— Вера Витальевна, как вы думаете, уже наступило время женщин?

— Мне кажется, всегда будет время мужчин. Все-таки политика — дело мужское, а наша страна, да и не только наша — весь мир очень политизирован. Поэтому все в этом мире делается мужчинами: и позитивные какие-то вещи, и негативные. Что мы видим сейчас на примере Европы и особенно мусульманских стран. Все-таки желание перемен, каких-то пертурбаций — это чисто мужское. Война вообще мужское дело, а любые перемены — это маленькая война. Поэтому женщина всегда будет оставаться несколько в тени.

Самое страшное наказание

— Понятно, что нет правил без исключений — есть женщины, которые активно участвуют в большой политике, считают своим долгом высказываться, быть в курсе всего. И все-таки, мне кажется, женщина больше связана с семьей. Ну и с творчеством, конечно.

— Однако если вспомнить советские годы, то женщина вообще считалась чуть ли не человеком второго сорта. А сейчас некоторые сомневаются, кого назначать сильным полом, — столько уверенных в себе женщин появилось.

— А мне кажется, по большому счету ничего особенно не меняется.

— И проблемы женские все те же?

— Нет, что касается быта, конечно, многое изменилось. Мы ведь в свое время даже не представляли, что есть такие замечательные помощники по хозяйству, многие вещи для наших женщин стали настоящим открытием.

— Раньше женщина сама была как кухонный комбайн.

— Ну, конечно. А какая радость теперь посудомоечная машина! Для меня, например, самое страшное наказание — мыть посуду.

— Что из того времени вспоминаете как самое настоящее унижение женского достоинства?

— Помню, в середине 1980-х я снималась: у меня уже было двое детей, их надо было элементарно чем-то кормить. А время такое, что в магазинах вообще шаром покати. Возможности стоять в очередях не было, ну и приходилось с кем-то договариваться. Помню, приезжала за какой-то курицей, чтобы бульон из нее сварить... Да ужас просто! Это унижение, считаю, не женского достоинства, а вообще человеческой сущности. Потому что мне было безумно неловко — любой человек мог сказать: ты чего это без очереди лезешь? Вот это я очень хорошо запомнила — как мне было стыдно, что я иду, а все стоят…

Или вечная наша ситуация с билетами. Это сейчас все можно заказать по интернету, а тогда нужно было приезжать, заглядывать в окошко, улыбаться: «Здравствуйте, пожалуйста, помогите, вот я артистка, мне надо уехать в Ленинград на съемки...» Унижение!

— Вы тогда были мамой двух дочек, впоследствии появилась и третья. Никогда не было сомнений, рожать или не рожать?

— Нет, я считаю, что мне очень повезло с тем, что у нас все-таки была полноценная семья. И Родион (Нахапетов. — «Труд-7») хотел второго ребенка. То есть даже мыслей не было на этот счет: оба были уверены в том, что дети — это счастье. А когда второй раз вышла замуж, — муж, конечно же, захотел ребенка, и это понятно. Да, были две старшие девочки, и они ему как родные, но все равно хотелось своего. И тоже никому в голову не приходило в чем-то сомневаться.

Выйти замуж за режиссера

— Проблема одиноких матерей всегда была и будет. Успели таковой побыть?

— Практически нет... Потом, вы знаете, тут еще многое зависит от того, как расстаются мужчина и женщина. Если ты понимаешь, что у дочерей есть отец, все равно одинокой себя не чувствуешь. И это как раз мой случай. Такого прямо уж одиночества и страха за будущее детей все-таки не было, слава богу.

— Кстати, быть может, своей актерской карьерой не боялись рисковать еще и потому, что муж — режиссер?

— Да нет же, опять повторюсь, не было у меня такого: только съемки, только театр, только работа. Я не сумасшедшая актриса, и мои весы жизненные не шатаются, для меня всегда прежде всего была семья, а потом уже все остальное. А то, что муж — режиссер, — так он не выбирал истории под меня, он актрису Глаголеву приглашал в свои истории. И то только на те роли, на которые я подходила.

— Это вообще мечта советских актрис — выйти замуж... не за капитана, а за режиссера. Чувствовали зависть женщин-коллег?

— Тогда вообще как-то по-другому все было в жизни устроено. Во всяком случае мне так казалось. Может быть, по наивности, но я не то что не понимала — просто не акцентировала на этом своего внимания. Если Родион снимал картину и в ней не было для меня роли, совершенно спокойно к этому относилась, потому что знала: именно это я не сыграю, этот возраст или этот характер…

— Да о вас тут речи нет — вы же реальный земной человек. Но другие актрисы могли смотреть и косо: ну, конечно, мол, свою тащит.

