— Чем обусловлен выбор именно мюзикла «Звуки музыки» для нового сезона? Помню, год назад вы мне говорили, что «Zorro» будет жить только один сезон, потому что на будущий год планируется очень амбициозный проект, но не сказали, какой, чтобы была интрига. Почему вы считаете, что этот мюзикл круче, чем «Зорро»?

— Мюзикл «Звуки музыки» — это с творческой точки зрения самая сложная постановка из всех, что мне доводилось ставить. Связано это прежде всего с его особым драматическим накалом, который не отпускает зрителя от первой до последней минуты. Все, что происходит на сцене, имеет столь высокий эмоциональный градус, что зрители забывают через пять минут об окружающей их действительности и проживают с персонажами спектакля за два с половиной часа целую жизнь. Люди увлеченно следят за развитием сюжета, подпевают знакомым мелодиям, смеются и плачут. Но смеяться можно искусственно или за компанию. А вот слезы сымитировать невозможно, если только вы не профессиональный артист. Слезы всегда искренни. Так вот, я каждый вечер вижу, как зрители в зале плачут от сопереживания, грусти и радости.

Я бы сказал, что решение поставить именно мюзикл «Звуки музыки» было скорее эмоциональным, нежели рациональным. Просто я очень давно об этом мечтал. Почти двадцать лет! Мне казалось, все его обязательно полюбят. Это очень позитивная, честная, искренняя и правдивая история. Я поверил своей интуиции и нашел единомышленников в лице близких мне по духу гениальных мастеров театральной сцены — режиссера Евгения Писарева, художника-постановщика Зиновия Марголина, художника по костюмам Виктории Севрюковой, которые вместе с их европейскими коллегами — хореографом Еруном Люйтеном и музыкальным режиссером Ратаном Жавери в результате и создали эту удивительную постановку.

Постановка «Звуков музыки» стала самой дорогой в нашей истории, что и понятно — ведь большую часть работы мы делали с нуля. Данностью был лишь английский текст пьесы и музыка гениального Ричарда Роджерса. Все остальное — режиссерская концепция, художественное оформление спектакля, костюмы, дизайн света и звука — сделано нашей первоклассной постановочной командой. Мы все были счастливы воспользоваться той творческой свободой, которая была нам предоставлена, и создали совершенно новый спектакль, сильно отличающийся от европейских и американских постановок прошлого. В связи с этим объяснимо большое любопытство к нашему мюзиклу со стороны мирового театрального сообщества. В частности, недавно побывавший на репетициях Джек О’Брайен — обладатель пяти премий «Драма Деск» и трех «Тони» за мюзиклы, драматические и оперные спектакли, — сказал, что наблюдал много постановок «Звуки музыки», но не видел ни одной лучше нашей. Эта профессиональная оценка дорогого стоит. Есть повод для гордости.

— Год назад билеты на тогдашний ваш проект «Zorro» стоили 1,5–3 тысячи рублей. Не сильно они подорожали с тех пор?

— Почти не подорожали. Впрочем, изменения в цене все-таки есть. И связаны они с внезапным необъяснимым желанием наших законодателей собрать побольше денег с коммерческих театров. Удивительно оперативно, в рекордные сроки были приняты поправки в Налоговый кодекс, облагающие налогом на добавленную стоимость билеты негосударственных театров. В чем логика такого несправедливого разделения по форме собственности, для меня неясно. Вместо поддержки и поощрения постановки театральных спектаклей на частные деньги чиновники делают прямо противоположное. А мы ведь не нефть из недр качаем и не на бирже спекулируем… Не беда — справимся! Жаль только, что дополнительная финансовая нагрузка ляжет также и на плечи зрителей из-за подорожавших билетов.

— На какую заполняемость рассчитываете?

— Я буду рад, если мы повторим показатели «Красавицы и Чудовища» и «Zorro», где заполняемость залов по году колебалась в интервале от 80 до 100 процентов.

— Если поглядеть шире, на всю панораму московских спектаклей, то два года назад в Москве начало сезона не принесло ни одного нового мюзикла. Год назад — сразу четыре, что мы истолковали как окончание кризиса. Каким, считаете вы, обещает стать начинающийся сезон?

— Количество постановок вряд ли можно считать индикатором финансового благополучия в стране. Скорее это просто свидетельство того, что российские зрители полюбили и признали жанр мюзикла. Так и должно было случиться. Зрелищные, яркие, увлекательные музыкальные постановки с хорошей драматургией, хореографией и музыкой завоевали сердца зрителей. Появились продюсеры, режиссеры, художники, актеры, музыканты, которым интересна работа в этом жанре. Увы, одного желания недостаточно. И хороших постановок по-прежнему мало. Но они иногда появляются!

— Сейчас в Москве главный долгожитель среди мюзиклов — «Монте-Кристо»: 4-й сезон подряд! Скоро побьет рекорд «Метро», которое пять лет жило (кстати, тоже в Оперетте). В чем причины такого продюсерского успеха?

