Труд: ИВАНОВЫ, ПОМНЯЩИЕ РОДСТВО

Главная Жизнь 01:01 31 Августа 2000 211

ИВАНОВЫ, ПОМНЯЩИЕ РОДСТВО

ИСТОРИЯ С ГЕОГРАФИЕЙ
Словоохотливые мужики, разминавшиеся пивком возле сельского

Напечатать

ИСТОРИЯ С ГЕОГРАФИЕЙ
Словоохотливые мужики, разминавшиеся пивком возле сельского магазина, с готовностью согласились дать нам урок истории с географией:
- Почему, спрашиваете, наше село так называется: Станция Колония-Ивановка? Ну, Ивановка - это потому, что Иванов здесь полно. Один из нас вот тоже Иван. Станция - ясно: железная дорога тут проходит, поезда останавливаются. А Колония - потому что зэков здесь поблизости когда-то в лагере держали. Народ у нас разных кровей живет: и русские, и немцы, и латыши, и... Англичане, говорите? Нет, англичан у нас не бывало...
А вот и ошиблись дружелюбные наши собеседники. Наверное, никогда им не доводилось беседовать с юной своей землячкой девятиклассницей Оксаной Алексеевой и уж тем более слушать ее солидные доклады на школьной и районной ученых конференциях. Иначе открыла бы им Оксана глаза на историю малой родины. Она и сама узнанному удивляется.
Открытию способствовало задание учителя. Географ Людмила Алексеевна Ганцева предложила ребятам тему для классного часа: "Родословная. Реликвия моей семьи". Исполнительная Оксана стала дома с мамой, Ольгой Николаевной, советоваться, как подготовить ответ. "Да вот же, у нас книжка давно лежит, - нашлась мама. - Лет десять назад гостил у нас в Ивановке родственник пожилой из Ленинграда, дядя мой вроде по материнской линии, Александр Еремеевич Иванов. Беседовал, по улицам, окрестностям села ходил. Уехал, а потом, в 1993 году, книгу свою нам прислал".
Видно, очень хотел этот "внучатый" Оксанин дедушка всей своей родне - близкой и дальней - зажечь маячок в зыбком море истории. Чтоб не потонули в забывчивости. Чтобы помнили Иваны свое родство. Семейную летопись, явно самиздатовского изготовления, проиллюстрировал фотографиями, переплел в твердую красную обложку. Пусть о нем забудут, а вещь такую жалко будет выкинуть - и дождется она своего часа, попадет в руки любопытного потомка. И дождалась...
WHAT IS YOUR NAME?
- Мой прапрапрадед по материнской линии по происхождению был англичанин, - ошарашивает теперь четырнадцатилетняя Оксана при знакомстве сверстников-ивановцев. Они, конечно, не верят. И тогда она предъявляет доказательство - заветную книжку родственника.
Судьба Александра Дугласа начиналась вполне в духе сентиментальных диккенсовских романов. Родился и вырос, как гласит семейное предание, в довольно знатной и богатой английской семье. Но после смерти матери отец женился на злой и жестокой женщине, и ненависть к мачехе заставила Александра покинуть Англию. Уехал в Латвию. В Риге поступил на юрфак университета, женился на Луизе Мартенс, одной из тех мюнхенских барышень-кружевниц, что во времена Екатерины II переселились в Россию.
А дальше судьба англичанина сложилась уже вполне по-русски. Политика привела студента в ряды революционеров-народников. В начале 1870-х годов сослали его с семьей в Сибирь на вечное поселение. И зажили Дугласы... опять-таки в Риге. Только уже в нашей - омской. В деревне на реке Омь, на территории нынешнего Калачинского района. В березовой роще построил Дуглас школу, перед нею - дом-пятистенку. Семеро детей говорили все больше по-немецки - по желанию жены. Так потихоньку уходил из рода английский.
А что осталось? Фамильное древо раскинуло ветви. Дочь Ида вышла замуж за латыша Якова Рекстина. Крестьянствовали, растили детей. Отдали потомки Дугласов дань войне, косили их сталинские репрессии. Нет ни того дома, ни школы в деревне Рига, да и ее самой, по сути, нет. Осталась веточка. Смешалась многонациональная кровь. Получилась русская девочка Оксана, по английскому в школе получающая твердые четверки.
ГОРЯЧИЕ ФИНСКИЕ ПРЕДКИ
- Людмила Алексеевна, это что ж выходит: я к основателю нашей Ивановки имею близкое отношение? - поделилась открытием с учителем Оксана. Если дедушка-летописец Иванов ей родственник - почему же нет?