— Вот это — «смотреть косо», — наверное, было. Но, опять же, если бы из фильма в фильм я играла главные роли — и у нас есть такие примеры — и проваливала бы эти роли и все бы говорили: понятно, взял, а она не тянет… Поэтому не думаю, что вот так про меня актрисы говорили. А может, и говорили. Не так уж и важно на самом деле. У меня один девиз: на всех не угодишь.

— Но о такой участи все говорили: и Белохвостикова, и Касаткина...

— Вот вы сами назвали эти пары — я не говорила. Но, во-первых, это очень талантливые актрисы.

— Может, мы бы и не узнали, насколько они талантливы, если бы не их мужья.

— Ну, безусловно. Но мужья дали возможность нам узнать их. Другое дело, что практически всегда актрисы снимались у своих мужей в главных ролях, вокруг них крутился сюжет, они являлись главными героинями. У меня такого не было, ни одной такой картины. Если возьмете «Не стреляйте в белых лебедей» — там в главной роли Нина Русланова, а я играла учительницу. Причем у Бориса Васильева в романе мне этот персонаж дико не нравился. Когда Родион предложил мне эту роль, я говорила: да нет, это не мое, я не буду это играть. То есть еще и сопротивлялась. И в других фильмах Нахапетова у меня небольшие роли. А, скажем, в фильме «Выйти замуж за капитана» режиссера Мельникова — главная.

Мужчины играют свою роль

— Не только в кино, конечно, но женщины часто решают свои проблемы, извините, через постель.

— Наверное, да. Потому что смотришь на какую-то успешную женщину: У нее, допустим, своя фирма, все замечательно, она такая успешная. А потом оказывается, что у нее муж ли, друг ли… Вот почему-то обязательно находится какое-то плечо, которое все равно поддерживает. Честно говоря, я не очень много знаю примеров, когда женщина добилась успеха сама — ей нужен какой-то толчок, какая-то опора, которая позволит сделать первый шаг. То есть мне кажется, что все равно в судьбе многих женщин, которые крепко стоят на ногах, сыграли свою роль мужчины. Мне почему-то так кажется.

— Ну, а если все-таки про кино? Получение ролей с помощью женских чар было распространенным явлением?

— Вы знаете, я, слава богу, с этим вообще не сталкивалась. Да, об этом говорят, пишут, некоторые пожилые актрисы объясняют, что мало снимались именно из-за того, что в свое время не пошли на сделку с совестью… Мне тут, честно говоря, добавить нечего. Я, наверное, просто не знаю. Меня Бог миловал.

— Если вас послушать, женщины сплошь слабые существа. Но сейчас вспомнил еще один ваш фильм — «Женщин обижать не рекомендуется». Там слабая женщина по воле обстоятельств становится сильной.

— Да она слабой-то особо не была. Все-таки, пусть банально скажу, среди учителей, врачей слабых не бывает. Управлять 30 десятиклассниками и даже пятиклассниками, управлять этими неуправляемыми людьми — большой труд, и он обязывает тебя быть сильным, ты не должен показать свою слабость. И что мне нравится в той моей героине — у нее в характере эта сила уже была заложена, то есть я понимала, что играю именно сильную женщину, которая в какой-то момент может себе позволить быть слабой, но только при сильном мужчине.

— Можете привести пример по-настоящему сильной женщины?

— У меня была родная тетя (к сожалению, ее не стало не так давно, она дожила до 92 лет), сестра моего отца. Вот это характер! Очень властная была, это читалось даже в ее облике. Кто приходил к тете Гале в гости, тут же попадал под ее опеку. То есть человек сразу тобой начинал руководить. Всех строила (и отца моего), и все беспрекословно ее слушались.

— А вам хотелось быть на нее похожей?

— Да нет, не думаю, что я могла быть такой, я совсем другая.

— Но вы считаете себя сильной женщиной?

— Вы знаете, что касается работы... Особенно если это связано с режиссурой, с тем, что нужно организовать людей, то, наверное, да. Если получается. Потому что если что-то не выходит, если что-то идет не так и ты не можешь найти правильное решение или тебя кто-то подвел и все рухнуло — я могу быть разбитой и раздавленной. Могу быть. А сильный человек себе этого не позволяет.

Большой мир кино

— Режиссер — вообще-то мужская профессия. Женщины-режиссеры, конечно, есть, но это женщины особого склада. И вас представить таковой сложно, уж слишком вы женственная.

— Да? Это комплимент. Спасибо. Вы знаете, на съемочной площадке я бываю жесткой, бываю нетерпимой, могу металла в голос подпустить, и очень даже часто. Не люблю, когда меня не понимают. Если начинаю объяснять и опять не понимают — меня это сильно раздражает, я бываю несдержанной. Правда, потом очень корю себя за это и могу попросить прощения.

— А этот мужской режиссерский мир, он принял вас в качестве равной?