— Количество лет на сцене никак не характеризует популярность, успешность и качество постановки. Критерий — это количество спектаклей, зрителей и сборы. Например, нельзя сравнивать мюзикл, идущий в репертуаре 7–10 раз в месяц в полупустом зале, с первоклассной мировой постановкой, которая идет с аншлагами 35 раз в месяц. Любой государственный театр имеет возможность играть любой спектакль десятилетиями, нимало не заботясь о количестве зрителей, поскольку все расходы покрываются из бюджета.

— Насколько корректна экономика подобных государственно-частных спектаклей, когда до 80 процентов средств идет из бюджета государственного театра, а прибыль остается в карманах устроителей частного по сути проекта? Или все же они что-то возвращают государству? Есть ли в мире подобная практика или это сугубо российское изобретение, возникшее на почве государственно дотируемой культуры?

— Я не знаю, как устроена схема финансирования коммерческих по своей сути проектов из государственного бюджета. Слава богу, я в этом не принимаю участия, не понимаю и не хочу понимать. Знаю только, что это точно не экономическая модель, а какая-то другая, весьма популярная в нашей стране во всех сферах, приносящих доход.

— В Москве сейчас вы и Оперетта — два главных игрока в области мюзикла. Имеет шансы театр Александра Калягина Et Cetera стать третьим?

— Мы делаем свое дело, не особо оглядываясь по сторонам. Впрочем, я искренне рад успехам коллег и переживаю из-за неудач. Мюзикл «Продюсеры» театра Et Cetera отношу к творческому успеху. С большим удовольствием смотрел эту постановку несколько раз и считаю, что она не уступает бродвейской.

— Среди проблем российского мюзикла — отсутствие устоявшейся системы профессиональной подготовки актеров, недостаточное внимание продюсеров к маркетингу, неумение запустить сарафанное радио (которое, говорят, дает 60 процентов продаж билетов)… За год наметился сдвиг в их решении?

— Профессиональных актеров стало гораздо больше. Причем многих очень талантливых ребят мы находим в других российских городах, и они перебираются в столицу. Проблема по-прежнему — с техническим персоналом. Увы, звукорежиссеров с музыкальным образованием, способных вести живой музыкальных спектакль с оркестром, практически нет. Мало специалистов по свету, автоматике, машинерии. Специалистов в области маркетинга лайф-энтертейнмента (живых шоу. — «Труд») просто нет! Поэтому приходится отыскивать тех, кто имеет навыки и задатки и обучать их в реальных боевых условиях. Очень важно не только иметь квалификацию, но и беззаветно любить музыкальный театр. Одержимость в нашем деле значит очень много!

— Год или два назад вы попробовали себя в качестве гастрольного менеджера, пригласив в Москву «Вестсайдскую историю» из Новосибирска. Есть сейчас в России что-то достойное на мюзикльном горизонте? Увидим мы что-то из таких спектаклей, в том числе с вашей помощью?

— Я не имею никакого отношения к «Вестсайдской истории» из Новосибирска. Организатором гастролей был оргкомитет фестиваля «Музыкальное сердце театра», который просто арендовал у нас театральную сцену в период летнего перерыва.

— Ну и еще шире — каким был этот год в мировом мюзикле? Прежде всего в Нью-Йорке и Лондоне? Это был спад, подъем? Какие главные новинки он принес?

— На Бродвее в прошлом сезоне было сыграно несколько любопытных премьер: новая версия прекрасного мюзикла Кола Портера «Anything Goes» («Все дозволено»), получившая признание публики, и две премии «Тони», скандальный «Человек-паук» с рекордным бюджетом в 65 млн. долларов, неудачный «Поймай меня, если сумеешь», который вот-вот должен закрыться. В Лондоне вышел очень эмоциональный мюзикл «Привидение» («Ghost») по одноименному фильму. Очень интересная сценическая постановка — «War Horse» («Боевой конь») о Первой мировой войне — была представлена сначала в Национальном театре в Лондоне, а затем в Линкольн-центре в Нью-Йорке. Вскоре выйдет большая экранизация этого произведения, осуществленная Стивеном Спилбергом.

Никакого спада на мировом рынке мюзиклов не наблюдается. Скорее наоборот. Залы полные. Цены на билеты растут. Речь, разумеется о хороших, качественных постановках. Так, в прошлом сезоне наша театральная компания (Дмитрий Богачев имеет в виду международную компанию Stage Entertainment. — «Труд») успешно представила на Бродвее мюзикл «Действуй, сестра!», известный по одноименному комедийному фильму с Вупи Голдберг. Один из премьерных показов посетил президент Барак Обама. В Берлине мы осуществили очень успешную постановку «За горизонтом» о падении Берлинской стены, а в Мадриде — мюзикл «Отверженные». Там же в Мадриде в октябре мы откроем прокат испанской версии мюзикла «Король лев», в Париже в театре Мариньи — мюзикл «Кабаре», а в Гамбурге вместе с Сильвестром Сталлоне готовим премьеру мюзикла «Рокки». И, конечно, много интересных планов, связанных с Москвой, которыми я пока не могу поделиться. Скажу только про самый ближайший — ледовый мюзикл «Спящая красавица» в постановке Татьяны Тарасовой на музыку П. И. Чайковского. Главную роль в ледовом шоу исполнит Ирина Слуцкая.