Другой их общий предок по материнской линии был бунтарем. Вместе с другими "ослушниками" - крестьянами, бунтовавшими против притеснявшего их помещика-барона, он был выслан из Санкт-Петербургской губернии в Сибирь. "В страх другим и в наказание". А помещику царь Александр I повелел за сосланных, за "каждую мужского пола душу возвратить по сто рублей из Казначейства".
Непокорный предок был, видимо, хорошим человеком. Потому как сибиряки признали его своим. Когда все его имущество пропало при пожаре, приютили в одной русской деревне, дали избу и даже назвали по-родному. Так стал финн Юхо Саари омичом Иваном Ивановичем Ивановым.
Осел вначале с женой на берегу Оми в деревне с ностальгическим названием Гельсингфорс. А когда семья разрослась, в 12 верстах от нее, в свободной ковыльной степи, поставил заимку, где начали строиться его дети.
Так родилось селение Ивановка. Было это в конце XIX века, когда точно - неизвестно. Зато ведомо, что ровно 100 лет назад Транссибирская магистраль вошла в жизнь Ивановки, и получило село свое второе имя: станция Колония. Колония - потому что здесь собрались переселенцы из разных углов России. Финны, латыши, немцы, эстонцы, русские перемешались, объединились на этих калачинских землях. Рига, Гельсингфорс, Ивановка - все рядом, все по соседству. Как не переплестись родам Ивановых и Дугласов? Был, кстати, в прежние времена такой любезный обычай: молодежь из разных деревень ездила по воскресным дням друг к другу на вечерки - танцевали под гармошку, хороводились. Парни-хозяева спрашивали гостей, какая девушка им понравилась, знакомили, и гости после вечерки провожали избранниц домой.
Род Ивановых тоже отдал человеческую дань бесчисленным российским бедам - войнам, режимам. Как пишет в своем докладе школьница Оксана Алексеева, "несколько поколений перестрадало и переволокло на себе по рытвинам и ухабам своей жизни тяжелый повседневный, но честный труд". А ради чего?
У КОЛОНИИ - ОДНА ДОРОГА
Родители Оксаны и ее 9-летнего брата Сергея тоже волокут на себе повседневный нелегкий труд. Добытчик в семье один - отец, железнодорожник. Но его зарплаты на прожитье не хватает, немудрено, что денег на путевку Оксане в лагерь для одаренных детей собрать не смогли. Дома своего нет, живут в свекрином. Мама огород возделывает, телку обихаживает - без подворья не прокормиться. Наверное, поэтому не было у нее особого интереса беседовать с приезжими журналистами: свекор с мужем на сенокос торопили.
Современная Ивановка - село большое, около 5 тысяч жителей. Но невеселое. Из всех производств жива одна железная дорога. Кто здесь работает, тот более или менее сыт. А еще - бабушки-пенсионерки, в сельском магазине считающиеся самыми платежеспособными покупателями. Застыл мертвой громадой над Ивановкой элеватор, от упраздненного ремзавода остались, пожалуй, одни ворота. В бывшей железнодорожной школе жизнь так и не возродилась. Хотели здесь детдом открыть, да средств не нашли, хотя это грустное заведение Ивановке надобно. Дети часто болтаются без родительского призора: пьют и отцы, и матери.
Нравы здесь нынче отличаются хмельной удалью да криминальной дурью. Когда в клубе снимают замок по случаю дискотеки, былых чинных знакомств тут не увидишь. Подвыпившая молодежь все больше выясняет отношения с применением кулаков. Омск для ивановцев - столица далекая, хотя до нее всего-то 150 км. Но билет на электричку стоит 29 рублей, а до новосибирского Татарска - всего 2. Новостями из соседней области в основном и живут ивановцы: ни один омский телеканал до них не доходит.
Если чем и знаменита по-хорошему сегодня Ивановка, так это школой. Ежегодно выпускает из своих стен медалистов, на опытном участке ребята проводят удивительные биологические опыты, блещут познаниями на научных конференциях. К счастью, учителям еще хватает сил учить детей добру. Девятиклассница Оксана Алексеева пока только в начале пути. Открыла книгу мудрого родственника, аккуратно вычертила генеалогическое древо. Но, может, когда подрастет, ей захочется самой что-то сделать для возрождения Ивановки.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 14187

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...