В прессе обсуждается создание особой структуры по борьбе с коррупцией под эгидой администрации президента. Сейчас этим занимаются разные структуры, а координация действий, как считают некоторые эксперты, позволит проводить единую политику. Хотя есть и другие способы придать импульс этой борьбе.
Никита Кричевский, доктор экономических наук
— Администрация президента забирает себе всё больше несвойственные ей функций. У них же нет полномочий для системной антикоррупционной работы! В их аппарате нет спецов, которые проводят обыски, следят за транзакциями... Новое ведомство может стать лишь неформальным координатором. Думаю, решением может быть создание федеральной службы по противодействию коррупции, в идеале — военизированной структуры с широчайшими полномочиями. В Сингапуре есть подобная. У нас же борется с коррупцией Генпрокуратура, которая никак не отмоется от «игорного дела».
Дмитрий Орешкин, политолог
— Типично советская модель: видишь проблему — создай орган для ее решения. Есть же Счетная палата, МВД, ФСБ, контрольное управление в администрации президента... Коррупция появляется там, где слишком много неподконтрольных обществу средств. Сегодня на эти деньги власть фактически покупает лояльность элит, закрываются глаза на их сомнительную экономическую деятельность. Это следствие излишней централизации полномочий и вообще родовая болезнь «вертикальных» структур. Есть проверенные методы лечения, например приватизация. Если главный источник общественных благ — частный бизнес, то коррупционная составляющая уменьшается. Помогут и прозрачность государственных институтов, независимость судов. А показательные карательные меры лишь отвлекают от сути явления. В Китае расстреливают за взятки, но взяточников меньше не становится.
Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации
— Если бороться с коррупцией реально, то все сработает. Базовые достижения закреплены в Конвенции ООН, которую Россия никак не примет. Общая суть: если чиновник не может объяснить природу своих активов, то идет под следствие. А в Италии взяткодатель освобождается от всякой ответственности при условии сотрудничества со следствием. В США еще в середине 70-х приняли законы РИКО против мафии: если член мафии не сотрудничает со следствием, то у него и его семьи конфискуются все активы.
Дмитрий Абзалов, вице-президент Центра стратегических коммуникаций
— Конкретное решение о создании управления при кремлевской администрации не принято. Обещают, что оно будет заниматься декларациями чиновников и госкомпаний. Если это так, то я за создание такого органа. Ведь сейчас декларации толком не проверяются, а это дело важное и трудоемкое.
