного ветра». Вот так сюрприз! И, как назло, переводчица скрылась в неизвестном направлении.

А тем временем австрийский лайнер, съедая остатки топлива, приближался к Ленинградской воздушной зоне. Командир судна по-английски о чем-то докладывал, да что толку, если на земле его не понимают. Руководитель полетов ответил по-военному четко: «Австрийский борт, работаем только по-русски, ваше удаление 100 км, снижение по расчету...» Ответа нет. Снова обмен сообщениями — и все тот же разговор глухого с немым. Запросили у дежурного офицера ПВО высоту полета. Самолет не снижается, летит на 9 тысячах метров.

Пройдя радиомаяк входного коридора, дисциплинированный капитан австрийского борта переходит на связь с диспетчером «Круга». Конечно, на английском. Тот дает условия захода на посадку на русском. Все понимают, как по-идиотски это выглядит, но странный диалог продолжается.

Метка самолета упорно перемещается по экрану радиолокатора к аэродрому. Когда до полосы остается 25 километров, в эфир вдруг прорывается голос на ломаном русском: «Ленинград, я австрийский самолет, следую к вам, дайте информацию, как садиться». «Ну, наконец-то по-нашенскому!» — выдыхает вся смена. «Австрийский борт, посадочный курс 279, правая коробочка, снижайтесь до 900 мет-ров... пролет точки доложить». «Австриец» повторяет команду точно. Но через секунду-другую запрашивает: «Ленинград, пожалуйста, что такое правая „коробочка“ и „доложить точку“?» «Даем ему курсы и высоту без лишних слов», — скомандовал руководитель смены.

В общем, они учились понимать друг друга буквально на лету. Но вот результат: через шесть минут реактивная «Каравелла» уже рулит за машиной сопровождения на стоянку перрона.

Все они были безмерно счастливы: беда пронеслась мимо. А вскоре в зал управления влетела переводчица Валя. Вместе с руководителем полетов они встретили капитана «Каравеллы». Тот тоже радовался благополучному исходу и своей находчивости. Там, в небе, поняв, что дело пахнет керосином, причем горящим, он вышел в салон и спросил: «Кто знает русский язык?» Откликнулся австрийский аспирант, на общее счастье изучавший в МГУ Достоевского. Он, конечно же, не знал, что такое «коробочка» или «пролет точки». Но, по крайней мере, смог об этом спросить и понять ответ. Спасибо, Федор Михайлович, выручил!

...Через много лет после того памятного «урока английского» теперь уже начальник Центрального управления воздушным движением МГА СССР Валерий Шелковников пришел на доклад к министру. Свою цель — каждый авиадиспетчер должен сносно владеть языком международного общения! — подкрепил не только давней историей, но и другими фактами. Вот они. В сентябре 1978-го в небе близ Загреба столк-нулись британский Trident 3B и DC-9 югославской авиакомпании. В условиях стресса диспетчер вместо английского перешел на хорватский... На следующий год крупнейшая за всю историю авиации катастрофа: над Тенерифе столкнулись два Боинга-747. Одна из причин — неправильный английский... Или вот: 40-минутное барражирование Боинга-747 над Актюбинском из-за непонимания диспетчером английского языка, хорошо, лайнеру удалось вернуться в Дели...

Министр внимательно выслушал доклад, и вскоре появился тот самый приказ. А еще Шелковников предложил нестандартный ход: организовать футбольные турниры среди европейских центров управления воздушным движением. Игра — прекрасная разговорная практика.

Те инициативы и труды не пропали даром: нынешнее поколение авиадиспетчеров языки знает, без этого нынче управлять движением в небе нельзя.

P.S. Ну, а мы можем пожелать Валерию Георгиевичу Шелковникову, давнему другу и эксперту «Труда», члену Всемирного фонда безопасности полетов, главе Международного консультативно-аналитического агентства поменьше работы. Пусть ЧП в небе остаются только в давних историях.

Российский детский фонд в рамках программы «Медицинский десант» в очередной раз отправил высококвалифицированных специалистов в горячую точку — на помощь детям Луганской народной республики. В состав...

Бывший заместитель главы МВД России Виталий Шулика назначен заместителем министра обороны Андрея Белоусова. Соответствующий указ президент РФ Владимир Путин подписал 22 мая. Другим указом главы государства заместителем министра внутренних дел...

Бывший глава государственной корпорации «Роснано» Анатолий Чубайс будет получать московский прожиточный минимум — 18971 рубль. Об этом сообщается в паблике Mash в социальной сети «ВКонтакте». Как выяснили журналисты,...

Россия гордится участниками специальной военной операции (СВО) за их мужество, отвагу и силу духа. Как сообщает ТАСС, об этом заявил президент РФ Владимир Путин в своём приветствии чемпионату профессионального мастерства «Абилимпикс»...