— Нет. И не потому, что мужской он или не мужской, просто мне кажется, что не очень меня там жалуют. Актерская братия фильм «Одна война» оценила. Встречаешь людей, очень симпатичных и небезразличных, — и то, что они говорят про картину, меня очень греет. А из режиссеров, наверное, мало кто ее видел. Режиссеры почему-то не любят смотреть друг друга. Раньше каждая премьера в Доме кино становилась событием, ее обсуждали — в киносообществе в первую очередь.

— Но разве можно сказать, что сообщество вас не оценило? С картиной проехались не по одному десятку фестивалей, взяли не один десяток наград. Значит, все-таки признали?

— Ну вот не признали и признали одновременно. Нет, правда, это так. Скажем, что касается «Ники» и «Орла», мы даже не были в номинации. Притом что у нас больше 30 наград и очень много Гран-при фестивальных. Помню, перед «Никой» собирались академики. Встречаю довольно известного человека, режиссера, и он меня спрашивает: «Ну что, чего-нибудь делаешь?» Я так немножко опешила: «Да вот картину сняла». А мы уже год везде с ней ездим: Монте-Карло, Каир: такие серьезные фестивали. И вдруг: «Ну, чего-нибудь снимаешь?»

— Но вы будете пробивать эту стену лбом?

— Да, конечно, я с удовольствием занимаюсь режиссурой. Но не для того, чтобы кому-то что-то доказать и чтобы меня приняли в это общество, — нет, конечно. Просто режиссура меня очень увлекает, и я хочу этим заниматься. Мне интересно собирать команду, которая со мной заодно, которая меня понимает. Оператор, художник-постановщик, композитор — это уже люди, которым я доверяю, мы делаем одно дело, для меня очень важное.

— «Одна война» вышла в 2009-м. Три года прошло — что дальше?

— Да, большой срок. И хочется работать. Если бы был сценарий такого уровня, как «Одна война», я бы более активно начала этим заниматься. Но мы немножко зависли с картиной «Месяц в деревне» по Тургеневу. Год назад уже настроились снимать, но на свою голову пригласили Ральфа Файнса, он согласился, так что теперь подстраиваемся под его сроки. Можно сказать, к сожалению, а можно — и к счастью.

— Но это история, которая обязательно осуществится?

— Ой, боюсь сглазить. Вы знаете, многие говорят: зачем сейчас классика? И если ее не пересказывают на новый лад, то она вроде как никому и не нужна. А мы хотим снять именно классическую историю, как она была написана Тургеневым. Вы знаете, я смотрела фильм «Артист», и меня это просто поразило. Картина идет на «Оскар», 10 номинаций, а в зале от силы 20 человек. Об этом я и говорю.

Хорошая мама

— И все-таки это не должно вас сильно огорчать — сами же сказали, что семья прежде всего, остальное потом. Похвалитесь лучше, какая вы мама.

— Мама я хорошая. (Смеется.) Но, опять же, дети такие, что они сами уже мамы. И тут история повторяется абсолютно. Как моя мама мне что-то говорила и мне казалось, что это совсем не так и надо делать по-своему все, так происходит и с моими дочерьми. Мудрость — она же с годами приходит, и ты понимаешь, что родители желают тебе только добра. Но мне все-таки кажется, я хорошая мама, потому что у нас дружеские отношения, каких-то больших конфликтов даже не припомню.

— А то, что дочки выросли, это вздох облегчения или разочарования?

— А пока нет ни того ни другого — у нас плавно так все проходит. Насте, младшей, сейчас 18, и она только-только выросла. А с другой стороны, есть пятилетняя внучка Полина, четырехлетний внук Кирилл, и уже как-то на них переключаешься, То есть не было такого, чтобы р-раз — дети выросли — и пустота.

— «Дети выросли» — для многих женщин это означает начало второй молодости. Наступает момент, когда наконец можно посвящать все время себе, любимой.

— А я и так посвящаю. (Смеется.) Меня всегда на все хватало: и работать, и собой заниматься, и детьми. Как-то все было органично у нас в семье. С двумя старшими мне очень помогала моя мама, я имела возможность ездить на съемки, ходить в театры. Как-то все было очень легко — благодаря моей маме. Боюсь, про меня так дочки сказать не могут, я не такая бабушка. Но сейчас у маленьких есть няни, все уже проще, конечно.

— Так какой же возраст для вас был или есть самый счастливый?

— Мой любимый возраст — это все-таки 25–35. Очень много было работы, какое-то удовлетворение творческое. Все казалось впереди.

— А сейчас?

