Труд: СЛУЖБА СПАСЕНИЯ УТОПАЮЩИХ В НЕФТИ

Главная Жизнь 01:01 11 Апреля 2000 188

СЛУЖБА СПАСЕНИЯ УТОПАЮЩИХ В НЕФТИ

Богатства России настолько уже "приросли Сибирью" (и съежились в прочих местах), что чуть ли не вся страна живет за счет сибирских нефти и газа. Хорошо ли, плохо ли - вопрос другой. Прочие производства, надо думать, поднимутся, модернизируются, смогут про

Кривошеева Мария

Напечатать

Пока же главным образом хорошо идут в мире российские нефть и газ. Правда, мы их не руками сделали, зато добыли. Не "империалисты" превратили нашу страну в сырьевой придаток, а мы сами. Это результат нашего собственного неумения хорошо работать и грамотно руководить. Плюс, конечно, наличие того самого сырья. Из всего вышесказанного следует сделать один грустный, но неизбежный вывод: нефтегазодобычу мы должны холить и лелеять еще не один десяток лет - пока не оклемается остальная экономика. Впрочем, и потом вряд ли ее стоит бросать.
Нефть и газ добывают люди. А они должны есть, спать, смотреть телевизор, иногда болеть, выходить на пенсию... Короче, заниматься множеством разных дел, для добычи совершенно не нужных. Вот если бы все сплошь автоматизировать! Но роботы-нефтяники - дело весьма отдаленного будущего.
ЛЮДИ ДЛЯ ПРОИЗВОДСТВА ИЛИ ПРОИЗВОДСТВО ДЛЯ ЛЮДЕЙ?
Первой позиции придерживаются, как известно, классические, "марксовские" капиталисты. Впрочем, на том же стояла и советская власть, отодвигая реализацию второго принципа на потом. Нынешняя власть предпочитает не высказываться по этому вопросу. Очевидно, просто нечего сказать. Люди же продолжают жить сейчас и хотят своего куска пирога уже на этом свете.
В 70-х годах, например, когда закладывались основные нефтепромыслы на Самотлоре, распространены были настроения романтического самопожертвования, которые, правда, сочетались с определенными расчетами: вот поедем, повкалываем, построим, добудем, заработаем, а уж потом... Планы на "потом" были у многих не совсем ясными. И судьбы людей сложились по-разному. Но большинство первопроходцев так и "застряли" на промыслах, несмотря на тяготы: бесконечные зимы, перепады температур, недостаток кислорода, необустроенность. Работу - престижную, денежную - бросать было жалко. Да и как-то обвыклись. Теперь, похоже, остаются навсегда.
Во-первых, привычка к обретенной "малой родине". Здесь все сделано своими руками, здесь друзья, дети выросли. Если и были планы, заработав, уехать "на материк", то они постепенно меняются. Во-вторых, ехать теперь, собственно, не на что: сбережения сгорели, нынешних заработков хватает на жизнь, но не на переезд. Да и, в-третьих, непонятно, ради чего двигаться. Многие, съездив "домой" к родственникам, обнаруживают, что там жить еще тяжелее. Некоторые даже, наоборот, забирают к себе в Сибирь престарелых родителей. Во всяком случае, здесь для "кормильца" всегда найдутся работа и заработок.
Как известно, все начиналось у нас с принципа "люди для производства". Но чтобы нефтяники смогли продержать страну "на плаву", они должны жить по-человечески: бесконечно жертвовать собой невозможно. Не только работа должна приносить деньги, но и жизнь должна иметь смысл, приносить радость, открывать перспективу достойного будущего. Денег здесь "добывают" достаточно для того, чтобы организовать жизнь - конечно, не как в Эмиратах, но, во всяком случае, не хуже, чем где-нибудь в подмосковном Зеленограде. Но вот вопрос: кто может и должен взять на себя труды и заботы по организации не только успешной, эффективной добычи, но и нормальной, обустроенной жизни?
НА ЗОЛОТОМ КРЫЛЬЦЕ СИДЕЛИ...
Основные действующие лица здесь следующие: 1) Центр: Москва, правительство, федеральный бюджет; 2) областное плюс окружное руководство; 3) местные (городские) власти; 4) руководство добывающих и торгующих нефтью компаний; 5) сами нефтяники.
Начнем с конца. "Сами" - отпадает. По той простой причине, что эффективные формы самоорганизации граждан у нас находятся в зачаточном состоянии. Сегодня никаким серьезным влиянием общественные организации (партии, профсоюзы, женские, молодежные и т.п.) не обладают, а в отдаленных районах нефтедобычи зачастую и просто отсутствуют. Может быть, через десятилетия... Но мы говорим "про сейчас".
