В том, что в сериале «Жуков» главной актерской удачей стала роль Сталина, сходятся большинство рецензентов фильма. Корреспондент «Труда» поговорил с Анатолием Дзиваевым, который сыграл вождя народов уже в шестой раз.

 — Как думаете, сериал «Жуков» исторически достоверен? Можно его школьникам показывать по программе истории? Или все же это субъективный взгляд на события?

— Я не историк, чтобы ответить на такой вопрос, знаю одно: мне очень понравился сценарий фильма. Этот Сталин показался мне выписанным, настоящим человеком. Я не говорю, хорошим или плохим, — просто человеком. Сталин в этом фильме любит Жукова, Сталин ненавидит Жукова, Сталин ревнует Жукова, Сталин боится Жукова, Сталин не может без Жукова думать о том, что будет дальше. Целая гамма отношений.

— Вы играли Сталина уже шесть раз — и в кино, и в театре. Наверное, изучили его личность лучше многих историков.

— Дело в том, что я и к Сталину, и к Жукову отношусь как к шекспировским персонажам — эпическим, далеким от нас. Войну вынес на своих плечах народ, но народ и войска организовывали именно эти личности. И если бы на их месте был кто-то другой, я не уверен, что мы бы победили. Идеальных людей нет, сам Сталин в нашем фильме говорит: «Мы все не без греха». Мы с вами должны понимать ситуацию, обстоятельства, время, когда жили и действовали Сталин и Жуков. Если мы будем все взвешивать, то поймем, что по-другому им просто нельзя было поступить.

— Послушать вас, так Сталин был просто жертвой системы. Но разве он не способствовал ее укреплению?

— Может, в итоге так и получилось, но по-другому он не мог править. Когда он получил в управление страну, она была очень слабой, молодой. Сталин начал возрождать промышленность, отстраивать страну. Понимаете, народ любил его. Я учился во втором классе, когда Сталин умер. Я видел, как все рыдали, женщины рвали на себе волосы, а в селе вроде бы никто не умер. Впоследствии я понял: им казалось, что вместе с жизнью Сталина закончилась и их жизнь.

— Сталин в «Жукове» по характеру принципиально отличается от других сыгранных вами Сталиных?

— Да, здесь я играл человека, а не памятник. Если играть Сталина как памятник, то этого хватит на 10 минут, а потом придется изворачиваться, придумывать что-нибудь. Мы отрываемся от анекдотичного представления об этом человеке — у нас Сталин ни разу не закуривает трубку, зато он кутает спину и залазит на печку, потому что у него болит поясница. Кроме того, действие фильма разворачивается в один из самых трудных периодов — послевоенный: гитлеровские штандарты брошены к нашим ногам, Парад Победы принят. У Гарсиа Лорки есть такая фраза: «Кому какое дело, как мучается раненный голубь в камышах». Сталин после войны был уже ранен, и был даже такой момент, когда он хотел сдать власть. Но кому он мог оставить страну? Только Жукову, я думаю.

— Для вас еще есть неоткрытые стороны в Сталине?

— Скоро я буду сниматься в фильме Первого канала «Сын отца народа», уже о Василии Сталине, и там я буду играть, конечно же, его папу и буду углубляться в его отношения с семьей.

Один из первых романов Федора Достоевского «Игрок», как известно, вполне автобиографичен. Великий писатель и сам страдал зависимостью от азартной игры: неоднократно посещая казино, в том числе и за границей,...