— А сейчас все совсем другое. Чем старше ты становишься, тем больше понимаешь, мудрость какая-то приходит, понимание жизни. К сожалению, пожилые люди — не себя, конечно, имею в виду — все больше живут воспоминаниями, а будущего у них как-то… почти нет. Я, может, обижаю сейчас людей пожилых, но такое глобальное одиночество вокруг. И когда сталкиваюсь с людьми в возрасте, как-то грустно становится, что так устроен наш мир. Вот что самое страшное в старости — одиночество.

— Но вы-то тут при чем? Состоявшаяся, успешная, красивая, самостоятельная женщина. Неужели чувствуете, что все самое хорошее уже позади?

— Мне мой возраст тоже не слишком нравится: Да нет, все хорошо, все просто замечательно. Куча творческих планов, есть чудесная семья, замечательные дети, которые очень нежно ко мне относятся, любящий муж. Так что все у нас хо-ро-шо!

Наше досье

Вера Глаголева родилась в Москве в 1956 году. Впервые снялась в кино сразу после школы и в дальнейшем так и не получила актерского образования. На своей дебютной картине встретила первого мужа — им стал режиссер Родион Нахапетов. Сыграла в фильмах «Не стреляйте в белых лебедей», «Торпедоносцы», «Выйти замуж за капитана», «Женщин обижать не рекомендуется», «Обручальное кольцо», «Сайд-степ», «Женщина желает знать», «Остров без любви» и многих других.

Как режиссер поставила четыре картины, в том числе фильм «Одна война», который получил массу наград на различных фестивалях.

Замужем, имеет трех дочерей и двух внуков.

Есть несколько явлений и персон, которые подлежат всеобщему презрению. Это враждебные интернет-ресурсы, коучи, морочащие людям головы и зарабатывающие на этом миллионы. Ну и дамочки, ради красивой жизни умотавшие за границу....

Фильм «Ангелы Ладоги» 16 апреля открывал Московский международный кинофестиваль. А 23 апреля, в день закрытия ММКФ, вышел большим тиражом во всех кинотеатрах страны. Можно предположить, что новая картина...

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...

7 мая на экраны выходит фильм «Отец» из конкурсной программы недавно завершившегося Московского международного кинофестиваля. Наград от профессионального жюри фильм не снискал, но получил приз зрительских...

Удивительным выдался очередной день рождения Ольги Берггольц, чей голос стал символом непокоренного Ленинграда. К ее могиле на Литераторских мостках от властей возложил цветы глава комитета по культуре Санкт-Петербурга...

С 30 апреля по 11 мая российские кинотеатры в очередной раз отказались от показа голливудских фильмов. Ставка была сделана на отечественное кино, тем более что к майским праздникам были приурочены премьеры...

К очередному дню рождения Петербурга, который отмечался 27 мая, Смольный сделал себе подарок: в Заксобрание внесен губернаторский законопроект о праве комитета по госконтролю и охране памятников (КГИОП) отклонять...

Заслуженная артистка России Наталья Миронова, известная отечественным зрителям по ролям в целом ряде знаковых проектов – «Реальные пацаны», «Дальнобойщики», «Лифт уходит по расписанию», «Батя...

За свою долгую 80-летнюю жизнь он снял всего 10 фильмов, включая документальные ленты. Но вклад в наше кино народного артиста СССР Григория Чухрая поистине огромен. Неслучайно знаменитый польский режиссер Кшиштоф Занусси...

Актриса, певица, фотомодель и секс-символ 1950-х, она прожила всего 36 лет. Мэрилин ушла в расцвете женской красоты, оставшись на экране и в сердцах поклонников вечно молодой. Со времени ее преждевременной...

Про женщин, останавливающих коней на скаку и заходящих в горящие избы, слышали, знаем. И челночниц, таскавших огромные баулы с барахлом, спасавших в 90-е детей и мужей от нужды и голодухи, видели,...

Любимыми военными фильмами россиян являются картина «В бой идут одни старики», поставленная в 1974 году советским актером и режиссером Леонидом Быковым, и двухсерийная драма «А зори здесь тихие», созданная двумя годами...

Валерию Баринову 80 лет, и он народный артист не только по званию, но и по сути. В любом уголке страны Баринов узнаваем и любим. С ним фотографируются зрители всех возрастов. В последние...

12 мая на Лазурном Берегу открывается 79-й Каннский кинофестиваль. Следить за его событиями в этом году будет особенно интересно: в основную конкурсную программу вошел фильм Андрея Звягинцева «Минотавр»,...

Министерство юстиции РФ 24 апреля опубликовало традиционные пятничные обновления в реестр иностранных агентов. В этот раз, как отмечает агентство «Интерфакс», в перечень попали трое российских граждан, два проекта и две компании. В...

Среди полутора сотен произведений конца XVIII — начала XX века, собранных на выставке «Хрупкое искусство. Пастель» в анфиладе графики в Лаврушинском, немало хрестоматийных. И все же увидеть...