В истории вокруг премии и фестиваля «Золотая маска» явлена новая глава. Единственный учредитель общенациональной театральной премии и фестиваля — Союз театральных деятелей России — объявил у себя на сайте, что вышел из состава участников АНО «Премия и фестиваль «Золотая маска» (руководитель М. Е. Ревякина) и приступил к созданию новой исполнительной дирекции Премии и Фестиваля «Золотая маска» под руководством В. В. Мишарина, «который хорошо известен в театральном сообществе». Вы что-нибудь поняли? Зачем понадобились эти странные маневры?
Отвечу. Все дело в той политике, которую проводила «Золотая маска» Марии Ревякиной и, на минуточку, президента премии Игоря Костолевского, которого СТД «забыл» упомянуть. Фестиваль стремился к максимально широкому представлению российского театрального искусства в географическом, тематическом и жанровом отношении. Здесь с равным вниманием относились к спектаклям больших столичных академических театров — и к постановкам трупп из таежных поселков. Ценили верность традициям — и смелость эксперимента. А судьбу фестивальных работ решало главное: талант и профессионализм их создателей.
Для чего в жюри и экспертные советы приглашались ведущие театральные деятели страны, опытные критики. Причем состав этих структур лишь отчасти определялся самим СТД — в них направляли своих представителей и другие объединения. И на решения названных органов не влиял никто извне — могу подтвердить это на собственном опыте работы в экспертном совете по музыкальному театру. Но, видимо, такое демократическое устройство главной театральной премии в нашем государстве все больше расходится с принципом «вертикали власти».
Из официального сообщения СТД известно, что готовится новое положение о «Золотой маске», оно будет вынесено на заседание театрального Союза 30 октября. Чуть больше сказал его глава Александр Калягин агентству ТАСС: «Мы хотим привести в надлежащее состояние конкурсную программу, потому что сейчас, мне кажется, она слишком увеличена — на каждый вздох обязательно надо вручать «Маску». Это неправильно».
А по сообщениям газеты «Коммерсантъ», из номинаций хотят убрать категории «Спектакль малой формы», «Современный танец», «Эксперимент». Значит, былого разнообразия, без которого невозможна реальная картина живого искусства, на фестивале уже не будет. Да, собственно, одного только «минус малая форма» хватило бы, чтоб выключить из смотра большинство театров страны, у которых только и хватает ресурсов, что на камерные постановки.
А чтобы сделать фестивальный и конкурсный отбор административно управляемым, СТД, утверждают источники, впредь намерен формировать жюри и экспертные советы исключительно внут-ри себя, не подпуская к этому делу ассоциации театральных и музыкальных критиков. Глава СТД Александр Калягин оптимистично утверждает: «Давить на «Золотую маску» в новых условиях никто не будет». Но тут же добавляет: работа по театральной премии будет вестись совместно с Министерством культуры. На мой взгляд, два взаимоисключающих утверждения...
На фоне грядущих перемен организационные подробности вроде замены АНО на дирекцию — вещь вроде бы второстепенная. Хотя и оставляющая массу вопросов. Так, у нынешнего АНО запланирована большая работа по показу спектаклей — лауреатов «Золотой маски — 2023» в регионах. Афиша расписана до декабря. Заключены договоры, выделены средства. Что теперь будет — позволят ли команде Ревякиной доделать намеченное? Или перепоручат пока не существующей дирекции? Или допустят существование двух параллельных «Золотых масок»? Колесили же не так давно по просторам страны разные группы под названием «Ласковый май»...
Или зайдем с другой стороны. Создателей спектакля «Финист Ясный Сокол», разоблачающего вербовку русских женщин в жены международным террористам, драматурга Светлану Петрийчук и режиссера Евгению Беркович «Золотая маска» в 2022 году наградила, а государство обвинило в защите терроризма и посадило в СИЗО. Кто-тут прав? По поводу такого «конфликта интересов» неплохо было бы высказаться главе СТД, но об этом он ни слова. Собственно, это многое объясняет.
