Две новости сошлись на неделе. Во-первых, 85-летний юбилей отмечает Канал имени Москвы. По этому поводу власти запланировали на Северном морвокзале развлекательную программу, где одним из главных пунктов значится мастер-класс по вязанию морских узлов. А во-вторых, начальник свердловского управления Федеральной службы исполнения наказаний Александр Федоров заявил, что у производимых заключенными товаров показатель «цена/качество» выше, поэтому они «вполне могут заменить иностранные компании».
Продолжая мысль босса, начальник отдела трудовой адаптации осужденных УФСИН по Свердловской области Иван Шарков добавил, что колонии вполне «могут занять и место IKEA! Если сравнивать мебель, у нас и качество лучше, и цены ниже». Дальше было совсем весело. Поскольку имя ушедшего из России шведского торгового гиганта у всех на слуху, новость про возможность замены мебели от IKEA на мебель от ФСИН подхватили ведущие СМИ. Ведомству пришлось уточнять, что слова Шаркова были журналистами восприняты слишком уж буквально. Однако сравнение трудов уральских заключенных и производителей IKEA не так уж и хромает, мебель «made in FSIN» действительно и дешевая, и качественная, недаром она востребована во многих регионах РФ...
Да что мы все про табуретки! «Мы развиваем и швейное направление — белье для больниц, спецодежду, в том числе для скорой помощи, нефтяных компаний, шили даже для «Роскосмоса», одежду для рыбалки и охоты, куклы даже шьем... В ИК-46 изготавливают продукты питания, подарочную упаковку, сувениры», — с гордостью поведал глава пресс-службы управления ФСИН господин Левченко.
Такие речи могли бы удивить граждан какой угодно страны, кроме нашей. Которая имеет давний и богатый опыт использования заключенных (включая вышеупомянутый Канал имени Москвы, построенный лопатами 196 тысяч зэков). И даже слова Ивана Шаркова о том, что «главная задача функционирования производств в колониях — это трудоустройство осужденных», не новы. Когда в конце 1920-х перед руководством ОГПУ встала проблема хозяйственного использования сотен тысяч заключенных и спецпереселенцев, система быстро перестроилась под выпуск всего чего только можно. Перечислять, что возводили, шили, отливали и выращивали силами колонистов, не хватит места в газете. Факт в том, что труд заключенных в СССР рассматривался как важный экономический ресурс.
А что, дешево и сердито. Дешево для государства, сердито для рабсилы. При большом желании осененная давними традициями система ФСИН могла бы замахнуться на большее. Мебель IKEA пусть остается за свердловским управлением. Пермское могло бы взять на себя замещение трусов и другого белья Victoria’s Secret. Мордовское — сумок Louis Vuitton и обуви Prada. Наверняка, если правильно поставить задачу, Калмыкия справится с замещением Lamborghini...
Увы, градус оптимизма снижается, когда слышишь новости из городка Тихвина Ленинградской области. Где ушли в простой два градообразующих предприятия, одно из которых было заводом IKEA. Сразу 8 тысяч человек оказались «потенциально безработными». Для городка в 50 тысяч жителей — сродни катастрофе. Для области — как минимум головная боль. Добровольно включить тихвинцев в систему ФСИН вряд ли выйдет. И что с ними делать?
А теперь шутки в сторону. Любые публичные предложения задействовать мощности исправительных колоний, неважно, какая цель за этим стоит, в России воспринимаются негативно. Думаю, у большинства из нас это заложено на уровне подсознания, потому что напрямую связано с корнями, семейными историями. Если бы родители знали, что купленная ими в подарок дочке кукла была сделана за колючей проволокой, не думаю, что они сохранили бы на лице умильную улыбку.
Просто потому, что мы это уже проходили... И Канал имени Москвы — материальное тому подтверждение.
