Британский режиссер Дэвид Слэйд, снявший третью часть «Сумерек», имел дело и с кровососами, и с коварством юных дев. Его «30 дней ночи» рассказывали о вампирах, орудующих в темном городе, а «Леденец», отмеченный на фестивале «Санденс», выворачивал наизнанку ситуацию «девушка-подросток идет в квартиру взрослого мужика».

Так что Слэйд разбирается в страшном и сковывать себя какими-то рамками не стремится. Вампирские головы, например, в «Затмении» отрываются направо и налево: временно объединившаяся с вервольфами семья Калленов успешно бьется с новообращенными вампирами, перекусавшими весь Сиэтл.

Новообращенные хотят получить Беллу (Кристен Стюарт) — впрочем, Беллу опять хотят получить все. Это рыжеволосая вампирша Виктория (Брайс Даллас Ховард, уже в пятый раз подбирающая роль после отказа предыдущей актрисы), это волчок-оборотень Джейкоб (Тэйлор Лотнер), который возмужал и демонстрирует накачанное тело, и, само собой, это Эдвард (Роберт Паттинсон), который смотрится не так импозантно, как в предыдущих картинах.

Эдвард наотрез отказывается вступить с Беллой в интимные отношения, пространно рассуждая о том, как прекрасно он ухаживал бы за ней в стародавние времена, в отличие от Джейкоба, который вступил бы хоть сейчас, но ему не предлагают.

Белла получает от всего этого невероятное удовольствие: носит на обоих запястьях подаренные юношами браслетики и, притворяясь спящей, подслушивает их суровый мужской разговор: «Если она выберет тебя, я соглашусь!»

Слэйд хорошо понимает, для кого он делает свое кино, поэтому основная энергия фильма заключена именно в любовном треугольнике; к тому же фанаты уже давно знают, что в четвертой части секс между героями случится, и воспринимают третью как мучительно-сладкую прелюдию.

Батальные сцены режиссер показывает сдержанно, как бы намекая, что главные в «Затмении» не они, но в юморе себя ограничивает не особенно. Иронические словесные укусы, которыми обмениваются Эдвард с Джейкобом, чудная флоридская мама, прерывающая беседу о предстоящей свадьбе дочери словами «ну, не будем о грустном», неловкая беседа Беллы с папой о том, как долго надо хранить невинность — все эти снижающие пафос фильма сцены говорят о том, что «Сумерки» наконец-то находятся в сильных руках мужчины, сумевшего не только покорить Стефани Майер, но и взбодрить кисейную сценаристку Мелиссу Розенберг.

Один из первых романов Федора Достоевского «Игрок», как известно, вполне автобиографичен. Великий писатель и сам страдал зависимостью от азартной игры: неоднократно посещая казино, в том числе и за границей,...