Каждую олимпийскую победу переоценить невозможно. Но даже среди них случаются те, что сродни подвигу. «Труд» выбрал пять самых драматичных достижений наших спортсменов за всю историю Белых олимпиад, когда для успеха приходилось преодолевать не только себя и соперников, но и жизненные обстоятельства. Это материал о тех, с кого в первую очередь нужно брать пример нашим спортсменам, которые будут представлять страну на Играх в Сочи.
1972 год. Саппоро. Лыжные гонки.
Владимир Воронков, Юрий Скобов, Федор Симашев, Вячеслав Веденин Мужская эстафетная гонка, по признанию большинства работавших там журналистов, стала самым ярким событием Игр.
После двух этапов мы лидировали и надеялись, что третий участник Федор Симашев, уже завоевавший в Саппоро «серебро» в личной гонке, увеличит отрыв. Но что произошло с Федором, так никто и не понял: он завалил свой этап, и Веденин принял от него эстафету, уступая 1 минуту 2 секунды.
Спустя много лет Веденин рассказывал корреспонденту «Труда», что когда еще разминался, до него дошла информация об отрыве норвежца Форму. Но он никак не ожидал, что этот отрыв будет столь чудовищным. Полагая, что ему придется стартовать на 20–30 секунд позади Харвикена, Вячеслав Петрович принялся демонстративно поздравлять его с грядущей победой. А после этого еще и сделал имитацию смазки лыж. То есть совал пальцы в баночку с мазью, но мазь ими не зацеплял, а лишь чистыми пальцами тер под колодкой своих лыж. В такой нервной обстановке и норвежец принялся набрасывать эту же мазь на свои лыжи. «Ну, 20 секунд благодаря этому я уже отыграл, – вспоминает Веденин. – А потом я попросил тренеров кричать мне по ходу дистанции не привычное «Слава!» или «Петрович!», а «Веденин!». Когда Харвикен преодолевал подъем, Привалов и Кузин начали орать: «Веденин, Веденин!» Я в тот момент метров 200 проигрывал, но когда Харвикен услышал этот крик, он поневоле оглянулся – и я заметил, как сбился его шаг. Так я еще приблизился к норвежцу».
В итоге на финише Веденин выиграл 10 секунд. А к нам вернулось «золото», которое, казалось, было безнадежно утрачено.
1980 год. Лейк-Плэсид. Биатлон. Владимир Аликин, Александр Тихонов, Владимир Барнашов, Анатолий Алябьев
Самой драматичной из четырех своих победных эстафет Александр Тихонов считает последнюю – в Лейк-Плэсиде:
«Обстановка в Олимпийской деревне была мрачной: нас поселили в новой тюрьме для малолетних преступников, – рассказывает Тихонов «Труду». – И по части проверки оружия больше обычного донимали, да еще специально для нас вешали плакаты типа: американец дает пинок под зад медведю – и подпись на русском «Вон из Америки!»
А тут еще мы простудились. И вот сидим накануне эстафеты с Аликиным в номере. Володя измерил температуру – 37,8. А у меня 38,9. Говорим друг другу: ну мы же мужики, а за нами Россия. И пробежали на следующий день: Володя выиграл свой этап, я увеличил отрыв». Кульминационный момент наступил на третьем этапе, когда Владимир Барнашов промахнулся два раза. Далее вспоминает сам Владимир Михайлович: «…и вот последняя стойка – у меня один патрон и одна мишень. Либо пан, либо пропал. Пока выдавливал спуск, мне показалось, что не 500 граммов он составляет, а пять килограммов. Но все завершилось так, как и хотели, – «золотом».
1984 год. Сараево. Биатлон. Альгимантас Шална, Дмитрий Васильев, Сергей Булыгин и Юрий Кашкаров
Игры начались для команды с... переделки цевья. В середине сезона технический комитет IBU внес изменения в правила: высоту цевья уменьшили, но наши представители этого положения даже не прочитали. Так что уже на Олимпиаде всю ночь команда строгала деревянную часть винтовок. На следующий день на пристрелке ребята с непривычки стреляли только «в землю». О высоких результатах можно было забыть. Но товарищи в штатском накручивали нервы парням, заранее грозя санкциями в случае провала.
Дальше – больше. Накануне индивидуальной гонки умер глава советского государства Юрий Андропов, а спринтерская гонка прошла в день всесоюзных похорон. И неудачные выступления в личных гонках внушали опасения спортсменам: в какую страну они вернутся и что их там ждет?
Накануне эстафеты товарищи в штатском и вовсе открытым текстом сообщили биатлонистам, что из Сараево они могут полететь не домой, а прямиком в Афганистан, где хорошие стрелки были в цене. Тем не менее четверо представителей Ленинграда, Свердловска, Вильнюса и Новосибирска вышли на старт и завоевали «золото».
1988 год. Калгари. Бобслей. Янис Кипурс, Владимир Козлов
Драматично развивались события во время заездов бобслеистов в двойках. В первой попытке наш экипаж Кипурс – Козлов согласно жребию стартовал последним, и вдруг выглянувшее солнце начало растапливать трассу. В таких условиях даже четвертое место оказалось удачей. Но потом резко похолодало, и во второй попытке нашим парням удалось выйти на первое место с запасом 0,4 секунды.
На второй день езда оказалась кошмарной. Пилоту Янису Кипурсу с самого начала казалось, что Козлов не толкает боб вперед, а тормозит его, а по ходу дистанции волочится за ним по льду. После финиша Янис с кулаками набросился на напарника. А Козлову, наоборот, всю дорогу казалось, что именно Кипурс умышленно тормозит боб. Разобрались напарники лишь после того, когда оглянулись на трассу – она была темно-серой из-за пыли, которую нанес ветер. В итоге после проезда восьми экипажей трассу закрыли и результаты аннулировали. И прошла информация, что медали будут вручать по результатам не четырех, а лишь двух заездов. Так что весь день наши спортсмены чувствовали себя чемпионами. Но в расписание турнира бобслеистов добавили лишний день. И нашим парням, уже почувствовавшим себя чемпионами, было невероятно тяжело настроиться на новую борьбу. Третий и четвертый заезды они проиграли немцам. Но оба раза – по чуть-чуть, и запаса хватило на победную сумму. После финиша в четвертом заезде Козлов от перенапряжения не смог сам разжать пальцы, вцепившиеся в боб. Отдирал их по одному Кипурс.
1988 год. Калгари. Конькобежный спорт. Николай Гуляев
Один из фаворитов турнира американец Дэн Дженсен в первый день соревнований получил известие о смерти сестры. По этой или по какой-то другой причине он упал в забегах на 500 метров и на 1000 метров. А наш конькобежец Николай Гуляев завоевал «золото» на тысяче. Самое удивительное произошло потом: значение этой победы наиболее старательно взялись принижать именно советские спортивные чиновники. При этом они почему-то забыли, что и Гуляева следовало считать фаворитом не в меньшей степени, чем Дженсена. Ведь годом раньше Николай стал абсолютным чемпионом мира в многоборье. Более того, уже в Калгари и сам Гуляев на пятисотке упал на полном ходу, так что в беге на 1000 метров ему серьезно мешала бежать травмированная рука. А затем, когда Гуляев не смог попасть в тройку призеров на полуторке, где он считался главным фаворитом, его с личным тренером собирались исключить из сборной, снять со стипендии и прочего довольствия. Сейчас, конечно, это кажется невероятным, но когда-то нашего спортсмена могли «опустить» даже после победы на Олимпиаде!