Правительство. Надежда слаба по нескольким причинам. Ни одна федеральная программа не была толком выполнена. Если таковая и финансируется, то до конкретных исполнителей и получателей на местах доходит не много, остальное "исчезает" по дороге. Обычная схема: чтобы решить какую-то проблему, надо перечислить деньги в Москву (федеральные налоги), потом добиваться, чтобы проблему заметили и включили в бюджет, потом ждать, пока остатки денег дойдут обратно... Крайне громоздко и неэффективно.
Областная, окружная власть. Тоже надежды немного. Дай Бог ей разобраться толком в структуре, соподчиненности, разделении полномочий в такой, например, "матрешке", как Тюмень (область) - Ханты-Мансийск (округ) - местная (городская) власть. К тому же так уж исторически сложилось, что здешние города росли как разбросанные по огромной территории "города-государства" - самостоятельные, самодостаточные. Их жители чувствуют себя больше связанными скорее с Москвой, чем с соседним населенным пунктом, до которого порой сотни километров бездорожья. Неразвитость (часто - даже отсутствие) инфраструктуры, связи между городами с местным центром делает затруднительной реализацию сколько-нибудь серьезных начинаний. К тому же у областной и окружной власти есть свои немаловажные задачи. Это, во-первых, выработка законодательной базы для эффективной работы нижестоящих властей и, во-вторых, проведение единой, выверенной, сбалансированной политики по отношению к нефтяным компаниям. Эта крайне важная задача - выступать фактически гарантом отстаивания прав населения в целом перед основными нефтедобытчиками вряд ли по плечу отдельно взятым городам. И если областная, окружная власть с ней справляется, честь ей и хвала, большего и не требуется.
Владельцы градообразующих предприятий, от работы которых зависит вся жизнь в городе, - нефтяные компании. Они же держат в руках основные финансовые потоки. Казалось бы, сама жизнь велела именно им и заниматься обустройством жизни "подшефных" городов. Если бы не одно "но": долгосрочное, перспективное планирование, развитие, обустройство городов и граждан для предпринимателей - скорее вынужденная необходимость, чем жизненная потребность. Свои заботы об этом они стараются сводить к необходимому минимуму. Можно сколько угодно клеймить их за такое поведение. Но гораздо продуктивнее искать приемлемые формы взаимодействия с ними, которые бы вынудили компании серьезно относиться ко всему комплексу этих вопросов и, по возможности, в таком решении участвовать.
Кто должен взять на себя эту заботу, фактически - представлять интересы граждан перед основным работодателем, причем представлять авторитетно и эффективно? Кроме власти на всех уровнях, заниматься этими проблемами - некому. И федеральная (установление общих правил игры, основных нормативов отчислений в бюджеты разных уровней). И областная-окружная. И далеко не в последнюю очередь - местная: муниципалитеты, мэры городов. Они ближе всех к проблемам живущих здесь людей, лучше всех знают, как их решать. Да и контроль за их деятельностью со стороны граждан несложен: все на виду, все знают, кто, что и как делает.
Основных проблем три: во-первых, наполняемость городского бюджета, во-вторых, желание и умение руководства городов эти деньги с толком тратить, в-третьих, умение городских властей быть действительными, эффективными посредниками между интересами жителей и интересами компаний.
КАКОВ МЭР, ТАКОВ И ПРИМЕР
В Западной Сибири мэр города - фактически хозяин территории, которому приходится выяснять отношения с другим хозяином той же территории - нефтедобывающей компанией. Складываются разные модели взаимодействия мэров и нефтяных компаний. Первая, наиболее успешная и продуктивная: полная слаженность действий городской власти и руководства компании. Пример тому - Когалым, взаимоотношения мэра города А. Гаврина и нынешнего президента "Транснефти" С. Вайнштока в бытность его гендиректором "Лукойл - Западная Сибирь". Здесь сошлись несколько факторов: умение С. Вайнштока прислушиваться к запросам и проблемам города, конструктивно относиться к их решению и умение А. Гаврина квалифицированно представлять эти проблемы, находить общий язык, общие интересы, компромиссы с нефтяниками. Мэр города имеет опыт профсоюзного "босса", главного "социальщика" нефтяной компании (он, кроме прочего, кандидат социологических наук). Неудивительно, что А. Гаврин на последних выборах мэра переизбрался на второй срок, набрав 79 процентов голосов.
Результат налицо: Когалым сегодня - "витрина" Западной Сибири, самый благополучный и благоустроенный из здешних городов. Заметим: "Лукойл" - отнюдь не благотворительная организация.
