Скандал вокруг возможного милицейского мародерства на месте катастрофы самолета польского президента под Смоленском стал новым звеном в цепи многочисленных фактов воровства в ходе расследований трагедий в России.
Эксперты утверждают, что мародерство среди милиционеров в России — обыденное явление. «Сбор так называемых „боевых трофеев“ на местах терактов, пожаров, мест происшествий сотрудниками низовых подразделений милиции — широко распространенная и уже устоявшаяся практика», — рассказал «Труду» юрист правозащитной организации «Агора» Павел Чиков.
Как объяснил «Труду» источник в правоохранительных органах столицы, чаще всего такие кражи происходят именно на местах крупных ЧП, где скапливаются представители сразу нескольких ведомств — МЧС, ФСБ, следствия, милиции. «Так почти невозможно проследить передвижения отдельных сотрудников, и кража остается незамеченной», — пояснил источник.
При этом некоторые случаи воровства на местах ЧП все же доходят до суда. Так, 29 декабря 2008 года суд в Перми приговорил к 1,5 года колонии за кражу 26летнего сотрудника ОВД Дзержинского района Перми Константина Плешивых. Как выяснил суд, при осмотре места катастрофы самолета в Перми, произошедшей 14 сентября того же года и унесшей жизни 88 человек, милиционер снял с погибших и достал из их карманов ювелирные украшения и деньги на сумму более 100 тысяч рублей.
Своих не сдают
Между тем, по словам экспертов, приговоры по таким делам выносятся крайне редко. «Доказать причастность милиционера к мародерству очень сложно, — заявил „Труду“ адвокат Евгений Черноусов. — Ведь на оцепленной территории, где, к примеру, работает следственная группа, нет гражданских, а значит, фактически нет и свидетелей.
Ведь
Виновных не найти
Как утверждает председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов, информация о расследовании дел о таких кражах, как правило, тщательно скрывается, чтобы сохранить «честь мундира». Еще чаще, по его словам, уголовные дела о мародерстве либо закрываются, едва появившись, либо не возбуждаются вовсе. По утверждению очевидцев, случаи мародерства имели место во время расследования страшного пожара в общежитии РУДН в ноябре 2003 года, унесшего жизни 44 человек. У многих студентов тогда пропали компьютеры, техника, ценные вещи.
Было возбуждено несколько уголовных дел по статье УК РФ «Кража», но позже следствие остановилось. По окончании расследования большого пожара в здании газеты «Комсомольская правда» на улице Правды в Москве, произошедшего 13 февраля 2006 года, сотрудники редакции недосчитались большого количества дорогой электронной техники и мобильных телефонов, оставленных сотрудниками в спешке на рабочих столах. Виновные найдены не были.
Скандалом сопровождалось и расследование теракта в Театральном центре на Дубровке в октябре 2002 года. Пропали десятки ценных вещей и наличных денег на сумму более миллиона рублей, принадлежавших заложникам. В октябре 2008 года СКП при прокуратуре РФ возбудил уголовное дело по факту мародерства в отношении следователя ФСБ Лиляхина, которое почти сразу было закрыто, так как фигурант погиб в аварии. «Тогда нашли виновного, который уже умер, и больше никого, — заявил „Труду“ адвокат потерпевших от теракта Игорь Трунов. —
Польша против смоленских омоновцев
Вчера МВД РФ опровергло информацию о том, что три сотрудника ОМОНа были задержаны по подозрению в хищении денег со счета члена польской делегации, погибшего в катастрофе самолета президента этой страны 10 апреля 2010 года под Смоленском.
Накануне польские СМИ со ссылкой на
Бойцы якобы подозреваются в том, что сняли 1700 долларов с кредитной карты генерального секретаря польского Совета по охране памяти борьбы и мученичества Анджея Пшевозника. Об исчезновении денег со счета в дни после трагедии сообщила вдова Пшевозника Иоланта. В МВД РФ назвали выдвинутые в адрес омоновцев обвинения «кощунственными и циничными».
