Автор письма, Сонг Ли, рассуждает о финансовых вопросах, в частности — о виртуальной валюте и о том, что нужно ввести «металлическую конвертируемую валюту», вернуться к «физическому орудию платы», т.к. это будет «пощёчиной, выражением недоверия финансовому миру, который стал врагом», потому что такую валюту, в отличие от электронных денег, невозможно переводить за границу.

Дорогой друг Сонг Ли,

я согласен с Вами, что необходимо строить «новый мир». Только не такой, как «новый мир» Олдоса Хаксли, подготовка к которому уже идёт. Вы ставите многие стратегически важные вопросы, говорите о некоторых возможных вариантах решения. И приходите к первому выводу — с которым согласен и я — что этот «новый мир» не будет миром криптовалюты. Ваши рассуждения в настоящий момент — самые убедительные и самые реалистичные. Они в который раз указывают на конец иллюзии, что технология (в этом случае — blockchain) в состоянии изменить соотношение сил между теми, кто господствует, и теми, кто подчиняется. И очень устаревшую (десятилетней давности, но время летит) иллюзию, что интернет — надёжное убежище свободы. Теперь мы на собственном опыте убеждаемся, что никакая технология не может быть нейтральной и, что ещё хуже, что нет технологии, которая не имела бы хозяина. Хозяина, который её использует по своему желанию и в своих целях. И если она случайно создаёт какие-нибудь новые явления, её хозяин приспосабливает их для своих целей, имея неограниченное превосходство в области экономики и в области тех же технологий над своими потенциальными противниками. То есть, как Вы утверждаете, виртуальные валюты всегда опираются на информационную инфраструктуру, которая полностью находится под контролем финансовых центров США. И это существенный недостаток, которому сейчас нечего противопоставить.

Мы с Вами согласны также и в том, что вопрос валюты — «второстепенный по отношению к военному и политическому вопросам». Это решающий пункт Вашего и моего рассуждения. Но Вы мне приписываете мысль, которой я не имею и никогда не имел — что это «военно-политическое превосходство противника преодолено и легко преодолимо». Я, напротив, думаю, что это превосходство — самое главное, даже единственное препятствие, которого сейчас преодолеть нельзя.

Действительно, преодолеть его было бы все равно, что разрушить создавшееся соотношение сил. Я не считаю это принципиально невозможным. Но существующая реальность вынуждает нас признать, что это превышает наши теперешние силы. Единственная возможность для этого — заключать союзы с другими мировыми «гигантами», которые разыгрывают мировую партию. Подчинённые классы на Западе ослаблены, раздроблены, обезоружены в идеологическом и военном смысле. В любом случае, задача, которая перед ними стоит, — это создать стратегию, способную изменить направление движения (начиная с движений элементарных, инстинктивных) широких народных масс. Для этого есть очевидное препятствие, которое кажется непреодолимым, — именно они, противники, определяют направление этих элементарных движений широких народных масс Запада. И в любом случае всё это требует долгого времени и стратегий, которые ещё следует создать.

Учитывая эти обстоятельства, Вы предполагаете, что уместное использование огромной валютной массы может «разрушить» эту власть. Но дьявол кроется в деталях. Кто может сегодня, в этих условиях, «уместно» использовать огромную массу валюты, если она будет создана? Кто способен на такое «оскорбление властей»? Вы предполагаете существование этого «кого-то», кто ещё не существует и кто ещё должен возникнуть. То есть Вы возвращаетесь к отправной точке, к тому, с чего следовало начинать, как будто эта отправная точка уже существует. А это всё равно, что запрягать телегу впереди лошади.

Ваше предложение создать «металлическую конвертируемую валюту», которое должно стать ответом на упадок евро как валюты, годной для практического обмена, и его полную трансформацию в электронную валюту. Но снова возникает вопрос: какая политическая сила сможет осуществить такое решение? Я такой силы не вижу. Предполагать, что это будет сделано, можно, только если будет пройден долгий путь — нужно «убедить» массы, что необходимо двигаться в этом направлении, в народе должно возникнуть соответствующее стремление — всего этого ещё не произошло, и сделать это будет очень трудно.

Значит, логичнее сосредоточиться на краткосрочных и среднесрочных целях, которые могут создать почву для социальных и политических союзов, для более широкого народного консенсуса. Я тоже согласен, что целей, основанных на экономической экспансии, хватает ненадолго по причине мирового ресурсного, экологического и валютного кризиса. Однако реалист не может ждать от нынешнего человеческого общества немедленного возрождения в ответ на эти обстоятельства. И именно это рассуждение о политических вопросах лежит в основе экономической программы «Народного списка» (политическое движение, один из основателей которого — Джульетто Кьеза и которое намерено участвовать в выборах в итальянский парламент 4-го марта — прим. пер.). «Политическое» рассуждение предшествует экономическому, потому что отвечает насущным требованиям — требованиям бороться с безработицей и создавать социальное государство. Оба эти требования могут быть удовлетворены, только если общество будет согласно двигаться в сторону постепенного, рассудительного, реалистического преодоления нынешнего американского финансового господства.

Ясно, что этот путь не будет прямым и не будет усыпан цветами. Очевидно, что власти сделают всё, чтобы у нас ничего не получилось. И мы знаем, что у них хватит средств и злости, чтобы привести свои замыслы в исполнение. Но, чтобы защитить себя, нужно искать народной поддержки, не отрываться от поддержки людей и не обманывать их надежд. Другими словами: мы не хотим кончить, как Ципрас.