В какой-то мере успех Когалыма объясняется тем, что город сравнительно невелик, обустроить его оказалось возможным в обозримые сроки.
Другое дело - Сургут, где 400 тысяч населения. Тут проблемы помасштабней, денег, времени и усилий требуется куда больше. И то, что город, хоть и не так эффектно, как Когалым, развивается и благоустраивается, его перспективы складываются не худшим образом. Прямая заслуга в этом мэра города А. Сидорова. Его опыт строителя, администратора, понимание проблем как "добытчиков", так и жителей, позволяют находить взаимопонимание и взаимоприемлемые решения с руководством "Сургутнефтегаза". Опять же мэр города как квалифицированный и эффективный посредник между жителями и основным работодателем - залог успешного развития города. И люди это ценят, отдав А. Сидорову 86 процентов голосов на перевыборах мэра.
Обратная по результатам модель взаимодействия руководства города и нефтяников - конфликт. Если отношения между руководством города и компанией вступают в конфликтную фазу, это всегда плохо сказывается на жизни горожан, какой бы ни была изначальная причина противостояния. Примером здесь может служить ситуация в Нефтеюганске в тот период, когда городом руководил В. Петухов.
В. Петухов, профессиональный нефтяник (в 1990 г. зарегистрировал собственную фирму по капремонту нефтяных скважин), избирался мэром на волне очень популярных в то время "антиколониальных" настроений. Действительно, хорошо представляя себе специфику нефтяной отрасли и к тому же обладая талантом политика-популиста, близкого по образу к В. Жириновскому, он смог использовать публичную оппозицию к ЮКОСу в целях наращивания своего капитала, причем не только политического, но и, по слухам, финансового. Однако, возможно, именно это неискоренимое чувство принадлежности к "клану нефтяников" и сыграло свою роковую роль. Между нефтяником-мэром и нефтяниками-предпринимателями шла непрерывная открытая война. Люди выходили на митинги, надрывали голоса, нервы, здоровье... Однако моральные победы на этом фронте очень слабо подкреплялись победами материальными, а о каких-либо стабильных изменениях к лучшему вообще говорить не приходилось.
Наступление стабилизации в Нефтеюганске связывают с приходом на пост главы администрации города Ткачева. Именно Ткачев спокойно, без внешних эффектов (кстати, во время предвыборной кампании его называли "тихим политиком") сумел договориться о наполнении городского бюджета и с ЮКОСом, и с окружной администрацией. Его компромиссная политика привела к тому, что нефтяная компания повернулась "лицом" к городу, стала выплачивать налоги, начала разрабатывать социальные программы и т.д.
Кстати, весьма схожая история произошла в соседнем Ямало-Ненецком округе, в Ноябрьске, когда в 1992 году на посту мэра города оказался А. Бусалов. Сам опытный нефтяник (до 1991 года был заместителем ген. директора "Ноябрьнефтегаза"), он активно выступил против нового руководства градообразующего предприятия. В это противостояние была втянута изрядная часть городского населения. Бусалов раскачал ситуацию в городе до такой степени, что началась открытая "война компроматов". В результате этой войны сам Бусалов был вынужден в 1998 г. сложить с себя полномочия главы города. Нынешний мэр Ноябрьска Ю.Линк проводит компромиссную политику по отношению к "Сибнефти".
Нижневартовск. Мэр города Ю.Тимошков - исключительно популярная в городе личность. Профессиональный дорожник, успешно отстаивающий интересы горожан перед "нефтяными генералами" и благоустраивающий город. Причем делает он это без явных конфликтов и публичного обострения отношений с руководством "Нижневартовскнефтегаза". Теперь, когда предстоят перевыборы мэра и Ю. Тимошков может по состоянию здоровья оставить должность, у горожан будет выбор не только мэра, но и модели развития города.
Лангепас. Вполне благополучный город. В основе благополучия - авторитетный и квалифицированный мэр В. Асеев, сумевший, несмотря на ряд трений, наладить сотрудничество с "ЛУКойлом". Сейчас В. Асеев пошел на повышение, но дело его живет.
Мораль сей басни проста. Жизненный опыт, профессиональный "менталитет" руководителей - вовсе не последнее дело для успешной работы. И приведенные примеры это наглядно подтверждают.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 10622

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....